Карибский круиз
Шрифт:
Джеки вышла из смотрового кабинета раскрасневшаяся и возбужденная.
— Пер сказал, что я прекрасно выгляжу, — объявила она. — Он советовал мне сегодня не засиживаться допоздна, но по-прежнему хочет пригласить меня на ленч завтра в Нассау, а потом показать окрестности.
— По крайней мере хоть ты будешь в безопасности, — сорвалось у меня с языка.
— В безопасности?
— Ну, я хочу сказать, если, не дай Бог, наступит рецидив.
Сегодня в ресторане был объявлен
— Слушай, Измаил, потроха можешь оставить себе, а мне принеси нормальный кусок мяса, — тут же подал голос Рик. — И не сильно зажаренный, лады?
Все остальные заказали бифштекс «Веллингтон».
— Элен! Ты не боишься заразиться коровьим бешенством? — поддела меня Джеки.
— Коровье бешенство сейчас меня волнует меньше всего на свете, — честно призналась я.
Она посмотрела на меня озадаченно, но ничего не сказала, вернувшись к прерванному разговору с Кеннетом Коэном, который сел с ней рядом, придя на несколько минут позже жены.
Мы с Симоном тоже сидели рядом. Каждый раз, когда я смотрела не него, меня бросало в дрожь. Несмотря на кошмарную проблему, занимающую наши головы, я была предельно счастлива, что он появился в моей жизни — не важно, сколько эта моя жизнь продлится.
— Ну, как вам понравился круиз? — обратилась я к Дороти, которая сидела по другую руку от Симона.
— Это было замечательно! — воскликнула старушка. — Прямо второй медовый месяц!
— Что она говорит, Дороти? — прокричал Ллойд.
— Она хотела узнать, как мы провели время в круизе, — сказала Дороти.
— А что ты ей ответила?
— Я сказала, что мы трахались, как молодожены!
Все разговоры за столом на мгновение стихли.
— Я сказала что-нибудь неприличное? — изображая невинность, поинтересовалась Дороти. Сущая дьяволица эта Дороти!
— Ваша манера выражаться немного острее, чем та, к которой привыкли мы с Кеннетом, — фыркнула Гейл.
— Что она говорит, Дороти? — прокричал Ллойд.
— Она говорит, что они с мужем не занимаются сексом, — перевела Дороти.
— Боже милостивый! — пробормотала Гейл. — У старой ведьмы один секс на уме. Если у нее, конечно, в таком возрасте осталась хоть капля ума. — Очевидно, Дороти задела за больной нерв.
— Не хотелось бы напоминать вам об этом, дорогая, — не осталась в долгу Дороти, — но вам тоже когда-нибудь стукнет восемьдесят шесть, если Бог даст. И никакие ваши шальные деньги этому не помешают.
— Так, кажется, перчатки сброшены, — прошептала я, наклоняясь к Симону, который с изумлением взирал на эту перепалку. Джеки пыталась сохранить серьезное выражение лица. Рик с Брайанной тут же начали о чем-то спорить между собой и явно отключились от происходящего.
— Так вы завидуете моим деньгам, миссис Тэйер? — ледяным тоном проговорила Гейл,
— Уверен, миссис Тэйер не хотела тебе сказать ничего плохого, — успокаивающе заговорил Кеннет, обращаясь к жене. Очевидно, это была его роль в семье. Надеясь, что все само собой образуется, он вновь обернулся к Джеки, с которой перед этим обсуждал завтрашний день в Нассау. Он спросил ее, как мы трое собираемся провести несколько часов стоянки в порту. Она ответила, что про Пэт и меня не знает, а сама намерена провести это время с Пером Йоханссоном.
— С кем? — переспросил Кеннет.
— Это доктор, который лечил меня в лазарете, — объяснила она. — Он из Финляндии, но уже давно работает на круизной линии «Морской лебедь» и прекрасно знает все порты захода. О лучшем гиде я не могла бы и мечтать.
Кеннет приподнял бровь, словно хотел показать свое удивление или недоумение тем, что Джеки свела знакомство с доктором Йоханссоном.
— А вы с Гейл что хотите делать в Нассау? — спросила Джеки.
— То же, что и в Нью-Джерси, — с покорностью вздохнул он. — Ходить по магазинам.
После ужина мы все, включая Симона, примерно часик посидели, болтая, в холле перед рестораном. Потом Джеки объявила, что вполне созрела до того, чтобы пойти спать. Пэт вслед за ней сказала, что тоже устала. Мы поднялись и доехали на лифте до нашей восьмой палубы. При этом подразумевалось, что мы с Симоном пожелаем друг другу спокойной ночи в более приватной обстановке. В моей каюте.
— Сделайте одолжение, — обратилась я к подругам, когда мы подошли к их каютам. — Заприте двери на два оборота, пожалуйста!
— Элен! — вздохнула Джеки.
— На нашей палубе произошло ограбление, — солгала я. — Я не хотела вам говорить, потому что вы все равно не поверите.
— Конечно, не поверю, но дверь я и так запираю на два оборота, — сказала Джеки.
— И мне очень не хочется, чтобы вор стащил все мои сувениры, — согласно кивнула Пэт.
— Это меня радует, — сказала я.
Мы расцеловались, пожелав друг другу спокойной ночи. Я мысленно пожелала, чтобы наемный убийца струсил и дал нам всем троим дожить хотя бы до возраста Дороти Тэйер.
— Расскажи мне про Эрика, — попросил Симон, когда мы удалились в мою каюту и уселись — он в кресло, я на кровать. Мы решили, что моим вкладом в расследование будет краткая биографическая информация обо всех наших бывших мужьях.
— Начну с его родителей. У его матери имелось определенное состояние, и она постоянно тыкала этим отцу в нос. Но тот был парень не промах, с деловой жилкой. Его идеи и ее деньги легли в основу того, чем стало сейчас похоронное бюро Цукера. Эрику это просто упало в руки с неба.