Катарсис
Шрифт:
– Смею! Ты! Ты преступил все человеческие и божьи законы, Разрывник! Ты - преступник! Ты - нанёс урон моей Чести, убивая МОИХ людей на МОЕЙ земле! Я требую Божьего Суда, мразь! Поединок Смерти! Ты и я! Я отмою свою Честь в твоей крови, Низкий! Сталь, магия - выбирай!
Паладины расступались перед Властителем. Он был в своём праве. Все они понимали правоверность его слов. Это были его вассалы. Он принял их верность и разделил их вину перед Создателем Триединым. И он в праве потребовать хотя бы суда и расследования вины своих вассалов, а не разбойничьего налёта на свои владения. Паладины освобождали круг для поединка.
– Убейте Демона-полукровку, - махнул рукой Настоятель своим людям.
Никто не двинулся с места. Честь - не пустой звук. А лучники с самострелами, что встали на всех, вдруг потухших, крышах домов, и быстро выстраивающиеся шеренги копейщиков, затыкая строем щитов все выходы с площади - помогают быстро соображать. С такого расстояния доспехи не защитят от коротких стрел самострелов, а щитом не прикроешь всего себя сразу. Только если магическим. Но, Маги Орденов - опустошены и уже преклонили колени, признавая свою вину и право Властителя. Ещё раз доказывая, что тугодумы - плащ Мага не могут получить.
Гора вышел в освобождённый для поединка круг, встал, только теперь достал меч, по которому пробежала волна огня и потухла.
– Ну, же, Паук! Или ты распишешься в собственном бесчестии? Нападать на Приграничный город, собрав силой приказа Паладинов - не то же самое, что ответить перед Триединым?
– Ты - демон!
– закричал Настоятель.
– Не больше, чем ты, - пожал огромными плечами Гора.
– Еретик! Я обрушу на твои владения всю мощь Церкви!
– Как верные последователи Создателя и его воплощения - Воина Света, мы падём в бою за землю свою, - опять пожал плечами Гора, - с Честью и Доблестью!
– Ты - умрёшь!
– крикнул Настоятель, бросая Заклинание из магического короткого жезла.
Серая Пыль клубком полетела в фигуру мощного воина, но у его ног - встала стена ревущего пламени. Пыль сгорала в пламени, но пробила стену. Светогор отошёл в сторону. Пыль пролетела мимо. С криками бежали все с пути Серой Пыли.
Хлопнул Портал. Настоятель исчез.
Маги Орденов вскочили.
– Тёмная Магия!
– взвыл один из них.
– Да?
– с усмешкой спросил Гора. За его спиной рушились дома, за мгновения превращаемые в прах Серой Пылью, - Может вы не там Скверну ищите, а, Светлые?
И развернувшись на каблуках, прошёл к потухшему костру, достал сына Смотрителя. Все ещё раз поразились физической силе Властителя - парень вынырнул из груды мертвых тел, как будто его - выдернул великан из воды.
– Больше никто не выжил, - покачал головой мальчишка, - простите, господин.
– Восстанавливай город, сынок, - Гора положил свою мощную ладонь на плечо парня, - ваш род доказал, что Доблесть ваша - родовая. Твой новый герб - Вилы в пламени - теперь наследственный. Плачь по отцу, мальчик, плачь. Он достойно прошёл свой путь. И завершил его - блестяще. Показав всему миру истинное лицо этих церковных нахлебников!
Голос Горы громом прогремел над городом.
– Опомнись, Властитель!
– крикнул Командор Ордена Меча Триединого, - разумно ли бросать вызов всей Церкви?
– Разумно ли? Как мне ещё защитить МОИХ людей от вас? Что вы тут делаете? Угодна ли служба
– Мы выполняли приказ!
– Чей приказ вы выполняли? Как это ничтожество смогло стать таким властным, что может по своей прихоти уничтожать кого угодно? Куда смотрела ваша Церковь? Куда смотрит Орден Чистоты? Куда смотрит Орден Чести Триединого? Чем вы заняты? Делите земли, деньги и власть? Кому вы служите? Триединому? Или уже нет? На мой взгляд - нет. А посему - мне вы больше не нужны.
Тяжёлые слова. Тяжёлые обвинения. Голос Горы грохотал над городом, усиленный магией:
– Кто сейчас не сложит оружие - умрёт. Я очищу ваши души от плоти. Мне не нужна помощь Ордена Чистоты. Со Скверной мы уже научились бороться сами. Я двадцать лет прошу дать мне Руку Меченосцев Света для очистки Гиблых Земель. Нет. Меня - не слышат. Я постоянно вношу положенные телеги золота на ваше содержание. И что я получил? Пять Рук Паладинов. Пять! И Звено Магов. Но, вы пришли не изгонять Скверну! Вы пришли убивать нас, как лихие люди! Вы - и есть разбойники! И судить я вас буду так же! Сложить оружие! На колени, преступники! Убийцы!
Командор Дол справился со своей слабостью, но наоборот, подобрал меч, поднялся. Он поставил меч острием на землю опёрся на него, гордо вскинул голову.
– На моей земле больше не будет ваших Оплотов, - продолжал греметь голос Горы, - Не будет ваших Церквей и Храмов. Храмы Триединому - будут. Но, не ваши. Мои. И любой Церковник, что ступит на мою землю - будет нам врагом.
Гора слышал, как звенит бросаемое оружие, видел, как склоняются спины. Лишь несколько человек остались стоять.
– Ну?
– спросил Гора.
– Не ты мне дал меч, Гора. Не тебе его и забирать. Я - ошибся. Я - готов к ответу, - сказал Дол.
– Вы, что остались стоять! Вас проводят до границ моих земель. Помните, ещё раз встречу - убью. Склонившихся - в поруб. Путь ваша Церковь выкупает вас. Вернёт нам ущерб, нанесенный вами.
– Гора, ты ошибаешься, - крикнул Дол.
– Я - готов к ответу, - пожал плечами Светогор, поднимая на руки тело Смотрителя.
Дождавшись кивка Горы, набежали люди, стали доставать из груды тела и складывать их в рядок. Глак, Клем, Чес, лучшие люди, лучшие воины Медвила - пали. Гора поднял голову к Светилу и взвыл от боли.
А следом - взвыло и всё Владение Медной Горы.
*****
Отступление 3
Большой зал приёмов - гудел. Множество голосов одновременно говорящих людей вызывали раздражение у Белохвоста, молодого юноши, что уже так утомился этим сборищем болтунов, что не скрывал своего раздражения. Но, теперь он был не просто старшим (и единственным) сыном и наследником Дома Лебедя, а наследником всех Светлых Владений. Юноша вздохнул и стал вглядываться в лица болтунов, вспоминая их гербы, их замки. Сейчас как раз должен был быть урок искусства Осады. Белохвост стал просчитывать - сколько сил, сколько времени понадобится для захвата владения вон того зазнайки. И что он нос дерёт? Думает, если его родовой замок с трёх сторон окружён рекой, а четвёртая защищена прорытым рвом с водой, то можно так показательно громко смеяться в присутствии Императора? Поставим зарубку на память.