Катастрофа на Волге

Адам Вильгельм

Я снова вышел на воздух. Немногие убежища штаба армии были расположены в открытой степи, наполовину над землей, наполовину под землей. Ни одного дерева, ни одного куста, которые служили бы прикрытием. Стоянка всех машин находилась на расстоянии нескольких сот метров. Обер-лейтенант Циммерман рассказал мне, что здесь раньше был командный пункт 295-й пехотной дивизии. Вокруг были расположены другие бункера, вдоль и поперек соединенные дорогами для транспорта и тропинками. Найду ли я дорогу в этом лабиринте?

Сначала я должен был явиться к генерал-майору Шмидту. Его убежище было расположено рядом с бункером командующего.

— Разрешите спросить, господин генерал, где размещен мой отдел?

— Здесь у нас не было места для вас. Ваши писари находятся примерно в километре отсюда. Обер-лейтенант Шатц вас туда проводит.

Вместе с ординарцем Шмидта я с трудом шел по глубокому снегу — 10 минут, 15 минут. Наконец мы оказались перед входом в землянку. Дым валил из полуоткрытой двери.

Войдя, я сначала вообще ничего не увидел. В убежище не было окон. Маленькая

времянка дымила изо всех своих щелей. Только постепенно я разглядел фигуры обер-фельдфебеля Кюппера и обер-ефрейтора Аша. Оба обрадовались, увидев меня. Я задыхался от дыма, слезы текли из глаз, я закашлялся. Я не мог больше дышать и был вынужден вместе с обоими сотрудниками выйти на воздух.

— Здесь вы никак не сможете жить, господин полковник. Мы вдвоем с трудом помещаемся в норе размером в три квадратных метра. На маленьких столиках нельзя даже поставить пишущую машинку. Не может быть и речи о настоящей работе. Мы вынуждены открывать дверь, иначе ничего не видно, но тогда от холода коченеют и совсем не сгибаются пальцы.

— Ну-ну, — возразил я, — не надо сразу падать духом. Как-нибудь мы все это наладим.

Дым немного рассеялся, так что я мог внимательнее разглядеть убежище. Вдоль длинной стены были установлены деревянные нары, одна над другой, на них лежало несколько одеял. Еще одну кровать здесь нельзя было поставить. Земляной пол промерз. Когда я зажег сигарету, при свете спички засверкали на стенах кристаллики льда.

Нет, в этой норе действительно не могли поселиться три человека. Нам нужно было другое убежище. С этим согласился и генерал Шмидт, когда я ему все наглядно описал. Я должен был временно поселиться в бункере генерала Паулюса; для моих сотрудников освободили небольшое помещение в убежище оперативного отдела.

Между тем шел четвертый час дня, пора было идти к Паулюсу. Хотя за последние три-четыре дня я уже узнал от генерала фон Габленца и полковника Баадера кое-что о положении в котле, меня волновала уйма еще неясных вопросов. Но сначала задавал вопросы Паулюс. Его интересовало в первую очередь положение вне котла.

— Как же обстоит дело на нижнем Чире и севернее Морозовска? Какая задача была поставлена перед вашей боевой группой, Адам?

Я подробно рассказал о развитии событий с 22 ноября по 10 декабря и закончил следующим образом:

— Группа армий требовала от меня, чтобы я при всех обстоятельствах удержал плацдарм восточнее Верхне-Чирской, чтобы облегчить отход 6-й армии на запад или соответственно на юго-восток. Солдаты и офицеры боевой группы были весьма разочарованы, когда узнали, что армия заняла круговую оборону и не предприняла никаких мер для того, чтобы разорвать кольцо окружения. И я ежедневно ждал, что армия станет пробиваться на юго-запад. Последние дни солдаты часто спрашивали меня, зачем они здесь проливают потоки крови, если армия не прорывается из окружения.

Когда я заканчивал мой доклад, вошел начальник оперативного отдела. Полковник Эльхлепп крепко пожал мне руку.

— Счастье, что вы наконец здесь. Последние три недели я по необходимости занимался и вашими делами, но, признаться, с грехом пополам.

Паулюс прервал его:

— Адам, я еще не ответил на ваши вопросы. Попытаюсь последовательно изложить катастрофический ход событий после 22 ноября, тогда вам многое будет яснее.

Прорыв запрещен

После краткой паузы Паулюс продолжал:

— Вы знаете, что еще 21 ноября я предложил отвести армию за Дон. Прилетев в котел, я созвал совещание командиров корпусов. В полном согласии с ними я 22 ноября и в последующие дни повторил свое обращение в Главное командование сухопутных сил с предложением прорываться из котла. [57] 24 ноября должен был последовать приказ о прорыве. Но из этого ничего не получилось. На совещании у Гитлера Геринг заявил, что он в состоянии снабжать 6-ю армию воздушным путем. После этого фюрер решил отклонить мое предложение. Вместо приказа о прорыве я получил вот такую радиограмму.

57

Судя по донесению Паулюса в штаб группы армий «Б» от 22/Х1-1942 года, он не ставил тогда столь безапелляционно вопрос об отходе. Основная мысль этого донесения сводится к утверждению возможности удерживать район Сталинграда. (См. Г. Дерр. Поход на Сталинград, М., 1957, стр. 74.) Лишь в донесении от 23 ноября Паулюс высказался более определенно за выход своих войск из окружения.

Командующий протянул мне лист бумаги. Я внимательно прочел следующий текст:

«6-я армия временно блокирована силами русских. Я намерен сосредоточить армию в районе севернее Сталинграда — Котлубань — высота 137 — высота 135 — Мариновка — Цыбенко — южная окраина. Армия может быть уверена, что я сделаю все необходимое, чтобы снабжать ее и своевременно деблокировать. Я знаю храбрую 6-ю армию и ее командующего и убежден, что она выполнит свой долг.

Подп. Адольф Гитлер». [58]

58

Архив автора.

Не говоря ни слова, я возвратил бумагу.

— Вы видите, Адам, я не мог поступить иначе. После получения радиограммы я снова собрал всех командиров корпусов, в том числе и командиров XI армейского

и XIV танковых корпусов, которые тем временем уже переправились годного берега Дона на другой и частью своих соединений заняли западный участок обороны. Каждый более или менее решительно выразил сомнения в возможности снабжать армию по воздуху. В конечном счете, однако, все согласились с моим предложением: при создавшихся условиях воздержаться от прорыва из окружения. [59] Только один человек настойчиво защищал противоположную точку зрения — генерал Зейдлиц.

59

Следующие штабы, соединения, части и должностные лица были окружены в Сталинградском котле на Волге:

Из штаба 6-й армии генерал-фельдмаршал Паулюс, командующий 6-й армией; обер-лейтенант Циммерман, личный адъютант командующего (убит); генерал-лейтенант Шмидт, начальник штаба 6-й армии; обер-лейтенант Шатц, личный адъютант начальника штаба 6-й армии (убит); полковник генерального штаба Эльхлепп, начальник оперативного отдела (убит); капитан Бер, 1-й адъютант (улетел из котла); капитан фон Зейдлиц, прикомандированный к оперативному отделу (убит); подполковник генерального штаба Нимейер, начальник разведывательного отдела (убит); капитан Маттик, адъютант (умер); подполковник генерального штаба фон Куновски, квартирмейстер I (начальник тыла); полковник Адам, 1-й адъютант; обер-лейтенант Шлезингер, помощник 1-го адъютанта; полковник Зелле, начальник инженерной службы армии (улетел из котла); полковник ван Хоовен, начальник связи армии.

Армейские корпуса

IV армейский корпус: генерал инженерных войск Иенеке, командир корпуса (улетел); генерал артиллерии Пфеффер, командир корпуса; полковник генерального штаба Кроше, начальник штаба.

VIII армейский корпус: генерал-полковник Гейтц, командир корпуса; полковник генерального штаба Шильдкнехт, начальник штаба.

XI армейский корпус: генерал пехоты Штрекер, командир корпуса; полковник генерального штаба Гроскурт, начальник штаба.

LI армейский корпус: генерал артиллерии фон Зейдлищ-Курцбах, командир корпуса; полковник генерального штаба Клаузиус, начальник штаба (убит).

XIV танковый корпус: генерал пехоты Хубе, командир корпуса (улетел); генерал-лейтенант Шлемер, командир корпуса; полковник генерального штаба Мюллер, начальник штаба.

Дивизии

44-я пехотная дивизия: генерал-лейтенант Дебуа.

71-я пехотная дивизия: генерал-лейтенант фон Гартман; генерал-майор Роске.

76-я пехотная дивизия: генерал-лейтенант Роденбург.

79-я пехотная дивизия: генерал-лейтенант фон Шверин (улетел).

94-я пехотная дивизия: генерал-лейтенант Пфейффер (улетел).

100-я егерская дивизия: генерал-лейтенант Занне.

113-я пехотная дивизия: генерал-лейтенант Сикст фон Арним.

295-я пехотная дивизия: генерал-майор доктор Корфес.

297-я пехотная дивизия: генерал-лейтенант Пфеффер (в январе 1943 г. принял IV армейский корпус); генерал-майор фон Дреббер.

305-я пехотная дивизия: генерал-майор Штейнметц (улетел после ранения); полковник Чиматис.

371-я пехотная дивизия: генерал-лейтенант Штемпель (убит).

376-я пехотная дивизия: генерал-лейтенант Эдлер фон Даниэльс.

384-я пехотная дивизия: генерал-лейтенант барон фон Габленц (улетел).

389-я пехотная дивизия: генерал-майор Магнус.

3-я моторизованная дивизия: генерал-лейтенант Шлемер (в январе 1943 г. принял XIV танковый корпус); полковник фон Ханштейн.

29-я моторизованная дивизия: генерал-лейтенант Лейзер. 60-я моторизованная дивизия: генерал-майор Колерман (улетел).

14-я танковая дивизия: генерал-майор Бесслер (смещен); генерал-майор Латтман.

16-я танковая дивизия: генерал-лейтенант Ангерн (убит).

24-я танковая дивизия: генерал-майор фон Ленски.

9-я зенитно-артиллерийская дивизия: генерал-майор Пикерт (улетел).

1-я румынская кавалерийская дивизия: генерал-майор Братеску. 20-я румынская пехотная дивизия: генерал-майор Димитриу.

100-й хорватский пехотный полк (приданный 100-й егерской дивизии).

Войска резерва главного командования

Минометная бригада (полковник Чекель);

2-й минометный полк;

51-й минометный полк;

9-й зенитно-артиллерийский полк;

243-й и 245-й самоходно-артиллерийские дивизионы;

Саперные батальоны: 45, 294, 336, 501, 605, 672, 685, 912, 921, 925. 149 различных отдельных частей и подразделений (подразделения артиллерии РГК, строительные батальоны, полицейские части, части организации Тодта, подразделения полевой почты, команды аэродромного обслуживания, трофейные команды, истребительная авиационная группа, эскадрильи ближней разведки и другие).

(Архив автора)

— Я понимаю, что значит приказ Гитлера, господин генерал. Но я знаю, что и полковник Баадер, и высшие офицеры военно-воздушных сил с самого начала высказывали мнение, что снабжать армию в 330 тысяч человек по воздуху невозможно.

— Зейдлиц требовал, чтобы я действовал вопреки приказу фюрера. Для этого у меня не было никаких оснований. Зейдлиц сам дал нам наглядный пример того, что получается, когда командиры действуют на свой страх и риск. Он без нашего ведома отвел назад 94-ю пехотную дивизию на северо-восточном участке котла. Противник разгадал маневр и тотчас же ударил по отходящим частям. Дивизия была полностью разгромлена, так что мы были вынуждены ее расформировать. Штабу дивизии я приказал вылететь за пределы котла. Наши действия только тогда могут увенчаться успехом, когда они согласуются с намерениями верховного командования.