Катарсис
Шрифт:
— Кто из «небесного щита» поддерживает режим Маркуса? — Настороженно спросил Персивальд.
— Курц, Ли, Комиссар тюремного корпуса и кто-то из числа командующих номерными крепостями. Точно не знаю кто. — Ответил Йозеф, взглянув на Персивальда.
— Тюремщики… Значит Ли и ее люди уже на свободе… — Сквозь зубы процедил Епископ Персивальд.
— Михаил, ты недооцениваешь Маркуса! У него кровь Спасителя, его пули смертоносны для всех архангелов… Вы все в опасности! — Продолжил Йозеф.
— Что ж… Пусть будет так, но своих людей я не брошу. Мы будем сражаться. — Михаил улыбнулся.
— А
— Да, они с Люцифером, Гавриилом и Рафаилом уже в безопасности. — Успокоил его Архангел.
— Лорд, если смертный говорит правду, то Вам угрожает опасность! — Настороженно произнес Авериал.
Где-то поодаль послышались глухие хлопки выстрелов, затем они переросли в наслаивающийся друг на друга рокот очередей. Прозвучали взрывы.
— Началось… Теперь нам всем конец… — Прошептал Йозеф, устремив свой потерянный взгляд на Персивальда.
— У тебя есть оружие? — Спросил Епископ.
— Его оружие у меня. — Авериал бросил штурмовую винтовку Йозефу, забыв о своем недоверии.
— Как же мирные жители? Дети, женщины? — На этот раз Йозеф смотрел на Авериала.
— Пол седьмого. — Коротко ответил ангел и быстрым шагом, вместе со своими патрульными, вышел в коридор.
— Что? — Переспросил Йозеф.
— Введен комендантский час. Все гражданские в своих покоях. — Пояснил Епископ Персивальд.
— Это радует, иначе жертв было бы слишком много. Михаил, Мария просила передать Вам это письмо. Сказала, что это важно… — Йозеф протянул конверт архангелу, глядя на крылатого гиганта снизу вверх.
— Мария… — Михаил принял протянутый ему конверт и внимательно его осмотрел, словно пытался отгадать, какую же информацию скрывает эта бумажка.
Надломив сургуч, он вынул из конверта письмо. Древний небесный язык. Руны и символы каллиграфически выведены крепкой женской рукой. Архангел внимательно вчитывался в каждую строчку, сосредоточенно морща лоб. Персивальд и Йозеф безмолвно ждали, когда он закончит.
— Столько просьб в одном письме… И наивное «твоя Мэри» в конце.
Михаил аккуратно свернул бумагу, после чего вспыхнувшее в его ладони пламя превратило ее в пепел. Архистратиг сурово взглянул на Йозефа.
— Прости парень… — архангел приближался к насторожившемуся штурмовику.
— В каком смысле? Что там было написано? Взволнованно спросил Йозеф чуть попятившись.
Но Михаил ничего не ответил, лишь вцепился своей ручищей ему в голову. Штурмовик принялся истерически дергаться, брыкаться. Персивальд внимательно следил за происходящим, не задавая лишних вопросов. Синеватое сияние охватило руку архангела, затем оно переползло на Йозефа. Штурмовик перестал сопротивляться, опустил руки. Все его тело словно светилось изнутри. Михаил зажмурился, наморщил лоб. Через минуту он отпустил Йозефа и тот рухнул на пол. Штурмовик не шевелился, но еще дышал…
— Владыка, вы уверены? Такой дар… Я думал это только для избранных… — Сконфуженно произнес Персивальд, глядя на приходящего в себя Йозефа.
— Он и есть избранный. — Ответил Михаил.
— Что… Что ты со мной сделал? — Лежа на полу, бормотал Йозеф.
— Доминус кварты,
— Доминус… Доминус что? — Несвязно спросил Йозеф, не в силах даже открыть глаза. Его сознание было задурманено, словно после хорошей пьянки.
— Вставай! «Избранный»… Тебя ждет вечность… Персивальд схватил штурмовика за плечи и поставил на ноги. Йозеф шатался, жмурил глаза.
— Давай, приходи в себя наконец! У нас мало времени! — Епископ с размаху угостил его пощечиной. Глаза штурмовика тут же открылись.
Тремя часами ранее
Йозеф распахнул дверь уже знакомой комнаты и быстрым шагом вошел внутрь. Кругом бардак, кровать не застелена, всюду валяется белье и пустые винные бутылки. Запах духов, сладкий, знакомый. Перед высоким зеркалом стоит совершенно голая Мария. Даже не отвлекаясь на гостя, она разглядывает свое тело. В ее руке сочится тенями матовое лезвие «конвертора душ». Йозеф подошел ближе, попытался поцеловать ее в щеку, но Мария с пренебрежением отстранилась.
— Неделя… Прошла неделя, а ты даже не захотел узнать, жива ли я… — Тихо сказала девушка и вибрация меча вторила каждому слову, словно клинок соглашался с ней.
— Я сразу же знал о тебе, через Персивальда и его ангелов. Лично прийти не мог, из-за нависшей над нами опасности. «-Йозеф обнял Марию, но она с силой оттолкнула его. Треснувшись головой о стену. Йозеф на мгновение потерял равновесие и рухнул на пол, но вскоре встал на ноги.
— Что за отговорки? Какая опасность? Я думала, что… что ты… что я… — Мария развернулась к Йозефу лицом, нижняя губа дрожала, глаза полнились влагой. Она замолчала специально, что бы не расплакаться перед жалким смертным.
— Я виноват, но я думал о тебе каждую секунду. Следил за тобой с расстояния. Но не мог подойти, так как меня контролировали люди Маркуса. — Йозеф снова приблизился, на этот раз с осторожностью.
— Ложь… Я не верю тебе червь! Убирайся обратно к своему Маркусу! Надо было мне не ждать тебя, а отправиться в небесное царство сегодня, как и хотел Люцифер! — Голос Марии дрожал, она была взволнована.
— Да! Надо было! Отправляйся сегодня же! Согласился Йозеф.
— Что? Вот так значит? Ну, а что я ожидала от тупого смертного… — Мария не успела договорить, как Йозеф поцеловал ее прямо в губы, затем еще и еще. Мария обняла его, уже не скрывая своих слез.
— Дура, я умру за тебя! Умру, что бы ты жила! Маркус сегодня готовит бунт. Все штурмовики и половина гарнизона на его стороне. Все ангелы пойдут под нож, это будет величайшая чистка. Тебе нужно заставить Люцифера отправиться в небесное царство прямо сейчас! — Йозеф снова поцеловал Марию.
— А как же ты? Я не оставлю тебя тут одного? — Голос девушки стал смелее.
— Я останусь тут, со мной все будет хорошо. Успокоил Йозеф.
— А Михаил? Он ничего не знает… Я должна его предупредить. Он хороший… Он добрый и справедливый… Он мне как отец!