Кейн

Кейси Л. А.

— Ты в порядке?

Он спрашивал, в порядке ли я?

— Я выгляжу так, будто со мной все в порядке? Чертов ублюдок!

Филипп рассмеялся и откинулся на спинку стула.

— Понимаю, почему он с тобой.

О чем он говорит?

— Вы понимаете, почему со мной кто? — прошипела я.

Филипп улыбнулся.

— Кейн, конечно.

Кейн?

— В-вы знаете Кейна? —

спросила я, заставляя себя думать о разговоре, а не о боли в ноге.

Филипп рассмеялся:

— Да, мы с Кейном давно знакомы.

У меня дернулся глаз, когда я посмотрела на него.

— Не хотите уточнить?

Он усмехнулся:

— Держу пари, ему нравится твое отношение. Люди боятся его, но я бы поставил свою жизнь на то, что ты даешь ему отпор при каждом удобном случае.

Я закрыла глаза, когда боль в ноге стала слишком сильной.

— Не падай в обморок из-за меня.

Я вскрикнула, когда давление внезапно возникло на моей ноге, и новая боль пронзила мое тело.

— Хорошая девочка, открой глаза.

Я резко открыла глаза и уставилась на подонка передо мной. Он убрал руку, которую положил мне на ногу, и откинулся на спинку стула.

— Скажи мне, — улыбнулся Филипп, — какого пола отпрыск Кейна?

Я положила руки на живот в защитной манере.

— Мы еще не знаем, — прошептала я.

Филипп что-то пробормотал себе под нос, но ничего не произнес.

— Что Вам от меня нужно? — спросила я, дрожа всем телом.

Филипп рассмеялся:

— Мне жаль тебя, но мне нужно причинить боль Кейну, и для этого мне нужна ты. Ты просто хорошая женщина, связавшаяся с плохим мужчиной.

Это задело за живое.

— Кейн хороший мужчина, и Вы не причините ему вреда.

Филипп ухмыльнулся:

— Ты собираешься остановить меня, не так ли?

Можешь поспорить на свою задницу, так оно и есть.

— Это заставляет Вас чувствовать себя мужчиной? — спросила я. — Нанесение травмы беременной женщине.

Лицо Филиппа посуровело.

— Я не различаю пол — я вижу просто человека, который является ключом к получению того, чего я действительно хочу.

— Что это значит? — огрызнулась я.

Филипп, не колеблясь, ответил:

— Несчастье Кейна.

Я моргнула.

— Почему Вы хотите причинить вред Кейну?

— Потому что он ранил меня, — прошипел Филипп. — Я стараюсь сравнять счет по правилам игры.

Мои взгляд автоматически остановился на шрамах, которые покрывали половину его лица. Филипп поймал мой пристальный взгляд и злобно ухмыльнулся:

— Да, это он виноват.

Я сглотнула, но ничего не сказала.

— Почему Кейн сделал это с Вами?

Филипп прорычал:

— Он виноват косвенно.

Я в замешательстве

нахмурила брови, а затем застонала, когда в ноге начала пульсировать сильная боль.

— Как… — я оборвала себя, чтобы собраться с мыслями. — Как он мог сделать это косвенно?

Филипп стиснул зубы.

— Он устроил пожар, чтобы намеренно сжечь кое-кого другого, и поймал меня также, как и их. Он запер меня в комнате, чтобы сжечь.

Я моргнула.

— Он бы этого не сделал.

Филипп наклонился вперед, протянул руку и ударил меня по лицу так сильно, что моя голова дернулась вправо. Я закричала и подняла руки к лицу, прикрывая его.

— Ты, бл*дь, не знаешь Кейна Слэйтера так, как я. Я создал этого придурка, и точно знаю, на что он способен.

Я открыла лицо и уставилась на него.

«Он создал меня».

Мои мысли вернулись к разговору, который состоялся у меня с Кейном больше недели назад, когда он рассказал мне о своем прошлом. Я уставилась на мужчину перед собой, злясь на себя за то, что мне потребовалось так много времени, чтобы понять это.

— Ты Большой Фил, — пробормотала я.

Он рассмеялся:

— Мои мальчики зовут меня Большой Фил, ты можешь называть Филипп.

— Предпочитаю придурок, — проворчала я, а затем расширила глаза, потому что не хотела говорить это вслух.

Филипп рассмеялся так сильно, что ему пришлось вытереть глаза.

— Ах, ты мне нравишься, дорогая.

Я хмыкнула в ответ.

— Могу я задать вопрос?

Я отвела взгляд.

— Уверена, что Вы все равно спросите меня, так что дерзайте.

— Почему Кейн?

Это заставило меня взглянуть на него.

— Что?

— Почему Кейн? — повторил Филипп.

Я моргнула.

— Что значит «почему Кейн»?

— Ну, — начал Филипп, — большинство людей судят о нем по его внешности — как и обо мне. Они боятся его, и считают плохим парнем. Я имею в виду, они думают, он должно быть, плохой, раз у него так много шрамов, верно?

Я прорычала:

— Он рассказал мне, что эти шрамы из-за Вас и Марко.

— Он вынудил меня. Кейн мог бы остаться красивым, как цветок, если бы выполнял свою работу.

Я кипела от гнева.

— Его жизнь была бы совсем другой. Сейчас он выглядит большим и страшным, но он не всегда был таким, — задумчиво произнес Филипп с ухмылкой на своем уродливом лице. — Меня забавляет, что он стал похож на монстра, пытаясь поступать правильно.

Я обняла себя.

— Что Вы имеете в виду?

— Он рассказал тебе, как у него появились шрамы, верно?

Я медленно кивнула.

— Он сказал, что они из-за его старой работы, дерьма, которое Вы заставляли его делать.