Карнавал Хилл
Шрифт:
— Итак, что у нас тут? — спросил я. Я открыл дневник в коричневом кожаном переплете, на первой странице которого было написано имя Кайзера, и обнаружил множество страниц с перечёркнутыми местами и нарисованными от руки картами окрестностей Сансет-Коув, на которых стояли огромные кресты.
— Что ты ищешь, а, Кайзер? — Я подтолкнул его локтем, приставив дробовик к виску, и помахал одной из страниц перед его лицом. — Начинай говорить.
Он тяжело вздохнул, и тогда я увидел в нем демона, а не испуганного маленького мальчика, который был близок к тому, чтобы обмочить свои трусики.
— Тик-так, — подбодрил я, направляя пистолет вместо этого на его жену. — Или мы все узнаем, можно ли раскрасить лицом Жасмин стену.
Она взвизгнула, ныряя за стол, как будто это могло спасти ее от моего гнева.
Кайзер молчал, а мои брови продолжали подниматься. Очень интересно.
— Что он ищет, Жасмин? — Я обошел стол, чтобы наставить на нее пистолет, и она задрожала, а Миа закричала, умоляя меня не стрелять.
— Пожалуйста! — Мия плакала.
Это было похоже на небольшое превью к тому, как она будет звучать, когда будет умолять меня трахнуть ее. Я подмигнул ей, когда ее мать несколько раз покачала головой.
— Я не знаю, клянусь, я не знаю. Я никогда раньше не видела этого дневника.
Я усмехнулся, снова взглянув на Кайзера. — Ты плохой человек, не так ли, Кайзер? Парень мне по душе. Но почему, почему ты прячешь этот дневник от своей единственной и неповторимой?
Глаза Кайзера перебегали с меня на Жасмин и обратно, как будто они играли в пинбол. — Я поговорю с тобой наедине. Ты и я, Шон. Как мужчина с мужчиной.
— Ты не будешь говорить при собственной жене? Женщине, которую ты поклялся любить, обнимать и все такое прочее дерьмо? — Я фыркнул, и он бросил на меня умоляющий взгляд.
— Хорошо, хорошо, я и ты, — согласился я, но затем он бросился на меня, пытаясь выхватить дневник, и я выстрелил из пистолета. Взрыв прогремел с грохотом, от которого все мое тело затрепетало, а голова Жасмин разлетелась по комнате, когда крики Мии наполнили воздух. Это была чистая музыка.
— Ты ублюдок! — Кайзер взревел, бросаясь на меня в явной атаке, но я просто направил на него ствол, и он попятился прямо к стене, когда дикие крики Мии перешли в рыдания.
Чёрт возьми, теперь он всё усложнил, и его падчерице будет труднее стать одержимой мной. Не невозможно, но определённо сложнее.
— Да, я ублюдок, старина, — согласился я. — Мой папочка так и не сделал из моей мамы честную женщину, но меня это никогда не волновало. А теперь заткни свою падчерицу, или следующей будет она.
— Ми-Ми, — всхлипнул Кайзер. — Прекрати, милая, тебе нужно остановиться.
Мии удалось приглушить шум, вырывающийся из ее горла, и я наконец-то снова смог мыслить немного яснее. Я покрутил пальцем в воздухе, бросив на Кайзера суровый взгляд.
— Мне становится скучно, так что расскажи мне о назначении этого дневника, или твоим ребятам придется разгребать здесь еще больше беспорядка. Кстати, об этом… — Я услышал крики в доме и топот ботинок в ответ на выстрел.
— Мне нужно, чтобы ты сказал своим людям не открывать огонь. — Я направил Кайзера к двери, и он, спотыкаясь, направился в ту
Я улучил момент, чтобы пошире распахнуть дверцу сейфа, и нашел себе кучу наличных с его последнего покерного вечера. Я собрал столько, сколько смог, вместить в свои руки, когда животное напало на меня сзади. Это была дикая девушка с острыми зубами, которые впились мне в плечо. Миа ударила меня кулаком прямо в рану на боку, и я взревел от боли, когда она разорвала мои швы. Я развернулся и ударил ее достаточно сильно, чтобы выбить воздух из ее легких, заставив ее бесформенной кучей рухнуть на пол.
Я втянул воздух сквозь зубы, схватившись за бок и зарычав от боли.
— Господи Иисусе, неужели всех женщин в этом городе воспитали волки? — Я издал смешок, снова сгребая наличные, а затем последовал за Кайзером к двери, где он приказывал своим людям отступить. Я приставил дробовик сбоку к его голове, сжимая другой рукой деньги, и улыбнулся стоявшим там мужчинам.
— Эй, ребята, в этом доме новый босс. Сколько вам платит Кайзер?
Один из самых смелых, нахмурившись, шагнул вперед. — Он должен был платить нам каждую пятницу, но задолжал за две недели.
— Я же говорил вам, что мне нужно еще немного времени, — в панике сказал Кайзер.
Я покачал головой. — О боже, Кайзер. Ты задерживаешь выплаты своим парням, сидя на всех этих деньгах, в то время как ветер свистит в их карманах. Если я чему-то и научился давным-давно, так это тому, что если покупаешь лояльность, то лучше быть щедрым боссом, который платит вовремя и дает хорошие, сочные рождественские премии, иначе можно оказаться с ножом в спине, пока ты спишь.
Я бросил деньги к ногам его людей, быстро пересчитав всех восьмерых. — Можете называть это авансом к зарплате или билетом, чтобы съебаться отсюда и никогда не возвращаться. Вы либо «Мертвые Псы», либо вы мертвы для меня, так что вы выбираете?
Они переглянулись и, точно как дети, которых подкупили конфетой, наклонились, чтобы схватить деньги.
— Подождите, пожалуйста, — выдохнул Кайзер, когда я разразился лающим смехом.
— Ладно, парни, отваливайте. — Я взмахнул пистолетом, и они ушли, а вся преданность Кайзеру исчезла так же, как и появилась. Я почувствовал, что Кайзер дрожит, и наклонился, чтобы прошептать ему на ухо. — Что ты ищешь? Последний шанс сказать мне, старина. — Я прижал дневник к его груди, и его рука поднялась к нему. — Тогда мы можем отправиться на поиски вместе. Ты и я. Ты мне нравишься, Кайзер. Мы с тобой могли бы стать настоящими хорошими друзьями, что скажешь?
— Ты убил мою жену, — выдавил он, хотя я не видел никаких слез.
— Знаю, знаю, — сказал я, похлопывая его по спине. — Но послушай, я оказал тебе услугу, понимаешь? Избавил тебя от старых оков. Теперь ты волен завести новую жену, помоложе, с более упругими сиськами, или даже одну из тех двадцатилетних, которые тебе так нравятся. Мы могли бы быть королями в этом доме, устраивать вечеринки каждую ночь, нюхать кокаин из задниц первоклассных шлюх, которые позволят тебе трахать их так, как тебе заблагорассудится. Это ведь то, чего ты на самом деле хочешь, не так ли?