КД 5
Шрифт:
Терять время было нельзя. Я тут же использовал сразу все заготовки, что ещё остались к этому моменту. Мне сейчас нужно было много помощников. Мы же не обговаривали с беловолосым условия нашего сражения. Поэтому буду пользоваться всем, что есть в моём арсенале. А было там не так-то и много. Но мне этого немного вполне хватит.
Чтобы максимально усложнить жизнь беловолосому, я призвал ещё двух духов сокрытия. Двух защитников. И пять камикадзе. Причём накачал этих ребят под завязку. Самому было страшно находиться с ними рядом. Теперь оставалось сделать так, чтобы беловолосый не заметил мои сюрпризы. В том, что он сюда
Дворец начал стремительно трансформироваться, превращаясь в такую же пирамиду, что мы уже видели. Всё золото, что окружало его, втягивалось внутрь пирамиды, а на открывшихся участках начали открываться подземелья.
«Если, сможешь сдержать эти порталы, то я удвою вознаграждение».
Обратился я к Зер-Гулу. Он мгновенно исчез, чтобы появиться рядом с открывающимися подземельями. Орк раскинул руки по сторонам и от него начало исходить фиолетовое свечение, которое проникало в подземелья и они тут же схлопывались.
Придётся мне раскошелиться на вознаграждение Зер-Гула, но оно того стоило. Глядя на всё это, я уже начал очень сильно жалеть, что должен буду отпустить орка. Да и о том, что сразу не разглядел в нём подобный потенциал. Тупанул, но что поделать?
Пусть он и не дотягивает до уровня Титы и Бори, но зато какие великолепные перспективы. Немного прокачать орка и был бы у меня личный телепортер. Интересно, а он сможет закрыть уже открытое подземелье? Ведь там тоже обычный портал.
Зер-Гул остался на своём месте и продолжил захлопывать, пытающиеся раскрыться подземелья. Судя по потоку энергии, что он из меня тянул дело это не особо накладное.
Боря не полез с нами в портал Зер-Гула, тупо не успел. Поэтому пришлось возвращать его в хранилище, а потом уже воплощать рядом. Он, похоже, даже не заметил, что что-то произошло. Как лежал, так и продолжал лежать дальше.Теперь оставалось только ждать беловолосого и его решение.
— Что ты скажешь? Понравилось ощущать себя одной из фигур на великой доске? — спросил Йондо Барракиса
А именно так звали двух джиннов те, кто был с ними знаком. Хотя сами они предпочитали, называть себя Чёрный и Синий. Так они и делали с того момента, как выползли из-под крыла учителя. Его подарок позволял им подолгу обходиться без посещения Мировой башни. Но теперь они просто вынуждены туда вернуться. Даже если получится вернуть доску.
— Я и забыл совсем, какое это потрясающее чувство. Мне даже плевать, что потерял двух высших офицеров. Фигуры нашего противника оказались очень сильны. Мне даже пришлось сражаться в полную силу.
Эти слова заставили Йондо присвистнуть. Хотя он и сам был вынужден показать свой главный козырь. И всё из-за этого непонятного существа, что съело доску. Против его атак не помогала защита Йондо.
— Мне тоже, — всё же признался беловолосый и показал компаньону израненные руки.
Обычно подобные повреждения затягиваются буквально за несколько мгновений, а сейчас процесс заживления шёл крайне медленно. И единственным объяснением этому была сила доски, что за долгие годы нахождения рядом с джиннами смогла изучить их вдоль и поперёк. И вложила в атаки непонятного существа необходимую составляющую.
Йондо даже сам не знал, что это такое. О его слабостях знал только
Но ничего. Как только доска вернётся, они смогут снова сделать её своим самым верным помощником и незаменимым инструментом. Так же, как сделали это, когда учитель только подарил им артефакт.
— Доска всё ещё находится у того непонятного существа. Наш противник сказал, что это существо питается подобными артефактами, а потом выдаёт ему переработанные ресурсы. Ты слышал, когда-нибудь о подобном?
Барраксис задумался. А делал он это крайне редко, обычно всегда имея ответ на любой вопрос Йондо
— Могу только предположить, что это существо относится к одному давно вымершему виду истинных шерстяных драконов. Они могли поглощать любые ресурсы, артефакты, оружие, неважно. И перерабатывать всё это. В итоге выдавая чистейшие материалы, которые шли на создание ещё более качественных вещей. Насколько я помню, хозяин тридцать второго этажа купил его после того, как обнаружил мир, в котором когда-то жили эти существа. Оставленных ими ресурсов вполне хватило на это.
— Хочешь сказать, что у нашего соперника действительно имеется существо, которое способно уничтожить артефакт, подаренный нам учителем?
— Ничего подобного я не хотел говорить. А лишь ответил на твой вопрос. Как и сейчас могу ответить, что подобное вполне возможно. И вероятность подобного поворота событий довольно высока. Мы уже сделали свой ход, но так и не смогли одержать победу. Партия продолжается. Сейчас мы не в состоянии предсказать её исход. Но я могу точно сказать, что нам необходимо возвращать подарок учителя. И сделать всё возможное, чтобы он не пострадал.
— Именно поэтому я и прервал твой бой. Необходимо посоветоваться. Наш противник поставил условия, при которых мы можем не только вернуть доску, но и выиграть эту партию. Мы должны будем вернуть всех, уже выпущенных монстров, закрыть порталы и исчезнуть из этого мира. А ещё он сказал, что хочет сразиться со мной и в случае проигрыша обязательно вернёт доску. А если он выиграет, то мы должны будем стать его рабами на сто лет.
— Если он предложил тебе это сам, то совершенно точно уверен в своей победе. Во время вашего боя он смог понять, насколько ты силён и разработать стратегию. Всё же доска не стала бы выбирать первого попавшегося человека. Наш противник невероятно умён и хитёр. И поэтому нам необходимо быть предельно осторожными, соглашаясь на что-нибудь предложенное им. Но если у нас есть возможность вернуть доску относительно легко, то обязательно нужно ей воспользоваться.
— Я не уверен, что у нас получится вернуть доску относительно легко. Если она выбрала себе другого хозяина, то боюсь, что мы не сможем ничего с ней сделать.
— В этом случае нам останется только вернуться в Мировую Башню и стать одними из миллионов ничтожеств, что слоняются по ней в поисках лучшей жизни.
Глава 20
— Я думал, что ты не смог договориться со своим синекожим товарищем. Прости, но не помню, как ты его называл, — произнёс я, когда джинны появились метрах в тридцати от того места, где мы подготовили арену для нашего поединка.