Кайорат
Шрифт:
— Бедный, — произнесло оно, — понимаю, тебе сложно находиться рядом со мной. Ваше племя так суеверно. Но я не причиню вреда, сладенький, ни чутки. Ты колеблешься? Возможно, даже смогу помочь тебе, объяснить причины страха.
Пилон всхрапнул и с крайним удивлением посмотрел на меня.
— Не понимаю чего-то? Ты боишься… кошку?!
Меня окатило волной смущения и возрастающего раздражения. Чудесное начало дня. Молча, насупившись, смотрел на существо с опаской. Было очень сложно объяснить, почему я веду себя так.
— Пилон, я удивлена такой неосведомленности, при твоем опыте и знаниях, — существо хмыкнуло
— Маленького куратора зовут Кайорат, — огрызнулся я, — а вообще, не боюсь. Мне просто не нравится сравнение с драконами. Любые ссылки на них возмущают меня.
— Ну, конечно, — вновь хмыкнуло существо, и хитро прищурилось.
Пилон не выдержал.
— Не хило они охраняют свой маленький секрет. А вы чего молчали?
— У нас нет потребности в подобном преувеличенном показном могуществе.
— Малыш, — задумчиво спросил жеребец, пожевывая губу, — разве в мире феков нет кошек?
Я непроизвольно дернулся, и существо хихикнуло.
— Нет. Первый раз вижу… их.
— А чего боишься не пойму?
Я открыл рот, но кошка перебила низким мурлычущим голосом:
— И не поймешь. Анушка больше всех мнят о себе, но хитрюги имеют на это право, — она прищурилась и, распушив пышную черную шерстку, села. Я не сводил с нее подозрительного взгляда. Кошка стала похожа на клубочек, обернув хвостом аккуратные лапки, — Видишь ли, Пилон, мы очень старая раса, такая же старая, как и кураторы. Живем, конечно, меньший жизненный срок, но верь поговорке про 9 жизней, — подмигнув коню, она пристально взглянула на меня, отчего по холке прокатилась нервная дрожь, — Если малыш боится — его выбор, но поверь, сладенький, мне не нужны эти переживания. Страх древний и скорее инстинктивный, нежели действительный. Чувствуешь нервное раздражение?
Я кивнул, ощущая прежнюю неловкость. Кошка хихикнула и, помурлыкав, добавила:
— Привыкнешь. Ты смешной малыш, но чувствую сильный. Хочешь знать причину? — Я кивнул еще раз, немного успокаиваясь. Кошка облизнула язычком нос, спросила:
— А он может слышать это? — и повернула голову в сторону Пилона.
— Да, — вот не пришло в голову сомневаться в Пилоне. Стоило ли доверять коню настолько? Кошка сладко прищурилась и ответила:
— Ну, хорошо. С одной из точек зрения кураторы замечательные существа. Умные, долгоживущие, талантливые. Держат оси мира на могучих плечах. Они часть радуги, причем не самая малая. Кураторы магические существа. У них обширные знания и связи с разумными существами во всех мирах. Они хранят разные секреты, в том числе связанные с драконами, но я не говорю сейчас об этом. Кураторы не поддаются действию магии, их невозможно отравить или убить с ее помощью. Лишь самые простые заклинания и иллюзии действуют на них, точнее через них на тех, кто рядом. Кураторы сами магия. Они универсальны во многом, например, языки. Ты ведь знаешь языки миров, малыш? Даже не задумываешься об этом, верно? Но мы знаем все о вас. Знаем больше, чем вы сами знаете о себе, потому любой куратор испытывает подозрительность, неприязнь
— Хотите сказать, что читаете наши мысли? — возмутился я, получая подтверждение своей антипатии.
Ответил Пилон:
— Чтобы читать твои мысли, малыш, кошкой быть не обязательно. Нет, Матильда хочет сказать, что ее народ жил рядом с кураторами на заре их общей юности, видел и знает о них больше, чем кто-либо еще. Потому что ваши роды одинаково стары. Почему-то это знание смущает кураторов. Странно, я думал взрослого куратора вообще смутить сложно, а уж внушить страх…
— А что мы знаем такого о кошках? — злорадно поинтересовался я. Матильда сладко зажмурилась. Затем уставилась на меня оранжевыми глазами и хмыкнула более чем выразительно:
— Да ничего. Какие у нас секреты, Кайорат?
Поняв, что мне ничего не светит, я вернулся к теме икуба.
— Вы говорили об Осирисе. Видели?
Кошка встала и потянулась, вытянув по очереди передние лапки, а затем задние.
— Я говорила Пилону, что видела его несколько месяцев назад. Думаю, ваш страх несколько преувеличен.
Мне не удалось сдержать гнев:
— Что ты знаешь?! Он в беде, его похитили и, возможно, убили или убьют.
— Не думаю, — спокойствию крошки, которую я мог бы прихлопнуть ударом лапы, можно было позавидовать.
— Малыш, ты плохо учился?
— При чем здесь учеба?
— У вашего икуба отличная защита, навряд ли его рискнут убить. Будут держать пленником, может, продадут, но убить… не думаю.
— Это почему? — немного остывая, поинтересовался я. Пилон, кажется, сосредоточенно думал, даже морщины на морде появились.
— Я знаю, — вздохнув, произнес он. Кошка мурлыкнула и спросила:
— Ну?
— Дело в глазах? Неужели, правда?
— Как посмотреть, мой друг. Тем не менее, скажу для Кайората. Видишь ли, малыш, Осириса побояться тронуть, потому что он неудачник. Но не просто неудачник, а отмеченный богом.
— Чушь какая-то, — вырвалось у меня.
— Угу, — совершенно невозмутимо подтвердила Матильда, — но в нее верит большинство. Если такому существу с меткой, кто-либо причинит вред, а тем более убъет, то метка перейдет на согрешившего. Мало того, в семь раз больше.
— Это как разбить зеркало, — встрял жеребец.
— То есть?
— Разбившего зеркало ждет семь лет несчастья. А убившего меченного вечное проклятие до седьмого колена. Так что, возможно, икуба будут держать взаперти, пытать или угрожать, но без физического насилия. У вас есть время помочь ему. Но нужно вести себя умно, ведь вы то не меченные, — сказала кошка.
— На что она намекает? — спросил я Пилона. Конь пропустил мои слова мимо ушей, занятый глубокими раздумьями:
— Тильда, а ты случаем не знаешь, кто такие зеленые маленькие человечки, занимающиеся тайными спасательными операциями?
Кошка прошла мимо, небрежно коснувшись теплым бочком моей лапы, и вызвав этим у меня нервную дрожь.
— Ну, не знаю, может ищейки? Тайная полиция радуги.
— Больше похоже на военных.
— Кайорат, расскажи-ка, что ты знаешь о радуге? — поинтересовалась пушистая зверюшка. Я открыл пасть, подумал и закрыл.