Кай
Шрифт:
И действительно, толстые серебряные прутья понемногу расходились в стороны. Когтистые руки вампира дымились от серебра и уже почти сгорели полностью, но он продолжал пытаться прорваться. Ко мне…
В толпе раздались восхищенные вздохи и возгласы — в воздухе повисло огромное серебряное копье. Я перевел взгляд и увидел, как начальник стражи Фелморт двигает руками, а копье повторяет в воздухе эти движения. Все закончилось мгновенно. Он пронзил вампира им точно в голову и выволок из клетки на мостовую. Вампир начал биться в судорогах
— Во-от теперь валим точно! — Крикун вприпрыжку понесся по городскому саду, и я, не раздумывая, побежал вслед за ним. К нашей радости, все солдаты оказались одетыми в тяжелую броню, а потому очень медленно двигались, что дало нам возможность не попасться им на глаза. А те, кто были на лошадях, не смогли перепрыгнуть ограду и нам удалось скрыться в одной из подворотен. Мой напарник привел меня к неприметному дому, откинул стоящую возле него широкую доску, а затем юркнул туда. Стоит ли говорить, что я без вопросов последовал за ним. Крикун подтянулся, затащил деревяшку на место, и мы затаились в углу, слыша, как сильно бьются наши сердца.
— Кай, — прошептал он, — А ведь вампир смотрел на тебя…
— Я это заметил, только вот не знаю почему.
— Но ты видел, что он творил? Мне приходилось наблюдать не раз, как дерутся люди, но, чтобы такая ярость… Ему точно нужен был ты. Можешь со мной не спорить даже. — Он повернул лицо ко мне, и словно ждал, что сможет от меня узнать ответ на свой вопрос.
Я поднял левую руку и показал ее в лучике пробивающегося света Крикуну.
— Может быть дело в том, что он учуял кровь на повязке?
— Бред. У него стражник в клетке лежал мертвый, а он на него даже не обратил внимания.
— Может ему нужна именно детская кровь?
— Ладно, мне кажется, что все равно не узнаем. — Крикун поудобнее устроился на какой-то соломе в углу, — Еще полчаса посидим и пойдем. Пусть там все уляжется. Можешь пока рассказать, почему ты попал к изгоям, если хочешь.
— Не хочу. Может когда-нибудь потом. Давай лучше ты.
— Это скучная история. Отца я никогда своего не видел и не знаю. А мать у меня гражданка, но проститутка. Откуда дети берутся знаешь?
— Знаю.
— Ну тогда ты понимаешь, чем она занималась. Хуже всего, когда она приходила пьяная и клиент такой же. В такие дни мне особенно сильно прилетало. Однажды, она привела сразу троих, сама уснула, а меня избили ее пьяные гости. Смотри. — Он переместился на свет и повернулся ко мне спиной. Я увидел несколько небольших шрамов и один уродливый, словно вырван кусок, — Вот эта дырка осталась от рыбацкого гарпуна. Я после этого и удрал, забился в подворотню, истекая кровью, думал сдохну. А меня Марта нашла и вылечила. Так я и стал изгоем — уже два года здесь.
— Странно.
— Что странного? — заинтересовался Крикун.
— Меня
— Совпадение. Она очень много ходит и знает катакомбы лучше, чем кто-либо из нас. — Голос Крикуна вдруг сделался очень громким, и он потянулся за своей бутылочкой.
— Наверное совпадение. — Я задумался, вспомнив слова матери Лиса о кинжале, и о том, что сам себе помогу с рукой.
Получается она знает о моей Силе? Или это просто бред полоумной старухи?
— Крикун, можно вопрос?
— Валяй, — он приложил темный пузырек к губам, и я снова ощутил сладкий запах.
— Что это такое у тебя в руках, и почему ты это постоянно пьешь?
— Это? — Он протянул предмет мне, — Это Марта для меня готовит. Я плохо владею своей способностью, и мой голос иногда ведет себя как хочет. Зелье снижает громкость речи. Но тебе не стоит даже пробовать — обычный человек лишается возможности говорить на несколько часов.
И снова Марта. Похоже нужно о ней побольше узнать. А зелье интересное, кажется ему найдется место в моих планах.
— Ну что, на заработки? — я посмотрел на Крикуна, и он уверенно кивнул.
Через полчаса мы уже слонялись по рынку и клянчили у прохожих деньги. Получалось, не очень хорошо. За четыре часа мы заработали всего девять сколит. Шесть я, и три мой напарник.
— Молодец! Норму выполнил! Пойдем обратно что ли?
— Крикун, нам еще один камень остался.
— Если бы. Это у тебя норма пять. У меня десять. Пошли лучше к оружейной лавке, там столько интересных штуковин!
— Нет. Нам еще нужно шесть сколит.
— Кай, ты, конечно, отличный парень, но твоя упертость начинает раздражать. У меня есть запас, не переживай.
Я уже хотел было возразить ему, как вдруг увидел даму в дорогом роскошном платье, которая медленно приближалась к нам, рассматривая товары на прилавках. Мне мгновенно вспомнился случай в порту.
— Крикун, ударь меня и беги в тот подвал.
— Чего? — он уставился на меня широко открытыми глазами.
— Что слышал! Быстро! Потом все объясню.
Крикун пожал плечами, и довольно сильно мне заехал под дых, а затем пустился наутек, расталкивая прохожих. Я упал на землю, согнулся пополам и захныкал. Из толпы раздались возмущенные крики:
— Догоните его! Совсем оборзели эти бездомные!
— Вон он, лови! Растяпа чертов, чтобы тебя мутанты сожрали!
— Сбежал-таки, сученок!
— Маленький, какой! Мальчик, тебе больно? — произнес женский голос, наполненный жалостью и уверенностью одновременно.
Услышав последнюю фразу, повернул голову и посмотрел сквозь слезы на говорившую. Это была она! Я захныкал еще сильнее, вытащил культю из-под лохмотьев и стал ей растирать слезы по измазанному грязью лицу.
— Пресвятая Мелина, он еще и калека! Мальчик, где твои родители? Они тебя выгнали? — Она присела около меня и попыталась помочь мне встать.