Шрифт:
Михаил Белиловский
Кэтрин
Зимнее февральское солнышко южного города радостно заглядывало сквозь ветки азалии в окно Bilingual Institute of Texas. Вэто время оно уже предвещало чудеснейшееежегодное обновление и, следовательно, прекрасное настроение.
Учительница Кэтрин, рослая, несколько полная блондинка с прямыми длинными русымиволосами, энергично входит в класс. Вместе с приветствием она принесла с собой теплую улыбку и выражение удовольствия на лице. Совсем недавно, и впервые, ей досталась русскоязычная группа. Раньше она преподавала английский язык в группах мексиканских и других латиноамериканских иммигрантов.
Ее предшественник, молодой
– Держись, Кэтрин! Это тебе не Мексика, а Россия, да еще с еврейским соусом. Там все профессора. В крайнем случае, президенты, отлично знающие,как нужно управлять не только государством, но и всем миром. С ними интересней, но и опасней. Учти.
Зная Стивена, Кэтрин приняла эту шутку без особого внимания. Молодой учитель почти каждый день приносил в учительскую из своей ортодоксальной синагоги, которую он посещал каждое утро до работы, массу анекдотов и забавных историй.
С первого занятия группа ей понравилась своей прилежностью, готовностью как можно глубже понять новый для них язык. Студенты же не могли не заметить, с каким усердием и добротой относится к ним учительница. Особенно ощущалась ее доброта, потому что замного лет учебы в России они хорошо усвоили, что учеба это насилие со стороны педагога. Нравится тебе или не нравится предмет, - выучить должен и без лишних разговоров и разных там мнений.
Когда ученики как - то спросили ее, чем объяснить такое теплое расположениек ним,она им в ответ:
– Чувствуется, вы много читали, много знаете, пытливы, активны. С вами просто интересно. У меня раньше не было такой аудитории.
Ее же новые ученики (набор в возрасте от 25-ти и до предельного) никогда раньше не знали такого учителя, который бы в полной мере ценил их наклонности, начитанность, осведомленность, а тем более активность илюбознательность. Зачем ему, учителю с той стороны Земли нашей,нужна былаэта морока, которая всегда чревата была всякими неприятностями. Однако, честно говоря, все они вышли оттуда знающими. Из под госродительской палки, правда, но образованными.Именно это Кэтрин ценила высоко. С ранних юношеских лет она сохранила в себе неистребимую страсть к знаниям. И она, эта страсть, с каждым годом крепла в ней несмотря на жесткие преграды, которые выстраивала перед ней судьба. Ей доставляло удовольствие не только учить, но и учиться у своих учеников, познавать новое, связанное с далекой загадочной для нее страной.
А ученики, как только в их памяти более или менее прочно накопилось с пол сотни английских слов, как-то сразу осмелели. Эта, казалось бы, маленькаядобавка совместно с долго невостребованнымибогатымизнаниями,опытомилюбознательностью к новой для них стране, составляли уже что то вроде критической массы в атомном устройстве, которая в любую минуту могла непроизвольно вспыхнуть потоком всего того, что онизнали и множеством вопросов по поводу того, чего они не знали.
Положив папку с бумагами на стол, Кэтрин, как всегда, сразу приступила к делу. На этот раз урок обещал быть более интересным. Всем до чертиков надоело уже мусолить рутинные грамматические правила и учительница, понимая это, ввела новинку, - беседу на 20 минут о выдающихсясобытиях прошлых лет, происшедших в мире в текущем месяце.
– Февраль месяцотмечен весьма знаменательнымиисторическимимоментами, начала она и в блеске ее глаз угадывалось предвкушение интересного урока.
На предыдущем занятии каждому было вручена подробная программа урока, которую онаделаланакануне до поздней ночи. И, кстати, из последних сил. Потому, что она одинокая женщина
– Давайте посмотрим, кого и что подарил человечеству февраль месяц.
Начали с того, что нефть в Техасе была открыта еще в 1901 году. Потом о том, что в 1920-м Лига Наций заявила, что не будетбольше никогдавойны. И все по этому поводу почему-то весело посмеялись, хотя к статибыло бы горько поплакать. А дальше о том, что родился Джек Лондон; Сталин начал репрессии против врачей евреев; о Бенедикте Арнольде, генерале - герое и вместе с тем изменнике в освободительной революционной войне против Англии; Мольере, французскомдраматурге; Мартине Лютере Кинге, борце за гражданские права, и т. д. И , наконец,о том, что в этом же месяце родился Антон Павлович Чехов.
Сема, пожилой мужчина лет 60-ти из Киева, давно уже испытывал нетерпение поделиться привезенным в эту страну интеллектуальным богатством на новом для него языке. Он беспокойно ерзал на своем стуле с поднятой кверху рукой и с чрезмерной четкостью, которая совершенно неприемлемадля английского, много раз повторял:
– I have a question, Ай хев а квесчн. У меня - вопрос.
Желание высказаться было настолько сильным, что он не в силах был учесть того, что учительница в это время о чем - то говорила. Но разрешение, наконец, получено. Сема задает свой вопрос.
– Скажите, пожалуйста, почемуБенедикт Арнольд, предал американцев, и почему после этого его считают героем войны?
– спрашивает он, блестяще лавируя (просто позавидуешь!) своим скромным запасом слов и потрясая в воздухе программой урока.
Сема совсемне вредный человек, - работящий, добрый, отзывчивый. Но распустившееся пышным бутоном желание поговорить и показать себя , заслонило все те добродетели, которые в этот момент ему мешали. И ничего с этим нельзя былоподелать. Это уже, видимо,от унаследованной натуры, которая исправно передается из поколения в поколение.
Кэтринмило улыбнулась, в недоумении слегка подняла плечи, а по выражению лица видно было, что этот вопрос ее несколько смутил. Почему предал?... Предательство в человеческом обществе, к величайшему сожалению, вполне привычное дело. Это действительно так и закрывать на это глаза просто глупо. Предают и изменяют мужья, жены, государственные деятели. Спроси их, почему они так поступают, и в большинстве случаев они сами ответить на этот вопросне смогут. Что особенно в таких случаяхчасто обескураживает, так это то, что речь нередко идет об образованных, воспитанных и, на первый взгляд,довольно таки,интеллигентных в обычных условиях людях.
Это было как раз то, что она хотела сказать своему ученику. Но, увы, в общении двух людей, когда для одного из них язык, на котором они объясняются, родной, а для другого он на уровне первого класса, имеются обоюдные трудности. И Кэтрин не рискнула столь глубоко копнуть проблему, опасаясь взаимного непонимания.
– Трудно сказать, что его толкнуло на такой поступок, - возразила она просто. И добавила: - Что же касается того, почему продолжают этого человека называть героем, - так этоистина, которую невозможно перечеркнуть. История, требует к себе бережного отношения. Могу привести более поздний пример.... Когда предложено было установить в одном из залов Конгресса пятьдесят скульптур самых выдающихся деятелей страны (от каждого штата по одному), Виржиния выдвинула талантливого полководца генерала РобертаЛи, командующего армии конфедератов в Гражданскуювойну.При этом никого не смущало то, что он был командующим армиейвраждующей стороны.