Катерина

Александра Райтер

– Я все понимаю, тебе тяжело, прошу, успокойся, пожалуйста. – Он внимательно смотрел мне в глаза. – Я расскажу тебе все прямо сейчас. Только ответь мне на один вопрос, и я тебе все расскажу.

– Нет! – взволнованно крикнула Идель. – Нельзя!

– Ты сама видишь Идель, всего две недели прошло. Мы должны, посмотри на нее. Она ведь не контролирует себя. Она может нас убить!

Мачеха с недоумением и страхом в глазах молча кивнула.

– ЧТО ПРОИСХОДИТ!!!! – Я была в неописуемом гневе. Мне хотелось сделать все, даже пытать

или убивать, что бы они сознались!

– Катя, послушай, прошу – очень осторожно и спокойно говорил Скот, подбирая каждое слово – я все тебе расскажу, только прошу, ответь мне, честно у тебя сейчас, глаза жжет?

Я решила, что будет правильнее, если я скажу правду. Я немного успокоилась и заметила, что глаза у меня не просто жжет, они, словно полыхали в огне.

– Скорее горит и щиплет, очень сильно. Причем тут это?!

– Посмотри на себя. – Аккуратно произнес отец и указал на окно.

Я посмотрела на свое отражение в окне, вроде все нормально, но почему то мой взгляд фокусировался на глазах, я заметила что-то странное, но не поняла что, а как только подошла ближе, ужаснулась. Мои глаза были угольно-черные и не только глазная радужка, но и глазное яблоко. Словно глаза какого-то грызуна.

– Какого черта?! Что со мной?! – Крикнула я и, закрыв глаза руками, упала на колени, стала их тереть и снова посмотрела в отражение, ни чего не изменилось. – КАКОГО ЧЕРТА, СО МНОЙ ТВОРИТЬСЯ!?

– Идель! – Крикнул отец.

– Я не могу, она не дается!

У всех была паника, ни кто явно не ожидал такова поведения с моей стороны, меня боялись, и осторожно стояли в стороне, стараясь не привлекать к себе мое внимание. Только отец пытался привести меня в чувства и успокоить. Но мне было все равно, все, что я хотела, это знать, что со мной творится.

– Катя, посмотри на меня, пожалуйста. – Говорил спокойно отец. Сев на корточки рядом со мной и взяв меня за руки. – Я обещал рассказать, я расскажу, сейчас, только посмотри на меня, пойдем в мой кабинет, Катерина. Только прошу, не злись.

Я видела, как отчаянно отец пытается меня успокоить, и решила, что стоит его послушать, немного усмирив гнев, я спросила:

– Обещаешь?

– Да. – Твердо и уверенно ответил Скот.

Я медленно убрала руки от лица и, стараясь не смотреть в отражение, подняла глаза на отца.

– Все будет хорошо, обещаю – с этими словами он встал и помог подняться мне.

Мы прошли в его кабинет. За все время, в этой комнате я была впервые. Вся мебель была из красного дерева. Слева от двери висел телевизор. Посередине комнаты ближе к стене напротив двери стоял большой письменный стол. Справа на половину стены стоял большой книжный шкаф, а рядом с ним располагался трехместный диван.

– Присядь – проговорил отец. – Реакция на мой рассказ может быть специфическая. Я прошу, держи себя в руках, ладно?

– Я постараюсь. – Проговорила я, усаживаясь на край дивана, ближе к двери.

– Я говорил

уже тебе, что ты не такая как все, ты необычная. Все твои странности, совсем не случайны. Ты уникальное создание, единственная и неповторимая. Ты говорила, что тебе снятся кошмары, про что они? – Подбирая каждое слово и как можно спокойнее говорил отец.

– Про вампиров. – Резко ответила я, немного нервничая.

– Это не просто сны. Они можно сказать вещие. Твое подсознание пытается достучаться до тебя и объяснить, что ты не обычная.

– В каком смысле? – Слова отца заставляли меня нервничать еще сильней – Что ты хочешь этим сказать?

– Я тебе покажу. – Отец подошел к шкафу, открыл его, взял какую-то книгу и, вернувшись, отдал мне.

Книга была очень старая, даже древняя, пожелтевшая, но в хорошем состоянии.

– Что это?

– Открой.

Я открыла первую страницу. Оказалось, это был альбом для фотографий. И первая фотография была моего отца в старинном костюме и сама фотография была довольно старая.

– Это ты?

– 1836 год. Да, это я.

– Не может быть! – Мое сердце стало бешено биться, я понимала, что я вижу, но согласиться и принять это я не могла.

– Пожалуйста, не нервничай. – Снова стараясь меня успокоить, размеренно говорил Скот.

– В этом альбоме все мои фотографии за 1836 год. Так же есть и другие альбомы, по сегодняшний.

– Это не возможно. – Закрыв альбом и смотря куда-то сквозь пол, нервно и тихо сказала я. – Этого не может быть – прибавив тон, я подняла на отца глаза, который сидел на корточках напротив меня скрестив пальцы в замок и, оперевшись локтями на колени.

– Возможно Катерина. Поэтому ты здесь. – Проговорил успокаивающе он и положил свою руку мне на руку.

– НЕТ! Я не верю!!! Это не правда!!! – Убрав с колен альбом и вскочив с дивана, крикнула я.

– Пожалуйста, Катя, послушай. Я тебя очень прошу. – Говорил отец.

Отец попытался взять меня за руку, но я резка отпрянула, подошла к двери. Но как только я взялась за ручку, чтобы выйти из комнаты, в моей голове прозвучал умоляющий голос Идель "Только бы Катя приняла себя". Я отпустила дверную ручку, медленно повернулась к отцу, резко подняла взгляд и посмотрела ему прямо в глаза. В них читалось, умоляющая просьба, неловкость и страх.

– Почему я слышу голоса? – Пытаясь справиться с гневом, спросила я.

– В это сложно поверить, но… Только прошу, не паникуй.

– Я постараюсь.

– Ты, как и я… телепат.

– Бред, хочешь сказать это наследственное?

– Да, и не только это…

– Что еще?

Отец закрыл глаза и несколько секунд стоял молча. Я внимательно наблюдала за его лицом, было хорошо видно, что его глаза бегают, а верхняя губа медленно набухала. После он медленно открыл глаза. Я испугалась и с трудом подавила в себе крик. Радужная оболочка глаза, от карих стала неестественно-золотистой.