Кайград. Острова
Шрифт:
Правда, Капитану было плевать на баланс сил. Его немолодое сердце растило чувство светлое и сильное. Он смотрел на молодую и ловкую Тэю, и душа радовалась. Она была его единственным слабым местом, которое он был готов защищать, чего бы ему это ни стоило.
* * *
На душе у Лика давно не было так легко. С самого утра Булла забрал к себе Клеон для какого-то дела, и впереди был целый день без эмоциональных вспышек и конфликтов. Лик уже давно понял, в чём состояли сила и слабость Булла: эту деятельную натуру невозможно было подчинить себе или как-то побороть. Силой духа Булл не уступал Лику, и единственное, что он мог сделать, – это пытаться хоть немного
«И почему она смеётся над его тупыми шутками?» – некоторые вещи Лику были по-прежнему неясны, сколько он ни вгрызался в них, сколько ни анализировал.
– А ты сегодня какой-то расслабленный!
Огромная фигура на его пути отвлекла его от размышлений. За последние полгода Сим разросся так, что некоторые Собиратели даже не решались его обматерить как следует. Лик не спеша окинул взором закрывавшую ему проход тушу, после чего произнёс:
– Ты тоже особо не напрягаешься по виду – весь вон жирком заплыл!
Сим довольно расхохотался, хлопнув Лика по плечу. Жестокая битва во время шторма должна была сделать их непримиримыми врагами. Однако Сим понимал, что лишь благодаря своему сопернику и тому странному снадобью, содержавшемуся на кончике клыка, он смог осознать и принять себя и своё прошлое, за что он был навечно благодарен Лику. Примирившись с ним, а после с Буллом и Тэей, Сим стал гораздо добродушнее. В нём больше не было обиды и злости на весь окружавший его мир. Тем не менее чувствовалось, что каждого, кто поднимет руку на его друзей, он будет готов порвать на куски.
– Что, сегодня наш великий гений наполнил тебе голову новой порцией дерьма? – Квадратное лицо Сима, обрамлённое развевающимися русыми прядями, выражало лёгкую насмешку.
– Только пару ложечек. Сегодня был лёгкий день.
– И какой толк всё время думать? Особенно здесь? – Сим смачно отрыгнул.
– Ты когда успел набить пузо?
– Молчун оставил мне немного с вчера.
– Хм, ну раз ты сытый, работы сегодня будет поменьше.
Помимо временного отсутствия Булла, второй хорошей новостью для Лика стало его назначение на кухню к Молчуну. Дни, проведённые за готовкой, были его любимыми. В конце концов, кулинария была прекрасным способом самовыражения.
Подойдя к одному из люков, Лик без малейшего напряжения спустился вниз по канату и попал сразу на кухню. Молчун встретил его своей широченной улыбкой, тут же разразившись потоком радостных восклицаний:
– Вот и мой любимый мальчишка! Сколько лет, сколько зим! Дорогой, усаживайся быстрее! Без тебя вся работа стоит!
Так уж вышло, что главной особенностью Молчуна стала его склонность болтать без умолку, сопровождая процесс готовки шутками, пословицами, мудрыми афоризмами и глубокомысленными монологами. Правда, всё это меркло рядом с его безграничными достоинствами. Когда во время одного из голодных периодов кто-то чудом выловил морского беса, Молчун приготовил из него настолько сытное блюдо, что команде удалось продержаться пару недель, прежде чем «Незавидный» набрёл на первый остров.
Лик привычным движением обвязал вокруг талии фартук и взял в свою единственную руку огромный разделочный нож. На всём корабле, пожалуй, только Молчун да ещё Юго могли обращаться с этим инструментом с подобным мастерством.
– Эй, давай там, не халтурь! – Молчун даже не смотрел на него, зная, что Лик исправно выполняет свои обязанности. Однако так уж было заведено на этом корабле, что старшие покрикивают на младших,
– Слышишь, Лик? Бо со смотровой увидел Оружейников – вот и орёт.
Прикинув, с какого расстояния можно было увидеть корабль с верха мачты, Лик понял, что у него есть около получаса, а потому он уже более не отвлекался на болтовню Молчуна. Одной из главных черт, которые ему привил Юго, сам того не замечая, было мучительное, практически непреодолимое любопытство.
* * *
Лик много слышал об Оружейниках, но ещё ни разу с ними не пересекался, а между тем весь «Незавидный» мигом ожил в преддверии встречи со своими жуткими партнёрами. Никто из Собирателей не хотел ударить в грязь лицом. Одетые при полном параде, с самыми суровыми выражениями лиц, Капитан и его бойцы выстроились вдоль левого борта.
«Горбун» по своему размеру был ещё меньше, чем «Незавидный», но тайная работа, кипевшая там, не давала покоя никому, кто имел дело с Оружейниками. Именно в глубине этой невзрачной на вид конструкции эти сумасшедшие научились каким-то образом использовать Свет из людей для добычи и ковки металла. Мрачные лица Оружейников внушали страх даже самым кровожадным из Собирателей. Пожалуй, это было главным действующим фактором, не позволяющим ни одной шайке головорезов рискнуть и взять «Горбун» на абордаж, чтобы посмотреть, что же там внутри. Кроме того, выгоды от сотрудничества с ними было явно больше. Собиратели получали самые разнообразные виды оружия в обмен на всё тот же Свет. Безусловно, эксперименты Оружейников дали этому миру многое, но цена, которую они платили, была слишком высока. Даже Юго понимал это. А потому, легкий зуд любопытства, мучавший его, никогда не выходил из-под контроля. Он смотрел на бледные лица Оружейников и понимал, что его судьба пусть и суровая, но гораздо менее мрачная.
– Снова гадаешь, нет ли там кого-то умнее тебя?
Поглощённый своими размышлениями, Юго не заметил возникшего за его спиной Клеона. Наглый взгляд огромных чёрных глаз Собирателя оглядел учёного. Этот худощавый головорез не был лишён своей грации. Отчаянный любитель женского пола, Клеон чаще всего напоминал Юго дикого кота, мягко перемещающегося по «Незавидному» в поисках выгоды. Внешне целиком и полностью покорный Капитану, Клеон таил в своей хитрой голове планы, о сути которых Юго мог лишь догадываться, однако именно этот безжалостный убийца и мошенник был главным источником опасности на корабле. Гнев Капитана, тупая ярость Вога, ворчание Буди – всё это Юго мог предугадать и проконтролировать. Но Клеон со свойственной ему непредсказуемостью был гораздо опасней. Все эти мысли за долю секунды пронеслись в голове учёного, после чего он ответил:
– Металл интересует меня в последнюю очередь, Клеон.
– Ещё бы! В противном случае ты бы уже был там, среди них. Не жалеешь, что профукал свой шанс? – Ни капли.
– Ну да, тем более когда у тебя есть твой любимый мальчик на побегушках… Правда, я слышал, ваши изыскания зашли пока в тупик.
– Неужели Капитан посвятил тебя и в это?
– Почему нет? Долг службы обязывает меня знать обо всём, что происходит на «Незавидном». Ты слишком сильно полагаешься на свою уникальность, друг мой. Раз Оружейники нашли себе такого же умника, то и мы сможем.