Карма. Том 2
Шрифт:
Лиза сочувственно поморщилась.
– Я же предупреждала – Кай не любит тэй-о!
Главарь тем временем потянулся к самой девушке. Бить ее он вроде бы не собирался, только скрутить и взять в заложники, но ему не удалось ни то, ни другое.
Лиза уже второй раз за неделю наступила на спину обездвиженного врага, от души жалея, что кроссовкой, а не эффектным, но крайне неудобным в быту черным кожаным сапогом на шпильке. Хоть ты носи в рюкзаке сменку специально для таких моментов!
– Зато я – обожаю! – с наслаждением сообщила девушка,
Ксенос грохнулся за прилавком и уже оттуда страдальчески прошипел:
– Договаривались же – без имплантов!
– Как получилось, – буркнул киборг, но справедливости ради уточнил: – У меня и генетика хорошая!
– «Семерка», шшшто ли?
– Почти, – почти не соврал Кай.
Лиза кашлянула, призывая уважаемое собрание вернуться к основной теме диспута, и нравоучительно сообщила:
– Теперь мы – его крыша! А вы чтоб не смели больше…
– Мы не крыша! – проскулил верзила. Раньше его щербина определенно была уже. – Мы арендодатели! А этот слизняк вечно квартплату задерживает, вот мы и решили слегонца его проучить, в соответствии с пунктом договора номер семнадцать…
– Кровопийцы вы, а не арендодатели! – возмущенно булькнула груда.
Друзья переглянулись, сверяя данные «детекторов».
– Упс, – смущенно сказала Лиза, убирая ногу, а Кай наклонился и протянул руку все еще валяющемуся на полу «мастеру» единоборств.
– Вы что, новенькие?! – уничижительно простонал тот, но руку принял. – А с виду такие приличные люди!
– То есть не способные дать сдачи? – укоризненно уточнила Лиза, воссоединяясь с Федей.
Главарь поднялся самостоятельно и теперь уныло отряхивался от пыли и ржавчины, морщась от боли в выкрученной руке.
– Нет – не защищающие всякое дерьмо ползучее!
– Ксенофобия – это очень плохо! – нравоучительно заявила девушка. – С точки зрения амебоидов, мы тоже выглядим жалкими и примитивными существами: не умеем ни изменять форму, ни отщеплять автономки, а уж наш процесс размножения…
Кай легонько коснулся плеча подруги.
Торговец снова возвышался над стойкой – теперь с огромным семиствольным плазмоганом, нацеленным в центр компании. Впрочем, с его охватом достаточно было выбрать направление.
– А как же правило номер… – укоризненно начала Лиза.
От плазмогана донеслось быстро набирающее громкость и глубину завывание.
Пять противников и собака кучно вылетели из лавки, не разбираясь на свой-чужой. Створки сомкнулись и заблокировались, голографическая вывеска-реклама сменилась на «Закрыто», потом на: «Что, съели, придурки?!» и в завершение на: «Я же сказал – отдам в конце недели!»
– Ну вот, опять упустили! – Главарь с ненавистью пнул подвернувшийся под ногу камень. Тот с неожиданным визгом улетел в тоннель. – И откуда вы только взялись на нашу голову, заступнички хреновы?!
– Ну… извините! – Лиза развела руками с обезоруживающей улыбкой,
Совсем без обид, конечно, не получилось, но продолжения банкета троица требовать не рискнула и удалилась восвояси, громко и, надо признать, заслуженно костеря амебоида и его «спасителей».
– М-да, – задумчиво сказала Лиза. – А вдруг торговец наврал нам про Ташшиаса? Просто время тянул, чтобы добраться до плазмогана? Он же через транслятор говорил, детектор правды тут бесполезен.
Кай кивнул на соседнюю лавку.
– Теперь мы знаем, что именно спрашивать.
– И как это правильно делать, – самокритично согласилась подруга.
– Что-то Молли давно нет! – спохватилась Иветта. – Надеюсь, у нее все хорошо?!
– Сходи проверь, – предложил Натан, но подруга продолжала так умоляюще на него смотреть, что парень благородно проворчал: – Ладно, пошли вместе.
Хэл уже тоже был не прочь прогуляться в том направлении, но остался караулить стол, а то слоняющийся по бару забулдыга успел показать себя крайне всеядным и не брезгливым. Он даже маикши за заолтанками допил и с шиком выдохнул из ноздрей зеленое облачко, как сигаретный дым.
На подходе к туалету Иветта вздрогнула и схватила друга за руку. У дверей стояли двое фреан, так яростно перерыкиваясь и пихаясь, словно вот-вот всерьез сцепятся, но при виде хумансов тут же переключились на них.
– Очередь! – гаркнул один фреанин на ломаной интерлингве.
– Поналетели тут! – брезгливо добавил второй. – Дикари!
Убедившись, что хумансы устыдились и соблюдают положенную дистанцию, фреане вернулись к «дружеской беседе».
Прошло пять минут, десять. Ничего не изменилось, и Натан решил рискнуть.
– Я очень извиняюсь, но мне ужасно приперло! – Парень для наглядности прижал руки к паху и сделал парочку танцевальных па. – Может, все-таки пропустите нас, а?! Мы быстренько!
– Сортир? Иди сортир! – неожиданно смягчился фреанин. – Только смотри у наша! Влезешь без место – влезешь толчок с голова!
Натан с Иветтой понятия не имели, за какой другой потребностью можно так стремиться в туалет, но, пока ксенос не передумал, быстренько пробрались по стеночке мимо его раздраженно ворчащих сородичей (внутри очередь продолжалась на еще троих).
– О господи! – вырвалось у Иветты.
– Твою ж мать! – согласился с ней Натан.
В центре туалета за услужливо притащенным кем-то столом сидела Молли и, упоенно щебеча полагающийся в такой ситуации вздор, наносила на когти клиента финальные штрихи.
Друзья пристроились за ее плечами, как ангел и бес. Точнее, как два взбешенных ангела.
– Что ты делаешь?! – прошипел Натан в левое ухо подруги.
– Сижу в сортире, – развязно ответила Молли. – Ха-ха-ха-ха! Просекли шутку?!