Катунь Коварная

Ершов Олег Ульянович

– Ну, вот и все. Сейчас будут бить. – Утвердительно стал настраивать себя Петриков, оглядывая незвано прибывших незнакомцев. – Прогулялся! – подумал он, считая местных здоровяков. – Одиннадцать пацанов, и пять девчонок сзади на сидениях! Многовато для одного, но ничего не поделаешь. Сам дурак, подышать свежим воздухом потянуло. – Сжав свой большой кулак приготовился он.

– Дядь, дай закурить! – басистым голосом, спросил патлатый здоровяк с молодыми темными усиками, сидевший за рулем старой «ЯВЫ», сидение которой было обтянуто

красным бархатом, снизу обшитым болтающейся бахрамой, срезанной с бархатной скатерти.

– А спички-то есть? – настраивая шутливый разговор, спросил Петриков на всякий случай, оборачиваясь назад.

– Спички-то есть, да вот с табаком проблема в стране. – Откликнулся молодой юморист слева на черном «ВОСХОДЕ», сплюнув сквозь зубы в сторону.

– А чо курите-то, «Беломор» или «Приму»? – ожидая начала драки, спросил Петриков.

– Да хоть «Махорку». Ты откуда здесь взялся, дядя? – подойдя сзади, спросил его высокий парень лет двадцати с длинными, ниже плеч, густыми светлыми волосами, в широких полосатых брюках, в простонародье прозванных «колокола», побрякивая цепью.

– Я-то? – доставая из кармана пачку «Примы», спросил Петриков, ожидая удар.

– Ты-то? – дерзко переспросил его невысокий скуластый паренек в геологической штормовке, подходя с другой стороны.

– А-а. – Протянул, отвечая Петриков. – Я-то, Виктор Андреевич, новый управляющий животноводческим комплексом. – Протягивая пачку сигарет долговязому и не дожидаясь ответа, резким ударом кулака в челюсть уложил его на землю. Выхватив у него из рук велосипедную цепь с проволочной рукояткой, ловко нанес удар по рукам скуластому крепышу. Петриков, развернувшись, одним прыжком заскочил на заднее сидение мотоцикла «ЯВА» и стянул цепью горло сидевшего впереди патлатого здоровяка. Тот от неожиданности непроизвольно захрипел, схватившись двумя руками за цепь, сдавливающую его горло.

– Стоять всем! – истерически закричал Петриков. – Если кто дернется, одним махом срежу ему башку. – Угрожающим голосом продолжал кричать он, натягивая цепь. – А ну, быстро завели свои «мотодрыгалки» и дернули по домам!

Иначе я не шучу. – Командирским голосом четко скомандовал Петриков.

Служба в морской пехоте давала о себе знать, теперь было понятно, что недаром прошли года в разведвзводе.

– Ой, люди! Гляньте-ка, что делается! Помогите, убивают! – раздался истерический женский крик проходящей мимо женщины с мальчиком лет двенадцати, погонявшей по улице потерявшуюся корову.

– Атас, Шиша! Плавимся отсюда! – закричал кто-то из толпы мотоциклистов, не успевших опомниться от происходящего, совершенно не ожидавших такого поворота событий.

– Срываемся! – подхватил другой голос.

– Потом встретимся! – уже отъезжая крикнул третий.

Мотоциклы, как маленький рой диких пчел, оставляя рев и столб пыли, скрылись в темноте улицы.

Петриков медленно ослабил сдавившую горло здоровяка цепь, как оказалось главного среди

нападавших. Наклонившись к нему, тихо, но властно произнес:

– Давайте будем жить дружно, вы меня не трогаете, и я вас не трогаю, считайте, что познакомились, а трофей я оставлю у себя.

Соскочив с мотоцикла, он быстро свернул змейку велосипедной цепи, убрав ее за пояс пиджака, подошел к кричавшей женщине.

– Что же Вы так кричите? – спокойно спросил он, осторожно проводив взглядом быстро отъезжающий мотоцикл здоровяка. – Все нормально, никто никого не убивает! Успокойтесь, пожалуйста, вон как мальчонку напугали. – Показывая на прижавшегося к матери мальчишку. – Сын, наверное? – спросил у женщины Петриков.

– Ой, Виктор Андреевич! – удивленно, поменяв настроение, воскликнула женщина.– Это что же они Вас тут…? – она запнулась. – А Вы, а что же Вы здесь делаете ночью. – разулыбавшись спросила она.

– Откуда Вы меня знаете? – с недоумением спросил Петриков.

– Да как же! Я Настя Миронова! Доярка из третьей бригады. – Торжественно заявила она. – Вы мне еще сегодня на ферме помогали с доильным аппаратом. А это мой старший Колька. – Положив на плечи сына руки, начала кокетничать Миронова.

– А что Вам, Настя, не спится? – узнав ее, спросил Петриков.

– Да вот. – Показала она на корову. – Вечером подоила и выгнала за тракт на поле попастись, погода-то какая хорошая, а она загуляла, вот искать ходили с сыном. Вы тут у нас поосторожнее. – Переключилась она в разговоре. У нас здесь по одному не ходят. Здесь незнакомого сразу побьют.

– Я уже это заметил. – Засмеялся Петриков. – Встречают с распростертыми руками, хлебом и солью. Давайте-ка я Вас лучше провожу домой. – Предложил Виктор Андреевич.

– Что Вы! Что Вы! – засмеялась Миронова. – Это я Вас давайте лучше провожу. А то как бы снова Шиша со своей компанией не подъехали. – Гордо выступила вперед она. – Все одно, они теперь от Вас не отстанут, пока верх не возьмут. Знаете, у нас какие драки бывают? Ого-го, стенка на стенку, и «центровские» всегда здесь главные. – Продолжала Настя.

– Ну, раз уж так, пойдемте. Я все-таки мужчина, провожу Вас, все равно уж побьют. Рано или поздно это должно случиться. – Настаивал Петриков.

– Хорошо, Виктор Андреевич. – Согласилась Миронова. – Если только до Вашей гостиницы. Народ-то у нас деревенский, не успеете проснуться, завтра все уже будут знать, кто и с кем прогуливался, а я ведь замужем, потом каково будет, да и Вам ни к чему репутацию портить в самом начале. – Зашагала вперед она.

– Коленька! – попросила она сына идущего рядом. – Беги скорее. Заверни в улицу Жданку. – Показала она рукой на уходящую корову. – Да гони ее в загон, да ворота завяжи на проволоку и домой, а то Вовка там один, а я скоро приду. – Распорядилась Миронова, сама полагая, что разговор может затянуться, да и муж сегодня в ночную смену на заводе в городе.