Карты судьбы
Шрифт:
Я выпрямилась, сердито смахивая слезы.
– Дьявол, столько лет не ревела!
Пауза.
– И ты до сих пор прячешь сухари? – негромко спросил Ингри.
– Ничего с собой не могу поделать.
Я шмыгнула носом. Посмотрела на неподвижного парня.
– Но знаешь, что? Моя смерть и мои сны старше, но знаешь, Ингри, я никогда не винила себя в том, что не умерла вместе с ними!
«Думай-ка о Хоггарде!» – посоветовала я сама себе. И вновь продолжала думать
– О, дьявол! – я в сердцах ударила кулаками в тесто. – Он чужак! Он вернется на свой юг, когда разделается со своими делами! Он даже моложе меня!
Я обращалась сама к себе, но услышала за спиной:
– Кто это тебя моложе?
В дверь заглядывали Кэти и Ингри.
– Вы еще тут! – раздраженно воскликнула я. – Чего вам?
– Шли мимо, – сказал Ингри, – слышим, разговариваешь с кем-то… Кто тебя моложе?
Кэти хихикнула:
– Видать, наша Гвенда, наконец, положила на кого-то глаз и расстраивается, что парень больно молодой!
Вот вертихвостка!
– Иди коров дои! – рявкнула я, и Кэти как ветром сдуло.
Ингри остался.
Я ожесточенно месила тесто, не обращая на него внимания. Ингри кашлянул, прошел и сел напротив. Я с минуту крепилась, не поднимая глаз, но терпение быстро лопнуло. Я отбросила с лица волосы и злобно глянула на него:
– Что уставился?
– Это правда?
– Что?
– Что ты влюбилась?
– Тебе-то что?
– Это Хоггард? Нет, он тебя старше…
– Тебе что, больше заняться нечем?
Его зубы блеснули в усмешке:
– Должен же я знать, на кого буду работать!
– Ты становишься просто красавчиком, когда смеешься! – заметила я. – Смейся почаще, и тебе от девушек покоя не будет.
– Куда мне столько?
Я оперлась о кадушку и поглядела на солдата.
– Ингри? Они не приходили сегодня?
– Нет. А к тебе?
– И ко мне тоже.
Если он будет так смотреть, пироги никогда не будут готовы…
– Иди покорми скотину… – слабо сказала я. Ингри улыбнулся, встал. Проходя мимо, мимолетно коснулся моей щеки ладонью.
– Ты вся в муке…
Я с досадой пихнула тесто кулаками. Оно было твердым, как камень. Дьявол, дьявол, дьявол!
Как ни смешно, вечером мы опять говорили об этой треклятой колоде.
– Что плохого в том, что люди хотят знать свою судьбу?
– В юности мы с подругами гадали на венках. Мне вечно выпадал охотник. И никогда – корчмарь.
– Мои карты не лгут.
Я кивнула.
– Попади они мне в руки лет несколько назад, я сочла бы это великой удачей. Но ведь ты так уже не думаешь, Ингри?
Парень молчал.
– Ты ненавидишь их, но не можешь без них жить – как обкурившийся
Ингри долго молчал.
– Все в жизни требует свою плату…
Я раздраженно хлопнула ладонями по столу.
– Мы уходили из нашей деревни впятером – до долины добралась я одна. Если бы твои карты тогда предсказали им смерть, они бы никуда не пошли, и меня тоже наверняка не было бы в живых. Но все, хватит! Давай поговорим о другом.
– О чем?
– О тебе.
Он глядел исподлобья.
– Кто ждет тебя на юге? Родители, жена?
– Я был слишком молод, чтобы жениться.
– Но не чтобы идти воевать?
– Для войны я вполне созрел.
– А что ваши девушки?
– Девушки?
– Они сами выбирают себе женихов или это делают родители?
Ингри двинул бровями.
– Обычно жених разговаривает с отцом. Но девушка тоже может показать, что парень ей нравится.
– А как?
– Может подарить ему что-нибудь… вышитый платок… или рубашку…
Или безрукавку. Я сказала поспешно:
– У нас такого обычая нет!
– Я понял, – серьезно кивнул Ингри.
– А парень?
– Что – парень?
– Как он ухаживает?
Ингри пожал плечами.
– Наверное, как везде! Тебе ли не знать!
Я хмыкнула.
– Да уж, охотников утешить молодую вдовушку нашлось немало! Это теперь поутихли.
– Почему?
– Ну… я крепкая женщина.
– И у тебя появился Хоггард.
Я не собиралась говорить о Хоггарде.
– А какие слова ты говоришь девушкам, Ингри?
Он глядел внимательно.
– Хочешь их услышать?
– Ну, если ты их не забыл…
Его рука потянулась к колоде – рассеянно, привычно. И опустилась, когда Ингри перехватил мой взгляд.
– Даже это ты не можешь решить сам?
Ингри отвел темный взгляд за мое плечо, к окну, откуда за нами наблюдал старый Сунган. Помолчал и явно нехотя, тихо и бесцветно произнес несколько гортанных слов.
– Ты говорил их той девочке?
– Нет. Их берегут… для одной.
– Так, значит, ты берег их – для меня?
Приятно было видеть его таким растерянным. Он явно не мог понять – смеюсь я над ним или заигрываю.
– Ингри, а я могла бы понравиться вашим мужчинам?
Ингри молча смотрел на меня. Я осторожно вздохнула – воздух был тяжелым и сдавливал грудь, как стальной обруч.
– Или… тебе, Ингри?
Он по-прежнему молчал. Ему, похоже, тоже было не вздохнуть – ноздри его дрогнули, тяжело втягивая воздух, зрачки расширились, словно проглатывая меня… И я впервые в жизни обрадовалась мужскому желанию.