Карандашом на стекле
Шрифт:
В ответ девушка тихонько взрыла и плечи еще сильнее затряслись. Андрей выругался. На фиг на доску становиться тогда вообще? В их спорте травмы сплошь и рядом. Первый раз что ли рухнула?
— Перестань, мелкая, заживет, — легко погладил ее по голове.
— Скейт, — взвыла девушка.
Андрей не понял.
— Что скейт?
— Я скейт сломала, — всхлипнула девушка, растирая слезы по лицу. — Из-за тебя…
И ее пальчик осуждающе ткнулся в грудь мужчины. Андрей опешил. Так она ревет из-за скейта что ли, а не от боли?
— Да это ж ерунда. Чего ты? Главное кости целы. Новый подарю, обещаю, — чего уж там у него сегодня акция — встреться с чемпионом и получи скейт в подарок. — Только не реви. Пойдем наши царапины промоем и я тебя кофе напою.
Девушка всхлипнула пару раз и, надув губы, ответила:
— Не люблю кофе.
Боже! Сколько ей лет-то? Малая совсем. Лет шестнадцать не больше. Хорошо хоть только ссадинами отделалась и поломанным скейтом. Против воли вырвалось.
— Ну, а молочный коктейль хочешь, мелкая?
Девушка фыркнула и в который раз показала ему средний палец. Ее агрессия не злила, наоборот забавляла. Младших сестер у него не было и вот кажется появилось чудо, о котором придется позаботиться, а то убьется скейтер-самоучка. В клуб ее надо, пусть там под присмотром катается.
— Зовут как? — усмехнулся Андрей.
— Вика, — ответила девчонка и со стоном поднялась, облокачиваясь на его руку.
— Я — Андрей. Пойдем, Виктория, поработаю медсестрой и одарю тебя скейтом.
Девчонка оказалась стойкая. Андрей привел ее в магазин, усадил на стул в подсобном помещении и завозился в столе, доставая аптечку. По дороге Вика морщилась от боли, но не жаловалась и не стонала.
Достал перекись, вату. Сначала обработал руки подруге по несчастью. Девушка немного дергалась от пощипывания и забавно закусывала губу. На руках конечно много ссадин, но ничего особо страшного не наблюдалось. Кровь остановилась, грязь Андрей убрал — заживет.
Обратил внимание на ее колени, выглядывающие из дырок в джинсах. Присел рядом и приподнял разобранную ткань. Содрала не хило так, кровь еще текла.
— Малая, надо снять штаны. Так неудобно обрабатывать, — спокойно сказал он, подняв голову, глядя в большущие красноватые от недавних слез глаза.
— Еще чего, — буркнула она и чуть зарозовела.
— Да что я там не видел, — буркнул Андрей.
Но Виктория только головой мотала. В итоге сошлись на том, что она сама обработает раны на коленках. Андрей оставил новую знакомую в комнате, а сам вышел в соседнюю, где был небольшой умывальник и зеркало и снял рубашку. Глянул на бок и поморщился. Протирал ссадины перекисью и тихо ругался. Бок ощутимо болел. Но при вздохе вроде никаких уколов боли внутри не ощущалось, значит, ребра целы. Зато поверхность кожи огнем горела.
Увлеченный процессом и ругательствами Андрей не заметил, как в комнату вошла Виктория. Увидела его бок и тихо ахнула. Виновато пробормотала:
— Прости, что я ругалась. Тебе
— Бывало хуже, — буркнул Андрей, вспоминая свой полет через машину и пытаясь вывернуть руку, чтобы протереть ссадины ближе к спине.
— Давай я, — смело подошла к нему Вика и забрала медикаменты.
Ее касания практически не ощущались, только когда перекись начинала щипать, вымывая и уничтожая грязь и бактерии, Андрей тихо шипел себе под нос ругательства. В зеркало наблюдал за тем, как она нахмурено и сосредоточенно обрабатывает его царапины.
Лицо все в земле и грязи от растертых слез. На щеке длинная царапина, волосы всклокоченные, щедро усыпанные листьями и травой, сосредоточенно покусывает нижнюю пухлую губу. Но даже в таком состоянии видно, что девчонка симпатичная. Хотя скорее всего еще школьница. Маленькая, почти на голову ниже его и совсем хрупкая. Тоненькая вся, но уже вполне сформировавшаяся. Против воли обратил внимание на обтянутую спортивной маечкой грудь, но тут же отвел взгляд. Не хватало еще малолеток разглядывать.
Виктория заметила, что он наблюдает за ней и нахмурилась, напряглась вся. Андрей ободряюще улыбнулся и подмигнул.
Через полчаса, когда они привели себя в относительный порядок. Виктория умылась и причесалась. Андрей переоделся и заварил кофе, совсем забыв, что девушка не жалует этот напиток. Но предложить ничего другого не мог. В кафе Вика в таком виде, в порванных окровавленных джинсах и грязной в зеленых пятнах рубашке, идти отказалась. Они спустились в мастерскую.
Девушка с удивлением осматривала его святая святых, но ничего не сказала, только задумчиво посмотрела. Андрея это немного удивило, ожидал миллиона вопросов как в случае с Миленой или восхищения, высказанного утром Мирой. Предложил Вике сесть в небольшое кресло, а сам уселся за стол.
Все же девушка приняла чашку кофе у него из рук с благодарностью. Отхлебнула и удивленно подняла красивые брови.
— Вкусно?! — улыбаясь спросил он.
— На удивление. Не думала, что эта гадость может быть вкусной.
Андрей хмыкнул.
— Ты просто малая еще. Ничего не может быть лучше хорошо сваренного кофе.
— Я не малая, — фыркнула Виктория.
— Для меня малая, — пожал плечами Андрей, прекрасно понимая, что в таком возрасте все они считали себя самыми взрослыми и умными.
— Лет-то тебе сколько, взрослый? — хмыкнула девушка.
— Уже четыре года как алкоголь продают, — улыбнулся парень, ожидая удивления, но Вика только улыбнулась и ничего не сказала.
— Ты вообще как на скейт стала? Самоучка?
— Почти, — кивнула Вика.
— Глупо. Скейбординг опасный спорт. Тебе обязательно нужно заниматься в клубе, а то убьешься. Там хоть элементарные правила безопасности тебе расскажут, чтоб больше не врезалась никуда и ни в кого.
Андрей пошарил рукой в ящике стола и достал визитку «Экстрима».