Керкопорта
Шрифт:
– Во- первых, не нищий, а юродивый. Другой статус. Во- вторых, припомните, в чем именно он его уличил. Император, удрученный заботами о спасении народа, неведомой ценой - но юродивый намекает на некую высочайшую цену - останавливает падение Города и продолжает спасать его от катастрофы. Как Вы думаете, что тут главное?
– Что же?
– поинтересовался Ио.
– Версий о причинах остановки времени в Городе - навалом. Одни не лучше других, - брюзгливо и, при этом, с видимым удовольствием от демонстрации превосходства ответил Петроний, - Особенность этой - в попытке внушить народу,
– А время в Городе и впрямь остановилось?
– спросил Ио.
– Смотря что под этим понимать. Пока просто примите как данность.
Петроний схватил одну из чашек и опрокинул себе в рот, жадно глотая что- то прозрачно- розовое с больничным запахом. Никита, воспользовавшись моментом, когда хозяин не видит, сделал Ио страшные глаза и постучал по лбу.
Петроний отдышался, поднял на Ио красные страдальческие глаза. На лбу Арбитра изящества выступили капли, холодные на вид.
– Не знаю, знакома ли Вам концепция катехона, но тут ситуация очень похожая, - наконец, ответил Петроний, поставив пустую чашку на край столика, - Удерживающий непостижимым образом отодвигает предначертанные сроки пришествия царства Антихриста - то есть, фактически останавливает время, нарушает его естественный ход. Народ такое нарушение природных законов понимает и одобряет. И тут дело даже не в благодарности. Царь в такой концепции оказывается олицетворением удерживающей силы, ее главным гарантом. Необходимостью. Неизбежностью.
Мгновение спустя Ио с изумлением обнаружил себя нелепо вытянувшим вперед руку с чашкой и стоящим на коленях, согнув спину, чуть не касаясь лбом пола, перед кушеткой с развалившимся на ней Арбитром Изящества.
– Она опасно накренилась - я не хотел, чтобы красивая вещь разбилась, - промямлил Ио растерянно.
– Это дорогой предмет посуды - пиала из индийского камня, - задумчиво заметил король поэтов и добавил после паузы, - Ее особенность - необычайная прочность.
– После царства Антихриста Откровение обещает Второе пришествие, - произнес Ио, глядя на Петрония снизу вверх, - То есть, откладывая великие несчастья, Удерживающий отдаляет также Страшный Суд и Небесный Иерусалим- цель христианской истории. Разве это не абсурд?
Петроний удивленно глянул на Ио, будто только увидев.
– Откуда мне знать? Я же не христианин,- сказал Петроний и в первый раз с начала разговора обозначил краями губ улыбку.
Сам плеснул воду в спасенную чашку и выпил в два глотка. Еле заметно шевельнул рукой. Старик бесшумно удалился.
– Будьте любезны, Никита, оставьте нас, - сказал поэт, - Хочу переговорить с нашим гостем с глазу на глаз.
Никита украдкой глянул на Ио и воздел глаза к потолку - 'теперь все сами давайте' - и вышел из комнаты.
– Хотел наедине спросить, чем могу Вам помочь, - сказал Петроний, когда они остались одни.
– Похоже, что ничем, - грустно прокомментировал Ио, - Если бы Вы меня узнали, сказали в первый момент нашего появления.
Поэт улыбнулся, как и в первый раз - краями губ.
– Верный вывод - из неверных посылок... А, кстати, зачем Вам так надо знать, кто Вы?
Ио изумленно уставился на хозяина.
–
Петроний отрицательно покачал головой.
– Вовсе нет. Когда Никита рассказал мне Вашу историю, я подумал, как бы сам себя чувствовал на Вашем месте. Разве плохо начать жизнь заново?
Ио в недоумении глядел на поэта.
– Взрослый человек, определенно образованный и неглупый, - между тем продолжал Петроний, - еще довольно молодой и сильный, который при этом совершенно не помнит, каких долгов наделал, скольким дамам поклялся в вечной любви и какие гадости натворил за всю предыдущую жизнь. Я подозреваю, такой участи позавидовала бы добрая половина моих знакомых.
– Много причин, - заметил Ио, - Хотя бы, будь Вы на моем месте, подумали бы, что, может быть, есть люди - родные, близкие, которые любят Вас и которых любите Вы. И Ваше исчезновение и неизвестность Вашей судьбы причиняет им боль.
Петроний еще раз покачал головой.
– Если эти люди находятся в Городе и до сих пор не объявились, то, скорее всего, Вы для них не так уж и важны. Тогда Ваше незнание о них, возможно, и к лучшему. Если же они - за пределами Города, тогда Вам тем более лучше не знать об их существовании.
– Тогда вот Вам еще, - продолжил Ио, - Мое дело, занятие, которому прежний я посвятил жизнь. Смутные тени воспоминаний в моем сознании говорят мне, что это было что- то важное. А я даже не помню толком, чем зарабатывал на пропитание. Вряд ли литературным трудом, как утверждает Никита. Этим в нашем мире не проживешь.
– Ну так то было раньше, - Петроний с кислой миной махнул рукой, - Война же, а особенно долгая осада создает громадный спрос на людей, умеющих поднимать дух армии и населения. Складно объяснять, каким образом очередная очевидная глупость власти представляет собой невероятную мудрость, простым смертным недоступную. Я могу Вам слету назвать с пару десятков деятелей искусства, до начала войны перебивавшихся с хлеба на воду, а нынче сделавших себе хорошее положение и состояния.
Петроний, не глядя, протянул руку под кушетку и вытащил оттуда стопку бумаг.
– Вот смотрите, например. Рукопись на рецензию - деяния славного магистра Ла Валетта, командующего обороны Мальтийской набережной. Автор - мой добрый знакомый. Я пока дочитал до места, где турки, отчаявшись штурмовать городские укрепления мальтийцев, от злости прибили к крестам обезглавленные трупы пленных христиаи и отправили с попутным ветром в сторону Города. Хитроумный Ла Валетт магистр велел в ответ отрубить головы пленным туркам и стрелять ими из пушек. Согласитесь - невероятно остроумный ответ?
Ио от представленного зрелища плывущих в одну сторону крестов с распятыми безголовыми телами и летящих им навстречу голов чуть не стошнило. Он сделал пару шагов в сторону приоткрытого окна и жадно втянул свежий воздух.
– Вам плохо?
– скорее, с вялым любопытством, нежели с сочувствием поинтересовался Петроний.
Ио, побледневший и мрачный, слегка пошатываясь, повернулся к хозяину.
– Ничего, не беспокойтесь. Может быть, Вам говорили: я - немного нездоров... Кстати, знаете, - он вдруг добавил, - с видом за Вашим окном что- то не так.