Каторга

Кошелев Вадим Викторович

На том и разошлись.

Фон Шиллер, прозванный Старым Лисом, увел своих людей к Онежскому озеру, где они заняли уже обжитую кем-то до них окраину городка. Старинное поселение землян, конечно, было уже изрядно порушено временем, но во многих его строениях имелась крыша над головой, а при наличии кирпича, что валялся повсюду, можно было эти строения довести до ума. Странным казалось лишь то, что еще недавно жившие здесь каторжане покинули это вполне подходящее для обитания место.

Клан Циклопа обосновался в живописнейшем лесу – между двух прозрачных озер, которые соединили между собой каналами, прорыв их по обе стороны образовавшегося острова. Каналы были не широкими, но от хищников могли

уберечь, хотя для того же медведя вода особой преграды не представляла. А вот для волков, водившихся округ в больших количествах, искусственные каналы являлись весьма трудно преодолимой преградой. Циклоп оказался натурой романтической, способной оценить красоту. Его покорила природа здешних мест. Край был богат ресурсами. Озера кишели рыбой. Лес изобиловал полезными травами да кореньями, а летом обещал побаловать орехами, грибами да ягодами. Кругом водилось много дичи и зверья всякого. Одноглазый гигант решил осесть в этих местах навсегда, посему велел своим людям рубить бараки, а не землянки, как планировал изначально.

Клан Задиры разбил временный лагерь неподалеку и вел разведку не только близлежащей местности, но и обследовал дальние подступы к озерам. Благодаря чему его пластунам удалось наткнуться на старый карьер землян, где имелось много еще не успевшей сгнить техники. Задира со своими людьми уже хотел сниматься с места да перебираться к карьеру, дабы наладить кузню, начать перековывать металлолом, превращая его в оружие и экипировку. Но далеко идущим планам командира космического фрегата не суждено было сбыться, ибо на лагерь Старого Лиса напали викинги, и генерал попросил помощи.

Дальние дозоры повстанцев засекли корабли неприятеля еще на подходе к близлежащим озерам. Благодаря этому удалось как-то подготовиться к встрече нежданных гостей, хотя сама встреча не сулила ничего хорошего.

Скандинавы пришли из финских шхер по заранее вырытым, давно проторенным каналам, на четырех деревянных посудинах, отдаленно напоминающих доисторические дракары, в коих находилось почти полторы сотни хорошо вооруженных и экипированных воинов из Клана Полярного Волка.

Потеря фактора неожиданности викингов никоим образом не волновал. Троекратное превосходство над жалкой кучкой вновь прибывших каторжан, занявших древний карельский городок, служивший своеобразной ловушкой, вселяло непоколебимую уверенность в успехе налета. Оставалось лишь опасаться того, что вновь прибывшие каторжане сдадутся без боя, лишив воинов долгожданной кровавой драки.

На утренней полной воде, подгоняемые идущим с моря бризом, суда скандинавов ткнулись в прибрежную отмель неподалеку от порушенного городка, сбрасывая в воду дружину Эгеля Змеиный Глаз, что приходился старшим сыном Торкелю Полярному Волку. Полмили, оставшиеся до поселения каторжан, воины прошли быстрым шагом, двигаясь тремя широко разошедшимися по сторонам группами, дабы отрезать сопернику возможные пути к отступлению. Но отступать никто не собирался. Бывшие офицеры повстанческой армии Кастора, вооруженные попавшимися под руку штакетниками да арматурой, рассредоточились среди развалин городка.

Поселенцы не имели опыта боя холодным оружием, как не имели и самого оружия. Кроме всего у них не было ни доспехов, ни щитов. Что у них было – так это желание продать свои жизни подороже.

Викинги подошли к разрушенному поселению с трех сторон, образовав полукольцо. Но атаковать пока не спешили. Причина задержки стала вскоре понятна – переговоры. Вперед вышел угрюмого вида косматый здоровяк, облаченный в хорошо подогнанные доспехи, с двумя арбалетчиками за спиной.

– Меня зовут Эгель Змеиный Глаз, – пробасил скандинав на немного упрощенном языке межпланетного общения. – В отличие от вас я родился и вырос

на Земле. Мой отец, Полярный Волк – основатель могущественного клана.Вы можете стать одними из нас, если пройдете Отбор. Поэтому предлагаю сложить оружие и проследовать на ладьи, пока в качестве пленных.

Со стороны каторжан вышел Старый Лис, сопровождаемый О'Ниллом и Ван Гулитом. Вся троица сжимала в кулаках короткие трубки, что, похоже, были сделаны из озерного камыша.

– В чем суть Отбора? – спросил фон Шиллер, подошедший на довольно близкое расстояние к Змеиному Глазу, что вполне можно было объяснить его близорукостью.

– Старейшины разбивают вашу группу на пары, и вы деретесь тупым оружием, – спокойно начал повторять уже заученные фразы Эгель. – Победившие в первом поединке воины снова бьются между собой, устоявшие в бою прямиком попадают в Клан. Все остальные получают возможность еще раз пройти Отбор, но уже позже – когда придет нужда в новых воинах.

– Ты обратился не по адресу и лишь зря утомил красноречием свой язык, когда предлагал моим офицерам участвовать в ваших гнусных соревнованиях, цель которых спасти свою шкуру за счет шкуры своего товарища по оружию! – сказал Старый Лис.

Змеиный Глаз лишь усмехнулся, понимая, что выполнил все положенные формальности и теперь его ждет долгожданный кровавый пир, но чтобы не оставлять последнего слова за неприятелем, прорычал, глядя в глаза фон Шиллеру:

– Ты умрешь сегодня, старик, а потом тебя сожрут гномы!

– Это хорошо, что я умру сегодня: все там будем. Но умру я свободным человеком и тебя с собой прихвачу, – спокойно произнес Лис, немного сбитый с толку упоминанием о гномах. – Посему предлагаю альтернативный вариант. Ты, Змеиный Глаз, уводишь своих воинов прочь и клянешься в вечной дружбе между нашими, …хм,….кланами. А я оставляю тебе жизнь.

Пока, взбешенный наглостью старика, викинг доставал из-за спины огромную секиру, а его телохранители ждали команды открыть стрельбу из давно взведенных арбалетов, их оппоненты молниеносным движением приложили к губам зажатые в кулаках небольшие трубки и произвели почти одновременный плевок уже заряженными шипами, загодя пропитанными цианидом. Промахнуться с такого близкого расстояния было невозможно. Эгель даже не успел почувствовать комариного укуса в свою бычью шею и скончался в полном неведении о реальной причине смерти. Два его телохранителя тоже долго не мучились: одному шип вошел точно в глаз, другому в плечо, воткнувшись чуть выше стального наруча.

Яд имелся у многих офицеров повстанческой армии. Капсулы обычно хранили в полости рта, в каком-нибудь искусно сделанном тайнике, что мог, к примеру, располагаться под коронкой зуба. Британцы, пленившие бунтовщиков, не могли не знать про яд, но великодушно закрыли на сей факт глаза, полагая, что каждый человек имеет право на смерть.

Цианид мгновенно умертвил трех викингов, и те рухнули в покрытую утренней росой высокую траву. Смерть предводителей произошла на глазах ничего не понимающей дружины, в которую тотчас полетели сигнальные ракеты, выпущенные повстанцами из десятка сигнальных шашек, полученных на станции. Воинам пришлось увертываться, что внесло еще большую сумятицу в их ряды.

В это самое время из укрытий выбежали вооруженные чем попало каторжане и понеслись в сторону скандинавов. Одновременно из леса выскочили еще две группы поселенцев. Те ударили в спины ничего не подозревающим викингам, коим пришлось горько раскаяться по поводу своего легкомысленного отношения к разведке.

Циклоп и Задира лишь ждали сигнала к атаке. Они успели получить просьбу о помощи и подоспели в самый нужный момент. Тем не менее, окруженные викинги так просто сдаваться не собирались. Оголив оружие, скандинавы приняли бой.