Карма-карма

Николаева Марина

Добравшись до нее, женщина аккуратно поставила на ее чистую поверхность опустевшую бутыль и по-царски скинула с плеча шубу, которая ковром расстелилась по полу. Нагнувшись и чуть не упав несколько раз, она расстегнула замки кожаных полусапожек на высоченном каблуке и освободила ноги из плена неудобной обуви.

Распрямившись, хрустнув

шеей и устало выдохнув, женщина кое-как взобралась на высокий барный стул, легла грудью на стойку и, сдувая с глаз непослушную прядь, принялась высматривать бармена.

Витя с ужасом наблюдал за гостьей. Осознав наконец, что избежать общения с незнакомкой не получится, он покинул безопасную зону столика и бесшумно приблизился к ней сзади.

Незаметно обойдя бурчавшую что-то себе под нос женщину, он обогнул барную стойку слева и, пройдя по проходу для бармена, появился на своем рабочем месте – прямо перед распластавшейся уже на столе женщиной.

Уткнувшись взглядом в живот Вити, какое-то время дамочка соображала, что это перед ней, а сообразив, медленно подняла голову вверх, пытаясь попасть глазами в глаза парня.

Витя приветственно кивнул и натужно улыбнулся. Гостья подняла тяжелую грудь со стола, гордо выпрямилась, поправила испорченную вдрызг прическу и попыталась сконцентрироваться.

– Плесни-ка мне чего-нибудь вкусненького, – заплетающимся языком произнесла она.

– Коктейль, виски, пиво? – растерянно глядя на посетительницу, спросил Витя.

Женщина презрительно фыркнула и посмотрела на Витю в упор.

– Вино, только вино! – гордо промямлила она, криво улыбаясь.

Витя открыл бутылку вина, снял с сушилки бокал, наполнил его багровым напитком и поставил перед гостьей. Залпом осушив содержимое бокала, женщина поморщилась, вытерла ладошкой рот и, громко икнув, уставилась на Витю.

Нервно сглотнув, он отвел взгляд. Посетительница долго и внимательно рассматривала смущавшегося все больше Витю. На лице гостьи появилась плотоядная улыбка.

–

А ты хорошенький, – кокетливо протянула она. – Меня Анжела зовут.

– Спасибо, – краснея, ответил Витя. – Очень приятно.

– Сколько годиков? – игриво продолжила женщина, накручивая на палец непослушную прядку.

– Двадцать пять. – Витя почувствовал, как его ладони стали влажными.

Уголки губ гостьи сползли вниз, огонь, пылавший в глазах, потух, плечи грустно опустились.

– Малыш совсем, – разочарованно и драматично изрекла она.

– Ну, не такой уж и малыш, – немного придя в себя, обиженно ответил Витя.

Анжела пристально посмотрела на Витю, качая головой, как уставшая лошадь.

– Был у меня такой, – трагично продолжила она, подперев рукой щеку. – Тридцать пять. Красивый. Балетмейстер.

– Мне двадцать пять вообще-то, – уточнил Витя.

– Двадцать пять-тридцать пять – какая разница, – тоскливо возразила женщина.

Она сдвинула бокал в сторону Вити и тот, выполняя безмолвную просьбу, налил в него немного вина. Анжела взяла бокал и, тяжело вздохнув, уткнулась взглядом в стол.

– Малыш! – ностальгически произнесла она.

Заглотив содержимое бокала, Анжела громко поставила его и грустно посмотрела на Витю.

– Машину ему купила, гастроли организовала, с людьми нужными свела, а он! – в голосе женщины зазвенела обида.

Минут пять прошли в полной тишине. Анжела разочарованно вздыхала и, подперев рукой голову, смотрела куда-то в сторону. Не желая мешать, Витя молчал, с сочувствием поглядывая на печальную нимфу.

– А потом был постарше, – безразлично продолжила женщина. – Женатый оказался. – Анжела надула щеки. – Потом рыженький – на подруге моей женился, а после – Анатолий Палыч. Уговорил меня вложить в его проект кучу денег и ушел в закат. – Анжела махнула рукой в сторону окна и загрустила.

Конец ознакомительного фрагмента.