Киллер - это навсегда
Шрифт:
— Креатива! Не изображай из себя необразованную дурочку, — не выдержала я.
Хорошо, что мы уже доехали, словесная перепалка начинала уже напрягать. Вышли из машины и сразу, чуть не бегом в кабинет. Там уже все в сборе, кроме Свешникова и корреспондентов "Советской милиции".
— Давайте разбирайте и надевайте, тебя Анастасия Федоровна тоже касается, — сразу после приветствия вывалила я на стол из сумки сбрую.
Раздались восхищенные вскрики, расхватали всё моментально, начали сразу примерять. Тете я помогла отрегулировать ремни, из сейфа она достала запасные магазины и свой пистолет. В это время к нам зашли корреспонденты во главе с Михаилом Антоновичем. Надо было
— Сейчас делаем снимок, интервью после. Все садимся вокруг стола, Львова во главе, — начала я командовать.
Улыбаясь оперативники расселись, а я продолжила.
— Положите перед собой листки бумаги, возьмите в руки ручки. Теперь изобразите внимание, повернитесь лицом к начальству, — все посмотрели на стоящего у двери Свешникова.
— Да не на него, — простонала я, — смотрите на Львову. А вы что стоите, фотографируйте быстрее, у ребят на сегодня много дел, преступления ещё ни кто не отменял, — высказала ошарашенному корреспонденту.
Они зашевелились, фотограф начал щелкать своим аппаратом выбирая разные ракурсы.
— Давайте свои вопросы, не будем терять время, — протянула руку к его блокноту.
Он молча мне отдал, я быстро просмотрела, всё стандартно.
— Давайте записывайте, — и начала диктовать.
Он быстро сориентировался, а может ему было просто интересно что я такое могу сказать. Корреспондент достал из своей сумки блокнот и стал записывать мой монолог. Я начала с тяжелой трудовой вахты, на которой стоит наша доблестная милиция, охраняя в зной и стужу социалистическую законность. Потом плавно перешла на благодарность всего Советского народа дорогому Леониду Ильичу, упомянула Николая Анисимовича Щелокова, который денно и нощно на боевом посту. Из моего дальнейшего повествования все с удивлением узнали, что Анастасия Федоровна с детства зачитывалась Дядей Степой, и мечтала стать милиционером. В трудное, очень тяжелое для страны послевоенные время, она по комсомольской путевке отправилась на борьбу с преступностью. Вообщем всё в духе развитого социализма и Ленинизма.
Вначале корреспондент воспринял мои слова как шутку или игру, но потом только успевал шуршать ручкой, записывая мои слова.
— Насчет фотографии не беспокойтесь, она нужна именно такая — Советские милиционеры решают сложные задачи, а наличие оружия должно показать постоянную готовность защитить дело Коммунизма, или вы не согласны? — спросила прищурив глаза я.
В кабинете сразу стало тихо, все с подозрением посмотрели на корреспондента, даже фотограф. Кто-то из ребят потянулся к кобуре, как потом оказалось, он просто хотел её поправить, непривычна она ему.
— Да, да. Я полностью согласен, — быстро закивал он.
Дальше мы попрощались, у тети выходной, мы собрались на дачу, там у нас важное дело. Жалко, что мой поход для осмотра будущего схрона отменяется, но ничего страшного, завтра или послезавтра осмотрю.
Сели в машину и на дачу, по дороге мне было не раз высказано, про моё наглое поведение.
— Это по какой ещё путевке я пошла в органы? Ты что там за хрень несла про голодное детство и трудную юность, — кипела она.
— Помолчи пожалуйста! Лучше скажи спасибо, такой классный репортаж получился, а твое интервью просто блеск.
— Так в том то и дело, я и рот не успела открыть, как ты всё насочиняла. И где только научилась так складно говорить, как будто под трибуной родилась, — всё удивлялась тетя.
— Ты наверное забыла, что я известная в мире писательница, и уж пару слов сумею связать в отличие от тебя. Вместо благодарности выслушиваю одни упреки и оскорбления, — не выдержала я.
Зря
В нашем доме она переоделась в спортивные шорты и майку, я же как была в своем легком платье-комбинезона, так в нем и осталась. Из багажника притащили взятые дома вещи, разложили по полкам. Не хватает ещё постельного и дежурного набора продуктов, а то мало ли чего, вдруг решим задержаться, а у нас и нет ничего. В поселке есть небольшой магазинчик, только вот ассортимент у него не велик: хлеб, консервы и макароны.
После того как разложили вещи и Анастасия переоделась, мы позвали бригадира. На кухонном столе я развернула план нашего будущего коттеджа, тетя тоже с интересом слушала и смотрела, до этого проект я ей не показывала, хотела сделать сюрприз. Главный строитель задал массу вопросов, вместо ответов отдала ему на изучение всю документацию, а пока он её просматривал, мы с Настей прошлись по выложенной дорожке. Не знаю почему, но в последнее время язык не поворачивался её называть тетушкой. Может я немного перестаралась с её омоложением, сейчас Анастасия выглядит не старше двадцати семи — тридцати лет. Такая она мне больше нравится, здоровая и помолодевшая. Характер у неё тоже изменился, стал более нетерпеливым и немного агрессивным. Наверное всё дело в том, что организму нужен регулярный секс, она же молодая здоровая женщина, а не убеленная сединой дама. Не знаю как она без него обходится, наверное ещё не может привыкнуть к своему новому состоянию.
Набережную уже выложили плиткой, сейчас заканчивают со спортивной площадкой, ещё пару часов и всё. Мы прошли на наш личный пляж, там расстелили большие махровые полотенца, скинули одежду и стали загорать. Солнышко жарило, вода была теплая, так что мы с удовольствием искупались. Жалко что катера у нас нет, а то бы на нем покатались, или поплавали? Не знаю как точно, я же не морячка.
Часа через два к нам подошел бригадир, мы продолжили обсуждение и выбор места под строительство. Я показала где по моему мнению должен стоять наш дом, он ушел измерять и подсчитывать. Через полчаса вернулся с немного подкоректированным планом.
— Уже завтра мы можем приступить к котловану и фундаменту, тут нет ничего сложного. Все материалы сможем достать быстро, выйдет это конечно дороговато, но раз вы не желаете ждать, то как говориться — Любой каприз за ваши деньги. Самое трудное и дорогое, это заказать окно, оно у вас большое, панорамное. Рама к нему нужна будет алюминиевая или стальная, как в аэропорту. Отделка тоже не из дешевых: ясень, дуб, орех и карельская береза. Если финансы позволяют, то мы готовы взять ваш заказ и приступить к строительству. Готовьте аванс, тысяч двадцать думаю пока будет достаточно. Весь ваш домик выйдет в сто-сто тридцать тысяч, точно пока трудно судить. Так что, мы начинаем? — спросил он.
— Конечно. Аванс у нас с собой, пойдемте в дом, там получите и пересчитаете. Настя, ты идешь с нами? — спросила тетю.
Я в первый раз так назвала её, без всякой тети. Зачем старить молодую женщину перед чужими людьми, и вообще пусть привыкает чувствовать себя снова молодой.
— Нет, вы идите, я ещё позагораю, — махнула рукой.
Мы с бригадиром строителей пошли в дом, там я выдала приготовленный сегодня утром аванс.
— Легко с вами, не то что с некоторыми. Вот недавно строили беседку у одного академика, так приходилось каждую копейку отвоевывать, скупердяй херов, — не выдержал он, видимо это были особенно болезненные для него воспоминания.