Каятан
Шрифт:
— Мало тебе метателей ножей на свою голову, — подначил друга Кай.
— Вообще-то в самый раз, — возразил Мик, — просто эти ради разнообразия будут метиться в кого-нибудь другого…
— Алиса, ты ведь не против? — уточнил Кай.
— Не против, — ответила Алиса, — но, может, ты все-таки расскажешь, как ты сумел достать разрешение на проход в Верхний город? Почему ночью и почему ты обязательно должен идти один?
Надо сказать, все эти вопросы Алиса задавала уже не раз, но вразумительного ответа от Кая так и не дождалась.
— Это бесполезно,
— Ага, ну, уж на этот-то счет можешь не придумывать: я же видела, как вы вчера шептались после ужина.
Кай с Миком виновато посмотрели друг на друга.
— Мало ли какие у нас могут быть секреты, — попробовал сгладить обстановку Мик.
— Да! Может быть, Мик у меня совета по женской части спрашивал? — предложил Кай.
— Да! — мгновенно подтвердил Мик, не успев понять сути вопроса. — Что?!! — через мгновение опомнился он: кажется, щеки у него слегка порозовели. Алиса почувствовала, что тоже краснеет. Какие еще советы? И чего это Кай так улыбается весело? Нет, он ведь явно меняет тему разговора…
— А что это был за мужчина в плаще, с которым ты разговаривал? — обратилась Алиса к Каю, который все еще улыбался, — но это было уж лучше, чем смотреть на до сих пор не пришедшего в себя от смущения Мика.
— Знакомый, — уклончиво ответил Кай.
— И откуда же ты его знаешь?
Кай нахмурился: какое-то время он пытался придумать в ответ что-нибудь достоверное, но, видимо, у него не получилось. Тогда он сделал сердитое лицо — постарался сделать сердитое лицо — и строгим же голосом — Алисе показалось, что этот голос, по задумке Кая, должен был звучать строго, — проговорил:
— Оттуда.
— И все? — не отставала Алиса. Теперь уже сдерживала улыбку она.
Вид «строгого» Кая ее совсем не пугал. Это была его удивительная способность. Вроде бы выражение лица совершенно не менялось, но смотреть он мог совершенно по-разному. Того «тяжелого взгляда», которым он смотрел на нее неделю назад, когда подозревал в чем-то, он не нее больше не направлял. Казалось, у него не получалось, даже если старался.
— Он поможет в Верхний город пробраться, — сказал Кай, вздохнув, и через секунду добавил, — но только одному мне.
Алиса задумалась. Как бы его еще подловить? На самом деле ей было все равно, как Кай хотел перебраться через стену, но попытаться выведать что-нибудь интересное было забавно. В конце концов, у Алисы никогда не было друзей, ни с кем она не могла говорить просто. Ни с кем она никогда не могла быть столь откровенна. Даже воспоминания о маме приносили совсем другие чувства — только притупленную и удивительно быстро отступающую боль утраты.
Как ни стыдно было признать, но Алиса больше не могла сказать, что скучает по родителям. В течение каких-то четырех-пяти дней она успела умереть и неожиданно для себя самой — родилась заново. Алиса поймала себя на мысли, что ей не очень-то и хочется,
В городе — на центральной улице и еще нескольким, к ней примыкающим, — Кай, Мик и Алиса провели весь день. Наверное, для Алисы это был один из самых счастливых моментов в жизни — впрочем, признаться в этом ей пока не хватало смелости — и уж точно самым веселым.
Здесь было несколько деревянных помостов для театральных постановок. На каждом разыгрывали какие-нибудь шутливые сцены или показывали фокусы. Большинство миниатюрных спектаклей развивалось по схожему сценарию: богатый влюблялся в бедную — или богатая в бедного, — после чего на их голову сыпалось множество различных несчастий, которые они в конечном итоге преодолевали не без помощи выступающих на доброй стороне короля и инаров Ордена. Алисе понравились абсолютно все представления. А главное веселье началось чуть позже, когда они наконец наткнулись на пресловутых метателей ножей.
Сначала метатель, а точнее — метательница, в роли которой выступала молоденькая девушка, очень красивая, вряд ли больше чем на два-три года старше самой Алисы, показала несколько «простых» трюков. Попадала в центр мишени с расстояния в два десятка шагов. Сначала просто, затем — в прыжке, потом — с кувырка, спиной к мишени, с завязанными руками и даже стоя на руках — в момент броска, разумеется, стоя на одной руке. Потом девушке потребовался доброволец.
Как ни удивительно, несмотря на всю привлекательность юной метательницы, для пущего эффекта обряженной в кожаные одежды, желающих не нашлось. Народ догадывался, какая участь уготована смельчаку.
— Ну что ж, если желающих нет, — с хитрой улыбкой произнесла девушка, — воспользуемся добровольно-принудительным методом.
И выбрала «добровольца» самостоятельно. Было довольно забавно наблюдать застывшее на лице Мика выражение, когда метательница втягивала его за руку на помост, а потом привязывала перед мишенью.
— Поддержим этого бесстрашного до сумасшествия юношу! — воскликнула девушка. — Кто знает, может быть, сегодня он видит солнце в последний раз!
Мик задергался в путах, но без толку. Узлы держали крепко.
— Итак, отважный термилионец, ты готов к испытанию своей воли? Помни, боль можно перетерпеть, но увечья остаются на всю жизнь!
Народ помирал со смеху. Кай держался за живот и с трудом сохранял равновесие. Алисе было жалко Мика, который явно был близок к обмороку, но удержаться от всеобщего веселья — оказалось выше ее сил.
— Ты готов?! — в последний раз спросила метательница, судя по выражению лица, самым зловещим голосом, на который была способна.
— Нет, — ответил Мик так тихо, что Алиса скорее прочитала по его губам.