Кейт
Шрифт:
Я взяла один из мини-свадебных тортов и разбила его прямо в его сексуальное, упрямое лицо.
14
Иногда в жизни мы все принимали решения, которые задним числом могли показаться очень глупыми, очень безрассудными. Иногда эти решения срабатывали безупречно, и результат был лучше, чем мы могли предположить.
Иногда... нет.
Эта мысль промелькнула у меня в голове, когда Арчер смотрел на меня с клубнично-шампанского бисквита, покрытого сливочно-сырной глазурью.
Тарелка выскользнула из
— Упс, — прошептала я.
Он смахнул с лица еще одну горсть торта и бросил ее на землю.
— Упс? — повторил он в недоумении.
Да, возможно, это был не самый зрелый способ закончить спор. Но ведь это только подтвердило мою правоту, верно? Я ни за что на свете не годилась в матери.
К черту, ущерб уже нанесен, можно просто удвоить его.
— О, не драматизируй, Солнышко, — сказала я, положив руки на бедра. — Это просто торт, он тебя не убьет.
Он двигался молниеносно. В одну секунду он стоял в двух футах от меня, капая глазурью — черт, на этом торте было много глазури — а в следующую уже наматывал мои волосы на кулак и держал в руке тарелку с тортом.
— Нет! — вскрикнула я. — Ну же, Арч, прости меня, ладно? Это было по-детски. Я не должна была размазывать торт по твоему лицу.
Его брови поднялись. Или, я думаю, поднялись. Он все еще был покрыт тортом, поэтому было трудно понять его выражение лица.
— О, ты извиняешься, да? — его тон было так трудно прочитать без тех тонких признаков лица, на которые я часто полагалась. Например, по тому, как появлялась маленькая ямочка, когда он боролся с улыбкой, или по тому, как пульсировал его висок, когда он чувствовал себя убийцей.
— Да! — пискнула я, не сводя глаз с торта в его руке. Я действительно не хотела носить его. Это был мой наименее любимый из всех вкусов, которые приготовил Морис. — Да, прости. Простишь меня?
Он крепко схватил меня за волосы, потянув их достаточно сильно, чтобы наклонить мое лицо к своему. Это было так возбуждающе, даже с угрозой торта.
— Если тебе так жаль, — дразнил он меня, — тогда докажи это. Поцелуй меня, малышка. Покажи мне, как тебе жаль.
Я застонала, глядя на то, как много торта все еще было размазано по его лицу. Почему я взяла такой влажный торт? Там было чертовски много глазури.
— Арч...
— Кейт... — он игриво издевался надо мной, и, очевидно, это был мой криптонит.
К черту, он стер приличную часть торта. Я прижалась губами к его губам, слизывая глазурь с его кожи и позволяя сахарному крему перекатываться по моим вкусовым рецепторам. Я не пыталась отделаться быстрым поцелуем: он ни за что бы этого не позволил.
Он хмыкнул мне в губы, его зубы потянулись к моей нижней губе, прежде чем отпустить меня.
— Теперь мы квиты? — спросила я, ухмыляясь слишком широко. Почему мне так нравилось нажимать на его кнопки? Определенно, это вопрос для моего будущего психотерапевта.
— Хм, — он бросил на меня задумчивый взгляд и снова потянул меня за волосы, чтобы создать небольшое расстояние между нами. Я должна была это предвидеть. Я действительно должна была. Но этот ублюдок держал меня под прицелом своего взгляда, поэтому я даже не вздрогнула, когда торт в его руке врезался мне в лицо.
Я задохнулась, вбирая ртом тошнотворно сладкую карамельную глазурь. Затем, для пущей убедительности, он впихнул его еще сильнее, а затем бросил тарелку обратно на прилавок.
— Теперь мы квиты, — сказал он мне, самодовольный как черт.
Возмущение вскипело у меня под кожей — несмотря на то, что я сама все начала — и я попыталась оттолкнуть его от себя. Но он не сдвинулся с места. Вместо этого он просто начал смеяться.
— Да ладно, Кейт, что может быть лучше, чем попробовать свадебные торты, а? — его хватка на моих волосах удерживала меня в беспомощном состоянии, пока он наклонялся и облизывал длинную линию по бокам моего лица. — Ммм, не мой любимый. Может, попробуем другой?
— Нет! — вскрикнула я, видя, как он берется за другую тарелку. На этот раз я среагировала быстрее и увернулась, прежде чем красный бархатный торт успел оказаться у моего лица и присоединиться к карамельному вихрю. К сожалению, он все еще держал в кулаке мои волосы, поэтому мне не удалось избежать этого полностью.
Я застонала в недоумении, когда торт разлетелся по моей груди, половина попала на платье, а половина — в декольте. Ублюдок.
— Арчер! — запротестовала я, когда его хватка ослабла на моих волосах, и я оттолкнула его как следует. — Как, черт возьми, я собираюсь снять это? Это все на моем платье!
Он широко ухмыльнулся, проведя пальцем по моим сиськам, а затем поднес его к губам. Он слизал ее слишком сексуально, одобрительно хмыкнув.
— Легко, — ответил он, облизывая губы. — Вот так.
Потянувшись ко мне сзади, он одним быстрым движением расстегнул молнию, а затем стянул платье с моих плеч. Брызги ткани от торта упали у моих ног, и он погладил мою грудь через кружевной бюстгальтер.
— Думаю, мне нравится это, — он опустил лицо вниз и слизал немного красного бархатного торта с изгиба моей груди. Я застонала, вопреки здравому смыслу, выгнув спину навстречу его прикосновениям.