Кибер-вождь
Шрифт:
— Я всегда был твоим другом, Эрла, — Лотус вздохнул так, как будто поднял наковальню. — И все что я делал — лишь ради тебя; ты это знаешь. Я поздравляю тебя.
— Умница! Поцеловала бы, но не могу — я теперь невеста. За работу, мальчики!
Арвид трудился и угрюмо бурчал:
— И это чучело статьи писало!.. Их читали!..
Внезапно его озарила какая-то идея; он поднял голову и уперся взглядом в Кэннана:
— А нарисовать за неделю картин двести-триста ты сможешь? Холсты я тебе дам. Будет громовая выставка!..
Город остывал. Прохладный ночной воздух, сталкиваясь с испарениями асфальта и камня, рождал тепловатый туман, который молочной рекой затопил улицы и переулки и поднимался все
Меркнет. В Городе нет горизонта — есть линия, условно отделяющая день от ночи. Верхушки самых высоких зданий еще блистают бликами, как горы — снежными вершинами, а долины улиц уже погружены во мрак.
На плоской крыше одного из высотных домов стоят лицом к лицу трое мужчин. Один — среднего роста, в самом расцвете жизни, с короткой стрижкой, рубленым скуластым лицом, с волевым взглядом и фигурой тигра; другой — высокий, стройный, с русыми волосами и выразительным одухотворенным лицом; и третий — гибкий, почти юноша, с гривой черных волос, порывистый и сильный.
— Что бы ни случилось, — говорит старший, — знайте: ладонью не закроешь солнца. Тучи идут, пока их гонит ветер — нет тьмы на свете.
— Клинок остер — но ум острее, — говорит высокий, — пуля быстра — но мысль быстрее. Нет ни цепей, ни металла, чтобы мысль заковали.
— Превыше всего свобода, — поднимает голову юноша, — превыше земного светила — мощная сила, что правит тобою и мною. В наших жилах — солнца частица, и ты не бойся сразиться, ведь из капель пролитой крови солнце опять возродится.
Они обнимают друг друга за плечи и остаются неподвижно стоять. Их силуэты светятся на фоне густо-синего закатного неба, в котором уже загораются крупные мерцающие звезды, осыпая блестками лица друзей.
И тогда они по очереди вскидывают правую руку в зенит и выкрикивают имя души:
— Коар!
— Кондри!
— Кимер!
Три звезды растут, увеличиваются, искрятся, пока из их недр не вырываются три сияющих луча — и, перекрестившись несколько раз в сумраке неба, как прожекторы, они загораются в зовущих ладонях.
Из глубины звезд, из бесконечной дали, скользя по лучам — сначала как точки, потом становясь различимыми, — с неимоверной скоростью падают, переливаясь и кувыркаясь, три белоснежных крылатых коня. Они извиваются, паря в невесомости, и их крылья прорезают простор. Для них не существует преград.
Миг. И они танцуют в воздухе над домом, проходя, как лучи света, друг сквозь друга. Узкие сухие головы полны очарования, глубокие бездонные лиловые глаза с длинными ресницами вобрали в себя вселенную, их шеи свиваются в кольца, тонкие ноги с изящными чашечками копыт способны к любому прыжку, в их крыльях с живыми кристаллами перьев поют ветра.
Нет ничего на свете сильнее, благороднее, красивее скачущего коня, ибо конь — это свет, это сила, это власть, это победа.
Оттолкнувшись от плит, мужчины высоко подпрыгивают — и опускаются на спины плывущих в воздухе коней. И вновь три луча свиваются в танце света. Кони возносятся ввысь, расправляя крылья, пронзая своими телами ночь.
Надзвездное сияние поглощает их, и они сливаются с ним, уходя туда, где нет ни пространства, ни времени.
Никто не властен над ними.
Правда, ум и свобода — превыше всего, они в сердце твоем.
Никто не смеет погасить твоего сердца!
ГЛАВА 13
Пальмер
— Так «кто» или «что»? — задал он сакраментальный вопрос. — Разумное мыслящее существо или сложная интеллектуальная машина? Если проводить аналогии, то надо вести сравнение по неизвлекаемым программам, то есть по инстинктам. Я уже сделал некоторые раскопки, но хочу услышать твое мнение.
Пальмер был готов и к этому. Он пригладил свою залысину, что было у него знаком величайшего самодовольства и уверенности в своих знаниях.
— В настоящее время выделено 18 факторов, так называемых факторов Рейсса, которые на инстинктивном уровне определяют поведение человека. По мере возникновения и влияния на личность они распределяются на четыре группы. Биологическая группа — это пищевой, половой, исследовательско-ориентировочный инстинкты, а также двигательная активность и агрессия. Группа структуры личности — сюда входят честь, месть, независимость и власть. Группа комфорта — спокойствие, одобрение, порядок и экономия. И последнее, самое сложное — общественные отношения: общение, забота, семья, положение в обществе и идеализм, то есть потребность в создании абстрактных конструкций. Казалось бы, у киборгов им должны соответствовать Три Закона Роботехники, но это не совсем так. Законы гласят: Первый — робот не может допустить, чтобы его действие или бездействие причинило вред человеку, Второй — робот должен подчиняться человеку, если это не противоречит Первому Закону, и Третий — робот должен заботиться о самосохранении, если это не противоречит Первому и Второму Законам. Если привести Законы в соответствие с факторами Рейсса, получится неполная, дробная картина: совпадают только забота, подчинение, как элемент власти, и порядок с экономией, в чем люди признаются наименее охотно — а у роботов ввели в Третий закон. Вроде бы минимум сходства — но лишь на первый взгляд. Мозг киборга высшего класса устроен гораздо сложнее и функционирует на ином уровне, следовательно, либо не все Законы декларированы, либо в BIC сознательно упростили инструкцию для «чайников».
— Похоже на то, — Хиллари слушал с чрезвычайным любопытством. — Давай-ка начнем с азов и определений. Инстинкты — более или менее сложные, последовательные, генетически детерминированные действия, закрепленные в нервной системе; они представляют собой наименее пластичную форму поведения. Сложные формы инстинктивного поведения очень совершенны, но жестки и препятствуют развитию; при изменении условий они могут стать бессмысленными! Скажем, вложи в андроида-лакея алгоритм пилотирования — и он будет делать попытку за попыткой поднять ротоплан в воздух, не замечая, что у машины нет ни мотора, ни роторов. Аналоги инстинктов — программы, встроенные при сборке мозга и срабатывающие рефлекторно, тот же «ствол», который киборг контролировать не может: забота, подчинение, порядок. Чтобы киборг не отвлекался для помощи любому нищему и алкашу, вводится принцип приоритетности хозяина — его образ внедряется в мозг, и создается вертикаль «человек—киборг»; это — фактор власти. Третий Закон включает питание, двигательную активность и любознательность — кибер следит, чтобы наружний покров не потерял свойства, контракторы не затвердели от бездействия, и сканирует все незнакомое и подозрительное, чтобы не попасть в аварию. Так что инстинктов уже набирается больше, чем перечислено в методичке BIC!