Каскадер
Шрифт:
– Это мой кинжал, Вита. Она пьет их энергию, или что-то в этом роде. Предупреждая ваши вопросы, могу сказать, что на Велимира она едва подействовала.
– И передает ее тебе? – спросил Арс.
– Да. А как ты догадался?
– Твоя кольчуга. Она была разорвана когтями и вся в крови. А кожа у тебя после боя оказалась неповрежденной. Ночью я не придал этому особого значения – кровь могла быть и не твоей, ну а сейчас просто сложил два и два.
– Да. Вита меня излечивает. Хотя, надо признать, это дьявольски неприятно.
– Благодари богов, а не
– Ага. Да, Керен, а в каком году ты родилась? Я, например, в восемьдесят первом году. А ты?
– В восемьдесят… То есть, в девяностом. Все время цифры путаю. – Я улыбнулась и захлопнула дверь перед носом Арса.
Оставшись одна, я стала прибираться в комнате. Неработающий ноутбук убрала в сумку, переоделась в новую футболку, выстирав и повесив сушиться старую, зашила кольчугу – у меня были специальные металлические нитки, вроде лески, как раз для таких случаев, – это проще, чем таскать с собой несколько запасных. Латать ее мне приходилось много раз – пару лет я ходила в фехтовальный клуб, позже участвовала в битвах толкиенутых, куда меня привел очередной дружок, после чего я и возненавидела всю их братию, и нередко приходилось принимать участие в настоящих боях – там-то мне обычно кольчугу и рвали. Изначально у меня их было три – две посеребренных и одна стальная. Обе посеребренных я угробила намертво, осталась только эта.
Закончив, я вдруг поняла, что ужасно проголодалась, но почему-то никто не спешил ко мне с обедом. Неужели Рита с Иванушкой уже уехали? Быстро. Молодец, Рита. Женщина должна уметь принимать решения быстро. Тогда есть шанс, что никто не пострадает.
Я уже собралась было идти к седому и закатить ему грандиозный скандал, как в дверь постучали.
– Да.
– Ваш обед, – в комнату вошла одна из девушек с кухни. – Меня зовут Анна. Теперь я буду приносить вам еду.
– Рита уехала? – спросила я, принимая из рук Анны поднос.
– Нет, – девушка опустила глаза. – Рита умерла. Ночью ее разорвали упыри.
– О господи! Как это могло случиться? Они же не прорвались к корпусу?!
– Я не знаю. И никто не знает. Видимо, она зачем-то вышла на улицу, с черного хода – там тропинка к другому концу острова.
– Это там, где Никольский скит? – небрежно спросила я.
– Да.
– А что с ее сыном?
– Сыном?! У Риты не было сына! – с жаром воскликнула моя собеседница.
– Странно… Ну, может быть, я ошиблась… А как ты думаешь, что могло понадобиться Рите ночью, в лесу?
– И даже никаких предположений нету! Все удобства в корпусе, да и дверь задняя на ночь запирается.
– Кем?
– Так сам Антон Михайлович и запирает! Или Георгий Юрьевич.
– Георгий Юрьевич – это кто?
– Это такой, – девушка показала руками шарик, – у вас в трапезной сидел.
Колобок! Ладно, это мне не важно.
– А третьего знаешь? Который в плаще и полумаске?
– Страшный он! Иной раз как зыркнет из-под маски-то своей! И не ест никогда ничего! Боюся я его.
– Ладно, спасибо за информацию, Анна. А у Риты были родственники?
– Мама
– Хорошо, Анна. Спасибо.
Выходя, девушка столкнулась в дверях с Глебом и Арсом.
– Слушайте, что я узнала! – воскликнула я, едва дверь закрылась. – Ночью упыри разорвали Риту! Она зачем-то вышла в лес, но через черный ход. Оттуда идет тропинка прямиком до Никольского!
– Вряд ли, – покачал головой Глеб, угадывая мою мысль. – Это просто совпадение. Может, она на свиданку к кому побежала. Мало ли тут парней?
– Логичней было бы прийти в комнату!
– Это только ты живешь в комнате одна! А остальные – минимум по двое. Кстати, насчет комнаты, – я предлагаю перенести сюда наши кровати.
– Чтобы окончательно меня скомпрометировать?! – возмутилась я.
– Ты уже и так скомпрометирована дальше некуда, Керен. А ты в опасности. Если тебя средь бела дня пытается загипнотизировать леший… К тому же, судя по его словам, в ту ночь, когда мы сражались с Велимиром, к тебе в комнату наведывались. А мне не улыбается как-то утром прийти будить тебя и обнаружить в гробу твой хладный трупик.
Хм. Трезво рассуждая, он прав. Вита не от всего сможет меня уберечь.
– Ну ладно, несите. Но ты не дал мне договорить. Рита причастна, да еще как!
Я рассказала ребятам о пророчестве Иванушки и своих предположениях на его счет.
– А теперь Анна говорит, что у Риты не было сына! Что-то здесь явно не так. Рита была в прошлый раз в полной панике, когда я спросила об Иванушке.
– А почему ты нам этого раньше не рассказала? – поинтересовался Глеб.
Пожала плечами.
– Не сочла важным. Да и вообще, это пророчество касается меня, мне и разгадывать.
– Керен, если ты в команде, то брось свои эгоистические замашки! Или ты с нами, или ты одна! Про пророчество ты нам не сказала, про Биту не сказала… О чем еще ты решила, что нам знать не обязательно?!
Не дав мне ответить, Арса перебил Глеб:
– Арс, конечно, выразился резковато, но в целом, Керен, он прав. Хочешь сражаться в одиночку – пожалуйста. Но если нет, то рассказывай нам все. Оставим эту тему, будем считать инцидент исчерпанным. У меня вот мысль появилась – может, Иванушка – любовник Риты?
– Неужели ты думаешь, что подобную связь можно утаить? – уверенно ответила я, про себя решив, что раз уж я свыклась с тем, что Глеб – старший, то бросать ребят бессмысленно. Лучше и в самом деле быть с ними. – Нет, я не знаю, что и думать, но уверена – в тот раз Рита была искренней, возможно, она солгала по поводу того, кем именно ей приходится Иванушка, но она действительно боялась за него и за себя. Я велела ей уезжать с острова, немедленно, но, видимо, она не успела.
– А тебе не приходило в голову, что нападение упырей могло быть только для того, чтобы замаскировать смерть Риты, выболтавшей тебе слишком много? Потому что я уверен – мимо нас, назад, не прорвалась ни одна тварь.