Кастелян
Шрифт:
— Поттер, я не могу сидеть здесь до утра. Быть может, котлы всё же будут проще для ваших мозгов?
— Как я сказал сегодня Малфою, в Хогвартсе почему-то никогда не дают подумать. Вы же помните того мужика с пятидолларовой банкноты: сначала точим топор, потом рубим дерево, — и добавил тише: — Если уж приходится забивать микроскопом гвозди, сначала нужно ободрать с него всё лишнее.
Что ж, пора пробовать. Новая сосиска. Первый раз сплетать кружево очень трудно. Тридцать секунд. Проверяем, не забыл ли чего. Настраиваем размер
Плетение штатно щёлкнуло, растянуло сосиску в линию и разрезало на куски нужной длины. Колода не задета. Сегодня на ужин у меня будут жареные сосиски. Пора браться за червей.
Я надел защитный фартук, перчатки и пластиковый экран на лицо. Нашёл в шкафу деревянную лопаточку. Захватил рукой в перчатке первого опарыша, разместил на доске. Двадцать пять секунд выплетания… щелчок. Хорошо, что заклинание само растягивает этот шланг перед нарезкой, не нужно держать руками. При помощи лопатки смахнул обильно сочащиеся слизью куски в банку. Судя по количеству материала, он будет использован в качестве густой основы мази, геля или как там маги называют свою целебную дрянь.
Дело постепенно налаживалось. Скорость выплетания росла. Я начал класть по несколько червей на доску, разрубая их по одному, но экономя время на зачерпывании и смахивании. Первая банка заполнилась через пятнадцать минут.
Снейп подошёл и придирчиво проверил результат.
— Почему вы не пользуетесь палочкой, Поттер? Это легче, быстрее и профессиональнее.
— Так руки же изгвазданы, — я показал ему перчатки, вымазанные в слизи. — Быстрее как раз работать двумя руками. Каст медленный только поначалу, скорость растёт. Если вам нужно, я разделаю всё это ведро. Только дайте ещё банок.
Снейп удовлетворил просьбу и вернулся к эссе. Щелчки и возня ему, похоже, не мешали. С ведром удалось управиться за полчаса. Свои перчатки я очистил своим собственным плетением, лабораторный стол и инструмент — палочковым «Экскуро». В чужой монастырь со своим уставом не ходят.
— Итак, Поттер, — сказал Снейп вместо похвалы. — Безоар. Вы берётесь критиковать классические ингредиенты зелий, но не владеете простейшими навыками уровня С.О.В. Например, разделкой флоббер-червей.
Он что, обиделся? Я пожал плечами.
— Я не критиковал чужие действия. Вопрос на уроке был: что делал бы именно я? Я ответил. Я волен варить для себя всё, что хочу, и так, как хочу. А сейчас у меня — флоббер-черви и указание подготовить их для чужой работы по чужому рецепту. Разумеется, я обязан уточнить, что и как в точности нужно делать для этого чужака. Не для себя.
— Вы полагаете, что доросли до собственных рецептов?
— Я никому их не предлагаю. Не публикую разгромные статьи. Не потрясаю основы. Не высказываю своё особое мнение, разве только от меня напрямую не требуют ответа, — я вздохнул. — Вообще, мы оба знаем, с какой целью назначена эта отработка.
Я достал
Снейп пробежался глазами по рецепту и буркнул:
— Это не зелье, Поттер, это бездарно надёрганные травы из знахарских рецептов. Вы бы ещё ромашковый чай предложили.
Не нравится — не ешьте, подумал я, рассеянно пиная пол. Меня попросили, я предупредил, что рецепт непрофессиональный. Или он по-другому разговаривать не умеет?
— Как скажете, я не зельевар. Будет на сегодня ещё какая-нибудь работа?
— Что такое «лазурный виноград»? — спросил Снейп, не отрываясь от текста.
Я молчал, глядя в сторону. Снейп поднял голову, но с очередной язвительной тирадой не спешил.
— У меня несколько условий, профессор.
Зельевар вздёрнул брови, отложил бумагу на стол и поудобнее устроился в кресле.
— Отчего бы не послушать для разнообразия.
Я проигнорировал его сарказм.
— Вы не задаёте вопросов, откуда у меня ингредиенты и возможности их получения. В ответ я снабжаю ими в объёме, достаточном для нужд больничного крыла Хогвартса.
— А если я всё же решу позадавать вопросы?
— Я промолчу, совру или уйду от ответа, — озвучил я очевидную мысль, постепенно теряя терпение. — Профессор, я не понимаю: вы со слизеринцами тоже абсолютно не сдерживаете своё любопытство? И вас до сих пор не убили?
Опасный огонь мелькнул в глазах Снейпа, но намёк он понял. Этикет в общении высокородных придуман не просто так. Аристократия со змеиного факультета имеет слишком много личных, родовых и союзных тайн, неосторожное копание в которых может увеличить количество трупов в аудитории.
— Вы говорили об условиях, — сказал он почти спокойно.
— Остальные два работают на поддержку первого. Мы ограничиваемся снабжением только больничного крыла. Мунго обойдётся бодроперцовым.
— Мунго и не примет непроверенных зелий, это только в… — Снейп прервал откровение. — Последнее условие?
— Моё имя не должно фигурировать. Особенно у руководства Хогвартса.
— И как же я объясню источник ингредиентов? — вряд ли бы у Снейпа возникли трудности с поиском подходящей версии. Просто его интересовал мой ответ.
— Ограниченные поставки из Средиземноморья, от хорошего знакомого, — пожал плечами я. — Как пример.
— А этот материал — из Средиземноморья?
— Мне начинать врать?
Снейп криво усмехнулся.
— Не буду интересоваться, откуда у вас такой ровный и густой загар. Хорошо, я согласен. Несите уже ваш таинственный виноград.
Я наклонился, откинул полу мантии и, прикрываясь столом, выставил на пол тяжёлый пакет. И заодно ещё один, полегче, с эвкалиптом.
— Вот, забирайте, — прокряхтел я, подтаскивая ношу Снейпу. — Лазурный виноград, десять килограммов. Название условное.