Карнивора
Шрифт:
— Я могу закончить курсы досрочно?
— Сроки каждый Мастер устанавливает самостоятельно.
Марика только кивнула.
— И какую кафедру ты выбрала, если не секрет? — поинтересовался Ирги, пристально глядя на нее.
— Медицину, — коротко ответила Марика. — И менталистику.
Тихо. Прохладно. Пахнет старой кожей, бумагой, деревом книжных полок. Этот запах — родной, привычный, свой. Запах, который с самого первого дня пообещал: «Тебя никто не тронет. Ты в безопасности.
Если бы Марика могла, она бы поселилась в библиотеке. Впрочем, так почти дело и обстояло — каждый день она сидела здесь с самого обеда и до позднего вечера. Если бы не Дор, Марика и впрямь оставалась бы ночевать в огромном зале, в центре лабиринта, выстроенного из бесконечных стеллажей.
Но Дор съедал последнее яблоко — во всяком случае, он утверждал, что оно было последним — говорил твердое и безоговорочное «пора», и они уходили. Безопасный мир оставался за высокими дверьми библиотеки, и снова приходилось возвращаться в промозглую и неприятную реальность.
Что делал в библиотеке Дор, было Марике не совсем ясно. Он редко брал в руки книгу, хотя охотно обсуждал то, что читала она. В остальное же время Дор спал, жонглировал яблоками, ел их, предлагал Марике и доводил старого Мастера Либри до белого каления, немедленно заставляя яблоки исчезнуть, как только тот требовал от Дора убрать еду из библиотеки.
— Я скоро закончу вторую ступень, — заметила как-то Марика, оторвавшись от книги.
— Я знаю, — невозмутимо улыбнулся Дор, жонглируя пятью яблоками одновременно.
— И кого ты тогда будешь развлекать? — хмыкнула она.
— Кто тогда будет развлекать тебя — вот в чем вопрос, — все так же невозмутимо заметил Дор. Одно из яблок подлетело слишком высоко и упало на стол прямо рядом с Марикой. Гладкий бок треснул, и на столешницу потек сладкий сок. Дор быстро повел рукой, и все яблоки исчезли до того, как библиотекарь выглянул из-за угла и подозрительно прищурился.
— Ты мог бы тоже попробовать сдать экзамены раньше, — пробормотала Марика, снова уткнувшись в книгу.
— Это ничего не изменит. — Снова этот спокойный тон. Марика вскинула голову и раздраженно спросила:
— Почему?
— Потому что я все равно не пойду на те кафедры, которые выбрал ты.
— Откуда ты знаешь, что я выбрал? — удивилась Марика. Она никому не говорила об этом, кроме Ирги.
— Я знаю, что выбрал Кристофер, — усмехнулся Дор. Достал из кармана яблоко и положил перед Марикой. — Не засиживайся допоздна.
Она догнала его в коридоре.
— Ты обиделся?
— Обиделся? — обернулся Дор. — Ты забыл яблоко.
— Плевать на яблоки. Ты обиделся, что я собираюсь на те же кафедры, что и… он?
— Обиделся? — Дор остановился и посмотрел на Марику, как ей показалось, насмешливо.
— Прекрати
Дор нахмурился. Марика нетерпеливо вздохнула.
— Нет, Маар, — медленно проговорил Дор. — Я не обиделся.
Она с облегчением выдохнула.
— Могу и я теперь спросить тебя кое о чем? — продолжил он.
— Конечно.
Дор пристально посмотрел ей в глаза — во второй раз за все их знакомство без улыбки, спрятанной хоть где-нибудь на широком лице.
— Ты уверен, что выбрал правильно? — спросил он тихо.
В воздухе пахло цветами и яблоками. И неожиданно Марика разозлилась. Какое Дору делу до того, что она выбрала?!
— Да, я уверена, — резко бросила Марика, развернулась и побежала прочь.
Далеко-далеко, между Лесом и темнотой, Волк хищно усмехнулся, ощерив клыкастую пасть.
С тех пор они почти не разговаривали. Перекидывались парой слов утром, молча завтракали, молча шли на занятия. После обеда Марика исчезала в библиотеке — но теперь одна. Дор перестал приходить, и теперь ничто не отвлекало ее от книг. Резкий ветер наконец сорвал облака с низкого неба, и когда промокший насквозь сад заблестел в робких лучах весеннего солнца, Марика сдала экзамены. В день, когда она получила разрешения от Мастера Тита и Мастера Окиэ и подписала их у Магистра, Дор возник за плечом в коридоре — чего уже не делал очень давно — и сказал прямо в ухо:
— Поздравляю.
Марика резко обернулась.
— Спасибо, — немного смущенно ответила она. По тону Дора было непонятно, действительно ли он поздравляет ее. — Теперь мы совсем перестанем видеться, наверное.
— Мы все еще живем в одной комнате, — напомнил Дор с улыбкой.
— Ну да, — Марика совсем смутилась.
Но, как ни странно, она оказалась права. После перехода на новую ступень проводить в библиотеке требовалось чуть ли не больше времени, чем перед экзаменами — когда ночью Марика возвращалась в комнату, Дор уже спал, а утром часто вставал и уходил до того, как она просыпалась. Раньше он тоже часто пропадал ни с того, ни с сего, но потом всегда появлялся рядом, когда она меньше всего этого ожидала.
Больше Дор рядом не появлялся. В конечном счете он тоже ее обманул и бросил. Как и все остальные.
Марика злилась, молчала, если по утрам они все-таки вставали одновременно, специально задерживалась в библиотеке допоздна. В какой-то момент она поймала себя на том, что начинает днем искать его — высматривать по пути с занятий, на которые они раньше ходили вместе. Но вся вторая ступень выходила из класса, а Дора среди них не было. Если бы Марика сама не видела его иногда в собственной комнате, то решила бы, что Дор просто ушел из школы.