Каторжанин
Шрифт:
Съязвила Ирина, а затем спросила серьезно.
– Вы действительно на меня не сердитесь?
Ей самой неожиданно стала приятна эта компания, и даже захотелось завязать дружбу, а может нечто большее. Для нее оба кандидата были приемлемы. Она женщина свободная, независимая и без предрассудков.
– Ну а чего сердится, ответил Аверин, статья была правдивая. Глащук действительно брал взятки, установил таксу за все зачеты и экзамены. Я старый дурак ничего не замечал, честное слово. Было несколько очень перспективных студентов, и я все свое внимание переключил на них. Только вот суд...
Павел Петрович покачал головой и с горечью продолжил.
– Только вот суд отнесся к Андрюше слишком сурово. Это
Ирина подошла к Аверину и взяла его под руку она заговорила так искренне, что даже инквизитор бы поверил ей.
– Я не знала, что так все обернется. Я была на суде и вышла оттуда словно оглушенная. Если бы вернуть все назад, клянусь, никогда не написала эту статью. Поверьте мне я не такая уж и стерва.
– Ну что вы милочка, вы-то тут причем. Весь этот сыр бор разгорелся из-за одного студента, что пожелал иметь липовый красный диплом и, причем бесплатно. Племянник главного прокурора. Он и заварил всю эту кашу. Я потом все узнал. Учится - он не учился, но родители ему регулярно давали деньги, так сказать "на сессию", а этот молодой подлец пристрастился к игрищам в казино. Именно он и подговорил нескольких одногруппников обратиться к вам. Ну а дальше вы все знаете.
– Вот сволочь, сказала Ирина, ну я ему устрою.
– А вот это ни к чему, вмешался Григорий в разговор, наш главный прокурор не тот человек, который позволит бросить на свою персону малейшую тень. Поверьте мне.
– Вы как я погляжу, недооцениваете силу прессы.
– А вы недооцениваете силу главного прокурора. В его жестокости я думаю, вы уже не сомневаетесь. Потомственный палач. Кстати друзья мои уже подходим.
Впереди за тенистой каштановой аллеей, показался широкий просвет. Вот и площадь. Троица невольно сбавила шаг и все плотнее прижались друг к другу. Вокруг не было ни души. Здесь даже в окна никто не выглядывал. С каждым шагом становилось все страшнее. Непонятно почему. Ужасно хотелось повернуть назад. Даже зверья никакого не было рядом. Нет, вон по газону вышагивает большая черная ворона. Деловито что-то выискивает в траве. Эти пернатые вроде стайные и не любят одиночества и кроме того ночью как и большинство птиц они почти слепы. Может она тоже каторжанин и изгнана из своей стаи. Ворона повернула голову в сторону людей и громко каркнула. Ирина вскрикнула. И Григорий, и профессор невольно вздрогнули. Казалось еще миг, и они бросятся бежать в обратном направлении. Большая птица между тем нашла в траве сухую корку хлеба, попробовала клевать, недовольно заворчала, взяла хлеб в клюв и полетела в поисках лужи. У людей на душе отлегло. В полном молчании двинулись вперед.
Через миг увидели площадь. К всеобщему ужасу там ничего не изменилось. Оптический обман никуда не делся. И чем ближе троица подходила к каменному блоку, тем реальной он становился. Букет эмоций захлестнул всех. Первой Ирина сорвалась с места, за ней почти сразу последовали и другие. Люди работали слаженно, словно это был давно спаянный совместным трудом коллектив. Где-то нашлись две трубки и при помощи их, принялись освобождать каторжанина. Это был самый обыкновенный человек, причем мужчина, абсолютно голый, но это не смущало никого, даже Ирину. Когда проволока была снята, человек открыл глаза.
– Кто вы?
Спросила Ирина голосом полным участия.
– Что с вами случилось?
Человек некоторое время молчал, а затем проговорил.
– Я это ОН. Я тот, кто дарит бессмертие. Но я нес сей дар всем и каждому и избранные были возмущены. Они готовы были отказаться от бессмертия лишь бы не стать как все. И они разлучили меня с моим народом.
В этот миг издалека послышался вой сирен. Это пришли в себя власти и решили разобраться что к чему, и по возможности
– Ваши избранные тоже узнали обо мне. Они попытаются скрыть мое существование. Вы можете донести правду до вашего народа и не позволить бессмертию стать правом избранных. Спешите. Иначе вас тоже схватят. Я знаю, вы сумеете добиться моего освобождения. Все. Спасайтесь.
Вой сирен заметно приблизился. Если троица не желала встречаться с представителями закона, необходимо было срочно ретироваться. Больше не говоря ни слова Григорий Мелехов, Ирина Стеценко и Аверин Павел Петрович поспешили в ближайший проходной двор. Через несколько минут они были далеко от площади, но всем своим нутром чувствовали, как ее окружают военные, милиция и даже представители секретных медицинских учреждений. Оказавшись возле заброшенного сквера носящего гордое название "Образцовый" троица, не сговариваясь, свернула тута. Разместившись на поломанной скамейке, заговорили разом все.
– Не может быть. Это какой-то бред. Что означает бессмертие? А кто такие избранные? Он что инопланетянин? Как видите, нигде нет справедливости. Что твориться. Надо что-то делать. А ведь действительно такое глобальное событие власти постараются умолчать. А ведь это счастье всем, и причем даром. Правильно. Мы должны что-то делать.
Выговорившись, все так же разом замолчали. Каждому хотелось бурной деятельности, но что делать никто не знал. Пауза затягивалась, и тишина становилась гнетущей. Недавняя жажда деятельности постепенно превращалась в апатию. Все приблизительно понимали, что может случиться, если они станут на пути государственной машины. Их просто-напросто раздавят, перемелют в порошок, в лагерную пыль и при этом на них никто не обратит внимание. Для высоких чиновников они не более чем мелкие букашки, которые существуют лишь для корма более крупных букашек. Но оставлять все это на милость власть имущих, нет, это грех.
Профессор Аверин никогда не был бунтовщиком и потому прожил долгую безмятежную жизнь, полную относительного достатка. Сухонький невысокого роста он тем ни мене мечтал о подвигах. Начиная с раннего детства, он примерял костюмы книжных героев на себя. Но дальше примерочной не заходил. В школе он прилежно учился, правда без особых усилий, программа давалась ему легко, и он втайне от родителей и вообще всех вокруг записался в секцию бокса, думая, что этот спорт приблизит его к героическим реалиям. В силу своей природной добросовестности он и на этом поприще добился не малых успехов. Но как теория героизма далека от практики.
Как и всех отличников в школе его донимали местные хулиганы. В драки он не ввязывался особенно на людях. Как-то школьная драка не вязалась с его представлениями о подвигах. Но вот однажды он стал свидетелем неприятной сцены, девочку из его класса окружили три отпетых подонка. Они позволяли себе хамские выходки и даже давали волю рукам. Девочка сопротивлялась, как могла. Аверин решил, что это его звездный час. Занятия боксом не прошли даром. Через мгновение трое хулиганов сидели на пятых точках и тупо вертели головами. Будущий профессор ожидал услышать слова благодарности и уже заготовил книжную фразу в ответ. Но девочка, которая, между прочим, ему очень нравилась, вдруг разразилось грязной бранью, и советовала убираться подобру-поздорову пока ее друзья не пришли в себя и не достали свои ножи. Это было первое серьезное разочарование в жизни. Аверин забросил бокс и даже пытался заставить себя забыть про глупые мечтания. Он полностью погрузился в учебу, стал заниматься дополнительно и блестяще закончил школу. Благодаря своим частым победам на городских олимпиадах поступление в институт было чистейшей формальностью. Преподаватели ВУЗа о нем были наслышаны и не сомневались в его знаниях.