Катарсис
Шрифт:
— Святой воин! Пришел сразиться со мной? Думаешь, что сможешь изменить судьбу этого мира? — Совсем рядом раздался злобный, низкий голос. Развернувшись, Персивальд увидел огромную фигуру Самаэля. На лице гиганта застыла безумная улыбка. Черные крылья за его спиной широко расправлены, а в руках он сжимал копье.
— Я не боюсь тебя Дьявол! — Строго произнес командующий, высоко задирая голову, что бы увидеть лицо Люцифера.
— А я тебе еще и не начинал пугать! — Самаэль с силой толкнул Персивальда ногой в грудь, уронив его на спину.
Падая, командующий успел сделать несколько выстрелов на вскидку. Пули рикошетировали
— Жалкий человечишка, я могу забрать твою душу одним движением руки. Но для тебя это будет слишком просто…
Персивальд быстро вскочил на ноги, выхватив свой кортик, он бросился на Люцифера.
Самаэль наотмашь ударил командующего ладонью. Персивальда отбросило на несколько шагов назад, серебренная маска слетела и со звонким брякающим звуком откатилась в сторону. Объятый ужасом Командующий схватился за свое лицо.
Он поспешно встал на колени и принялся шарить руками по грязной и сырой платформе в надежде наткнуться на маску.
— Ах-а-ха! А ты тот еще урод, оказывается! — Голос Самаэля полнился презрением.
Персивальд не мог собраться с мыслями, в его голове царил хаос, очередная паническая атака… Столько людей вокруг, а он без лица… он без лица… Ему не удавалось взять себя в руки, хотя разумом он осознавал всю глупость происходящего…
— Ты меня расстраиваешь Командующий, я думал, ты хотя бы будешь сопротивляться. — Язвительно рычал Самаэль.
Расправившись с очередной группой одержимых, Михаил заметил стоящего чуть поодаль Люцифера, перед ним на платформе копошился какой то человек.
— Это же Персивальд! Неужели паническая атака застала его прямо в разгар сражения… — Михаил бросился на помощь к своему другу.
— Нет Перси, не сейчас… Возьми себя в руки! Неистово кричал архангел, надеясь что его слова будут услышаны.
Он знал, что Персивальд не в силах самостоятельно справиться с этим страхом, знал что ношение маски придает сил его другу, но Персивальд слишком долго, не снимая носил эту маску. Из-за этого его фобии лишь укрепились, разрослись, превратились в настоящих психологических монстров вызывающих панический ужас. Нужно было запретить ему, он бы постепенно привык, свыкся, адаптировался. Но сейчас уже слишком поздно, сейчас его лицо металл, без маски командующий вовсе не командующий, а безумная, запуганная дворняга, забившаяся в дальний угол и боящаяся даже открыть глаза. Да, это моя вина в том, во что превратился мои друг…
Наконец в одной из грязных луж блеснули очертания знакомой маски. Персивальд подобно голодному зверю бросился на нее, как на добычу. Поспешно, даже не вытирая грязь он одел маску на лицо. В ту же секунду Командующий резко выпрямился, вскочил на ноги и сняв с плеча винтовку нажал на спусковой крючок. «Разящий» выплюнул из резного ствола столб огня, длинная очередь выстрелов с оглушающим грохотом застала Самаэля в рас плох. Броня и особое гравитационное поле, которое архангелы часто использовали против дистанционных атак, защитили Гиганта от шквального огня.
Однако один из снарядов все же попал в крыло и перебил в нем кости, орошая черные перья алой кровью. Другой же угодил в голень, разорвав на ней мышцы. Люцифер рухнул на одно колено.
— Ах ты… — В округлившихся глазах Самаэля застыло удивление.
— Урод? Я знаю! — Сказал командующий и снова нажал на спусковой крючок,
— Я тебя раздавлю! — С яростным криком Люцифер вскочил на ноги, но тут же рухнул на спину получив мощный удар кулаком по лицу. Михаил успел как раз вовремя, он стоял между Персивальдом и своим мятежным братом.
— Отступай в крепость, ты мне еще нужен. Не стоит сегодня так глупо умирать… — Стоя спиной к командующему произнес архангел. Персивальд незамедлительно исполнил приказ.
— Ну все братец, ты меня достал… — Самаэль быстро поднялся на ноги, не смотря на ранение.
За одну секунду он выполнил несколько яростных выпадов пытаясь проткнуть Михаила своим копьем, но тот с ювелирной точностью отражал атаки Люцифера. Пылающий меч Архистратига несколько раз чуть было не отрубил голову Самаэля, но сверх развитая реакция его спасала. Бой был динамичным, но не продуктивным. Все удары парировались, не достигая своей цели.
— Самаэль, остановись! Мы предлогам тебе союз! Мы же братья, мы не враги! Истинное зло сейчас томиться в Инферне и благодаря твоему упрямству может вырваться и уничтожить наши миры! Несколько запыхавшись, Михаил попытался образумить своего брата.
— Иди к чертям! Я убью тебя, захвачу небеса и подарю Эдем своему новому союзнику. — Не переставая атаковать, ответил Люцифер. Казалось, он совсем не устал и полон сил и энергии.
— Он использует тебе брат! Он уничтожит все! Слышишь?
— Меня использовал наш Отец! Но это в прошлом! Теперь я сам стану Богом!
Люцифер прибег к нечестным приемам и использовал бесконтактный телекинетический удар. Мощный поток сжатого воздуха опрокинул Михаила на спину. После чего Самаэль не теряя ни секунды, с размаху вонзил острие своего копья прямо в грудь брату. Копье пробило золотой металл кирасы и пригвоздило архангела к платформе. Михаил не мог пошевелиться, его жизненные силы стремительно ускользали. «Копье Судьбы» смертельно для всех архангелов.
Однако вместо того что бы прекратить страдания своего брата. Люцифер стоял перед ним словно огромная статуя. Его взгляд казался пустым, глаза неподвижно смотрели вперед. В его теле не шевельнулся ни один мускул. Создавалось впечатление, словно он впал в некое подобие транса, словно он остолбенел.
Сильный рассеянный шум и рой голосов буйствовали в сознание Люцифера. Вскоре из всей этой какофонии звуков он разобрал знакомый, вызывающий волнение и трепет голос Отца.
— Самаэль, мой любимый сын! Одумайся, взгляни на свои деяния со стороны. Ты убил своего брата, приговорил миры на незавидную учесть. Потерял все, что когда то имел. И ради чего? Ради того, что бы править? Что бы назвать себя Богом? Ты наивен сынок и не понимаешь истины. Ты как и все остальные, лишь часть меня. Я гораздо больше, чем правитель, я есть материя и пространство что окружает все сущее. И если моей воле будет угодно, то я могу так же легко уничтожить те миры, что с такой любовью создавал. Одумайся Самаэль, ты хочешь править, хочешь быть властителем? Ты им станешь, Я позволю тебе править Эдемом и небесным царством от моего имени. Но ты никогда не станешь Богом, даже если все вокруг тебя будут им называть. Прекрати это безумие. — Голос Отца эхом разносился по его сознанию, заставляя сердце изменника биться чаще.