Кай

Аянский Егор

— Что-о-о? — Лис поднялся из-за стола, — Здесь я задаю вопросы! Отвечай!

— Ты спросил, помню ли я день. Я тебе ответил, что помню. Теперь твоя очередь. Что сказал Крикун?

— А ты дерзкий, Кай, и настырный. — Лис уставился в мои глаза, и я почувствовал, как начинаю проваливаться в проклятую бездну.

Нет!

Я удивился, как легко скинул с себя оковы.

— Лис, Крикун не мог этого сделать.

— Вот же чертов Фаэли, ну откуда такая воля? Что у тебя за способность?

— Я не знаю откуда. Мне восемь лет, причастие я не проходил, свою способность

не знаю. Лис я ответил на три твоих вопроса. Ответь мне на один.

Лис чуть не задохнулся от ярости, долго-долго смотрел на меня, а затем махнул рукой:

— Ничего он не сказал. Я был в его голове, но там нет и намека на преступление. Там вообще ничего нет, в том числе и подтверждения его невиновности. Он пьет камаису, а она… — Лис внезапно осекся, — Впрочем это неважно, сейчас ты пойдешь спать, а я к утру решу, что делать с твоими заработками. Завтра Крикун будет казнен.

— Нет! — я почти перешел на крик, — Сходи к Марте, она скажет, она может узнать, как все было!

Глаза Лиса опасно сузились, — он подошел ко мне и приблизился настолько, что я ощутил его горячее дыхание.

— Ну-ка, повтори!?

— Марта, она видит. — Внутри у меня все тряслось от страха, но я ответил ему.

— Откуда ты это знаешь? — он грубо схватил меня за плечо и потянулся к ножу на поясе. — Об этом никому не известно, кроме нее и меня!

— Пусть она сама расскажет, если считает нужным!

Лис сильно отшвырнул меня на кровать, взял со стола связку ключей и пошел к двери. Открыл ее и, обернувшись в проходе, бросил в мою сторону:

— Сегодня ты ночуешь здесь!

С этими словами он захлопнул дверь, и запер ее снаружи.

Всю ночь мне не спалось из-за дурных мыслей о произошедшем. Крикуна я считал настоящим другом, хотя и имел от него некоторые секреты. Но они касались только меня и моих родителей. Еще и эта оговорка Лиса про настойку Рива; у меня не было полной уверенности, но кажется, она каким-то образом не дает главе Убежища узнать, что произошло на самом деле. А Крикун ведь искренне думал, что его спасает колючка во рту.

Я смог задремать только под самое утро, и проснулся от громкого шума за дверью. Поднялся с кровати, поправил за собой одеяло и сел за стол, тупо уставившись на дверь. Спустя полчаса замок повернулся, и в комнату молча вошел хмурый Лис. Он показал мне кивком головы на выход, и я, наконец-то, покинул комнату.

Главная комната Убежища был забита людьми до отказа, отчего в зале стояли гудение и шум. Тигерт со своим переходом силы собрал народу почти в два раза меньше. Здесь уже соорудили помост, на котором рядом с плахой стоял связанный потрепанный Крикун с кляпом во рту. Я попытался махать ему рукой, но он смотрел куда-то в другую сторону отсутствующим взглядом. Меня подхватили сзади под руки и отодвинули в сторону. Обернулся — это оказался Лис. Он уже переоделся в черную одежду палача и сейчас держал в руках широкий меч. Мне стало немного дурно, неужели я снова опять увижу смерть близкого человека? Немного ли их для моего возраста?

Сборище перед Лисом как обычно расступилось, и он указал мне жестом, следовать

за ним. Я поднялся на помост и встретился взглядом с Крикуном. Когда он увидел меня, его глаза широко раскрылись, и он резко задергался. Но стоявший рядом с ним подручный главы крепко держал его.

— Изгои, я обращаюсь к Вам, — начал Лис. — Не все из Вас знают, что здесь творилось семь или восемь лет назад, но многие из Вас помнят, сколько сил и времени мной было потрачено, чтобы навести порядок. Я требую беспрекословного выполнения законов и чту их сам. Вчера, один из Вас посмел преступить их… Ничто так не подрывает веру в единство общества, как кража у своих же сородичей. И вдвойне хуже, когда это делают самые молодые из Вас. Наказание за это одно — смерть!

— Смерть! Смерть! Смерть! — единым голосом подхватила толпа.

— Гилми, Кривой, поднимитесь сюда! — Лис поискал их глазами.

Из толпы вышли два предводителя детских шаек и поднялись на помост.

— Вы, двое, являетесь теми, на кого я рассчитываю больше всего. Вы будущие лидеры нашего общества! Готовы ли Вы участвовать в совершении правосудия над Вашим сверстником?

— Да, — произнесли они одновременно.

Лис схватил Крикуна, ногой надавил ему под колени, отчего тот упал перед плахой, а затем обратился к Гилми и Кривому:

— Держите его и смотрите внимательно.

Он занес меч над шеей Крикуна, и, в этот момент, Кривой посмотрел на меня и подмигнул, растянув злорадную улыбку на своей физиономии.

Я все понял…

Глава 7

Голова предводителя попрошаек покатилась по помосту и соскочила вниз, а Лис одной рукой поднял Крикуна с пола и приказал подручным развязать его. В зале воцарилась полная тишина. Никто не понимал, что только что произошло. Ошеломленный Гилми смотрел как, заливая все кровью, падает на пол тело Кривого и беззвучно двигал ртом, пытаясь что-то сказать.

Лис извлек из кармана тряпку, протер ей меч от крови и спокойно закончил свою речь:

— Но есть вещи и похуже крысятничества, например обвинить в этом невинного человека, украв и подбросив ему вещи лучшего друга. Тот кто желает занять рабочее место этой падали, — Лис указал на обезглавленное тело, — Может подойти ко мне после завтрака. Крикун, Кай вы идете со мной.

Мы проследовали в его комнату. Он запер замок и прошел к своему столу, открыл ключом нижний ящик и извлек оттуда наволочку с моим добром. Затем поднял глаза и пристально уставился на меня.

— Кай, я не собираюсь выяснять, какими способами ты сумел заработать такую сумму денег, но считаю, что ты поступил со мной нечестно. Можешь забрать все обратно, но с завтрашнего дня твоя норма возрастает до двадцати сколитов. Норма твоего друга тоже, — он перевел глаза на бледного Крикуна, который, казалось, до сих пор не верил, что остался жив. — Сегодня вы свободны от работы. Кай, Марта хочет говорить с тобой. Идите.

Он открыл перед нами дверь, дождался, пока мы выйдем и захлопнул ее, запершись изнутри.