Кэтлоу

Ламур Луис

— И я о том же, — отозвался Биджа.

Джейк Уилбер развернул одеяло и молча улегся. Его примеру последовали Грек и Кентуки.

Никто не упоминал о Пескьере, который так и не появился.

Боясь встречаться с Кэтлоу после того, как его план убить Биджу потерпел неудачу, Пескьера пробрался за кустами к лошадям. Ему хотелось захватить с собой часть груза с добычей, но у него не было ни единого шанса. Кэтлоу знал, что он прятался в кустах, готовый выстрелить в него в тот момент, когда Рио схватится за револьвер,

и прикончил бы его без колебаний.

И все-таки один шанс, возможно, существовал. Пескьера мог отправиться к генералу Армихо, заявить, что его держали пленником в собственном доме и что ему удалось бежать, сообщить генералу, где находятся бандиты, и даже получить вознаграждение. Что касается сокровища, то Пескьера не сомневался, что Кэтлоу и его люди убили бы его, добравшись до границы. Он верил в это, потому что на их месте поступил бы именно так.

Когда путники на рассвете стали седлать лошадей, Пескьеры уже не было рядом, и снова никто о нем не упомянул.

Еще до восхода солнца Кэтлоу повел группу на север, в сторону Бисани, находящегося на расстоянии двадцати восьми миль безводной пустыни. Рио Брай был мрачен и сердит на самого себя. Он сглупил, что не воспользовался револьвером, а сейчас вчерашние союзники держались от него подальше.

Менее чем в миле от лагеря они нашли распростертый в песке труп Пескьеры с отравленной стрелой в горле. Лицо, шея и верхняя часть его тела уже почернели от яда. Он лежал, раздетый догола — одежду унесли индейцы.

Теперь не приходилось следить, чтобы все держались вместе. Каждый ехал с ружьем в руке, не сводя глаз с песчаных дюн. Биджу одолевали дурные предчувствия. Раньше он посмеивался над историями о сери, но теперь верил в них.

Миля за милей оставались позади. Теперь таракумара бежал у стремени Кэтлоу.

Когда вокруг уже не было деревьев и кустарника, один из мулов внезапно встал на дыбы и рухнул наземь. В горле у него торчала стрела.

Келехер начал поворачивать лошадь, но Кэтлоу увидел стрелу и понял, что остановка будет роковой.

— Поехали дальше! — крикнул он, и Келехер повернулся назад, к хвосту каравана.

— Подгоняйте мулов! — велел Биджа.

С помощью криков и кнутов они ускорили движение. Кэтлоу и Старик Мерридью поскакали назад помочь Келехеру подгонять мулов.

Когда они добрались до хвоста каравана, двое индейцев поднялись из песка, где они прятались, и с ножами в руках бросились к умирающему мулу. Последний из мулов каравана находился всего в сотне ярдов от них.

Мерридью подскакал к ним и выстрелил. Ближайший индеец вскрикнул и рухнул на мертвого мула.

Внезапно дюжина индейцев поднялась из песка в нескольких ярдах от Старика Мерридью, и Кэтлоу, вонзив шпоры лошади в бока, понесся к ним, паля на скаку из кольта. Стрела просвистела мимо его лица, и индейцы скрылись

за низкими холмами.

Мерридью с пожелтевшим лицом подъехал к Кэтлоу.

— Нужно убираться отсюда, — сказал Биджа.

Они проехали менее мили, когда подъехал Кентуки.

— Биджа, — сказал он, указывая на запад, — они все еще здесь. Я только что видел одного.

Через несколько минут Биджа заметил еще одного индейца по другую сторону от каравана, ярдах в четырехстах от них.

Тени исчезли, и становилось все жарче. Дым снова набросил пелену на солнце; миражи манили призрачными озерами. Длинные переходы сказывались на лошадях, а некоторые мулы едва тащились. Караван перешел на шаг.

Рио Брай избегал Биджу, но трудился так же усердно, как и остальные, подгоняя животных. Никто не помышлял о полуденном отдыхе. Все думали только о том, чтобы поскорее достигнуть Бисани. Они даже позабыли о генерале Армихо и его солдатах, скакавших по их следу.

С каждой милей опасность увеличивалась, но граница становилась ближе, а среди призрачных скал Чурупатес их ожидали свежие лошади и мулы, готовые к быстрому переходу до границы.

Они знали, что индейцы держатся вблизи. Временами из-за дюн доносились жуткие крики и странное пение. Но они никого не видели. Индейцы ни разу не показывались, лишь время от времени слышались сигналы, которые они подавали друг другу через пустыню.

Еще один мул свалился на песок, попытался встать и затих. Двое мужчин сняли с него седло и груз, распределив его среди оставшихся животных. Потом они двинулись дальше, но через несколько минут мул поднялся и последовал за ними на дрожащих ногах.

Прежде чем первая тень появилась на восточном склоне холма, свалились еще три мула, и один из них уже не встал.

Движение каравана замедлилось до предела, так как оставшиеся мулы были перегружены.

Кэтлоу поднялся на вершину гребня. Его лицо покрылось жесткой щетиной; рубашка затвердела от пота и пыли. Наверху, возле высохшего русла реки Асунсьон, находилась разрушенная церковь Бисани. Среди развалин он разглядел зеленые листья тополей — почти безошибочный признак воды.

— Сюда! — окликнул он. — Мы в безопасности!

Сзади послышались радостные возгласы.

Глава 20

Маршалу Соединенных Штатов Бену Кауэну было незачем искать следы, оставленные людьми Кэтлоу и их караваном, так как их путь был отмечен кружащими в воздухе стервятниками.

С невысокого гребня, увенчанного скалистой вершиной и несколькими деревьями, Кауэн изучал в бинокль лежащую перед ним пустыню. Ему нравился пряный запах небольших деревьев, которые к тому же давали некоторое подобие тени. Поблизости от него бурый мерин пощипывал чахлую пустынную растительность.