Карибский круиз

Хеллер Джейн

— Тогда понятно, — с облегчением вздохнула Пэт.

— Ты не хочешь подняться на прогулочную палубу? — спросила я. — Растрясти наш итальянский ужин?

Она бросила взгляд на Сэма, потом на меня. Я поняла, о чем она думает: трое — это уже толпа. Я также понимала, что заставила ее принимать решение, а мне хорошо известно, как долго это может продлиться. Я решила поторопить ее.

— Ну, что скажешь, Пэт? Ты идешь с нами?

Естественно, мне больше хотелось бы пойти вдвоем с Сэмом. Но я терпеть

не могу женщин, которые готовы бросить своих подруг в ту же секунду, когда на горизонте появляется мужчина.

Поэтому мы терпеливо ждали, что она выберет. Сэм был сама терпимость. Наконец Пэт открыла рот и сообщила, что, пожалуй, лучше поднимется наверх проведать Джеки.

— Вы уверены? — переспросил Сэм. — Такой чудный вечер!

Пэт понимающе улыбнулась. Для нас это была новая ситуация, абсолютно новая. Раньше, когда Три Белые Мышки отправлялись отдыхать, с мужчинами заводила знакомство Джеки, а не я. Я — никогда. И вдруг равновесие в нашей дружной компании нарушилось. Внезапно активная роль перешла ко мне.

— Уверена, — ответила Пэт.

— Передай Джеки, что я желаю ей сладких сновидений, — попросила я.

Пэт оставила нас с Сэмом наедине.

— Итак? Готовы? — спросил он.

— Готова!

Он приобнял меня за талию, причем его ладонь легла как раз на молнию моего платья, и мы двинулись к выходу из казино. Ощущение от прикосновения его руки было столь острым, что я буквально задрожала. Оставалось надеяться, что он не заметит, насколько я отвыкла от мужских объятий.

На прогулочной палубе гулял легкий свежий ветерок; воздух был таким же теплым, как вчера, но небо немного затянуло. Над головой проплывали облака, временами закрывая луну и звезды, из-за чего вся атмосфера казалась переменчивой, таинственной, даже драматичной.

— Давайте пройдем туда, — махнул рукой Сэм в сторону кормы, где я стояла двадцать четыре часа назад и смотрела на кипящий кильватерный след.

Я согласилась. Мы неторопливо двинулись в указанном направлении. Сэм нашел уединенное, в стороне прохода местечко у поручней, своеобразный альков там, где заканчивается рубка и начинается открытое пространство палубы. Там было темно, тесно и немножко страшно. Если бы я была одна, то непременно начала бы оглядываться через плечо. Но я была не одна. Я была с мужчиной, который мне нравился. О чем беспокоиться?

— Сигарету? — предложил Сэм. Ветер сбил ему на глаза прядь волос. Длинными, изящными пальцами он откинул ее.

— Нет, спасибо. Я не курю.

— Хорошо. Я тоже.

— А почему вы предложили?

— Не знаю. Я в смокинге, вы — в прелестном вечернем платье, мы с вами стоим вечером на палубе и смотрим на море. Что должен сказать даме в такой ситуации воспитанный джентльмен? Либо это, либо — «Ты счастлива, дорогая?»

— Вы насмотрелись

фильмов с Бетти Дэвис! — рассмеялась я.

— Виноват! Но когда не знаешь, как начать разговор, нет ничего лучше, чем вспоминать старые фильмы.

— Только не говорите, что вы не можете найти слов!

— Нет. Я не могу найти нужных слов. Вы очень требовательны, Струнка. Мужчине рядом с вами надо очень тщательно подбирать слова.

Струнка! Значит, он придумал мне такое прозвище! Конечно, это не «красавица» или «любимая», но звучит чертовски приятно, даже приятнее, чем «зайчик мой». Пожалуй, мне нравится. А особенно нравится, как он это произнес. Выразительно, чуть шутливо, очень интимно.

— Должен признаться, рядом с вами я немного теряюсь, — закончил он.

— О Господи! — простонала я. — Еще один с комплексом неполноценности!

— А к себе вы так же суровы, как к окружающим? — усмехнулся он.

— Попали в точку. Исключая моего бывшего мужа. К нему я еще больше сурова, чем к кому бы то ни было!

— О да! Вы говорили, что очень его не любите. Благодаря Лии, которая, кажется, работает в одной из его похоронных бюро.

— Ту зовут Лола. Лия — это мой ассистент в «Пирсон-энд-Стралли». Точнее — бывший ассистент.

— Что случилось?

— Сегодня мой начальник ее повысил. И не удосужился мне об этом сообщить!

— И вас это взбесило?

Я кивнула.

— Но по сравнению с Лолой — это пустяки. Эрик любил говорить, что, когда дело касается покойников, она — настоящая артистка. Оказалось, и в общении с живыми у нее неплохие способности.

— Извините! — Сэм выдавил из себя некое подобие смешка.

— Мне тогда было не до смеха!

— Но вам сейчас весело. Не могу удержаться от улыбки, глядя на вас, когда вы все это рассказываете.

Я просияла. Мне нравилась его улыбка. Особенно когда я становилась причиной ее появления.

— Сегодня за ужином ваша подруга Пэт рассказывала мне о своем браке, — продолжил Сэм. — О медицинской карьере ее бывшего мужа, о том, что ей пришлось целиком посвятить себя воспитанию детей. Она по-прежнему его любит, это видно невооруженным глазом. Она полностью зациклена на детях, доме, на своей жизни в пригороде. И, похоже, вполне довольна своей жизнью, хотя Билла и нет рядом.

Меня удивило, что он запомнил имя ее бывшего мужа — кому в голову придет обращать внимание на мелкие детали застольной болтовни? — а потом сообразила, что в этом нет ничего удивительного: Пэт наверняка успела семьдесят два раза ввернуть имя Билла в пятнадцатиминутный разговор.

— Она хочет вернуть Билла, это ясно как Божий день, — заметила я. — Ей кажется, что если он вновь окажется в лоне семьи, все может начаться заново и по-другому. Они стали старше и мудрее.