Каракалпак - Намэ
Шрифт:
— Схватить стрелка, выколоть ему глаза, а после предать смерти.
Моя мать учила:
«Не жалей, что сегодня пришлось разок всплакнуть, если знаешь, что завтра всех порадуешь».
«Что значит бессонная ночь для меня, если знаю, что дети мои будут спать спокойно».
«Жить с людьми мирно, по-соседски — это и есть счастье. А за счастье и жизнь отдать не жалко».
Дедушка советовал:
«Коли человек забудет, что человек он, то сразу превратится в червя, грызущего ствол древа жизни. Своего насыщения ради всю
«Придя на той, не лезь на почетное место, пока не пригласят, но и свое место не уступай кому попало».
«Мудрый сын стремится к тому, чтобы место на тое, доставшееся ему от отца, продвинуть к центру дастархана, а глупца и с почетного места отцовского подвинут к дверям».
По лучшим сыновьям народа весь свет судит о месте этого народа.
5
Приступая к работе над романом, я намеревался поведать о самом себе и через себя, через своих друзей и близких — о своем народе. Но вот до сих пор все опасаюсь, как бы не ошибиться, как бы, выставляя напоказ собственные свойства характера, порой и не лучшие, ненароком не оговорить свой народ. Я то стесняюсь, смущаюсь, мучаюсь сомнениями, то забираюсь в общие рассуждения, в теоретизирование, в философские выси.
«Ветка с плодами тянется не вверх, а вниз», — гласит народная мудрость.
Мой дедушка говорил:«Не было еще в этом мире человека, который не хотел бы оставить память по себе, оставить свой след».
А коше-бий добавлял:«Стеснительность — глупость умных».
Чего уж скромничать, я тоже хочу, чтобы эта книга оставила след в умах и душах людей, этой книгой хочу я утвердить свое имя и — смею надеяться — имя своего народа.
Вообще-то каждый человек оставляет след, хочет он того или не хочет. Вопрос только в том, как современники и потомки расценят его шаги.
Коше-бий рассказывал: Однажды люди маленького аула в низовьях реки Аму начали вдруг высказывать сомнения и недоумения по поводу того, что есть ли, мол, вокруг другие люди и аулы, существуют ли иные населенные пункты за степью или за рекой.
И вот из их среды выступил вперед местный житель по имени Есемурат и говорит:
— Предоставьте это дело мне, я установлю все это с доподлинностью.
Получив соответствующее согласие соплеменников, он тут же садится в лодку, переправляется на противоположный берег и с большой радостью наблюдает на противоположном берегу наличие другого аула, который очень похож на его собственный.
С целью побеседовать с одним из жителей новооткрытого населенного пункта Есемурат направляется в первый же близлежащий дом. Его встречает хозяин, некий человек по имени Генджемурат. Он со вниманием выслушивает сообщение пришельца, а после созывает соседей.
— Дорогие аульчане, — говорит Генджемурат, — я поймал шпиона с того берега.
С этими словами он выхватывает нож и совершает злодейское убийство бедного Есемурата.
— Хвала тебе! Ты — наш спаситель! — закричали его земляки и порешили коллективно установить своему избавителю памятник из местной глины.
А
Из исторических источников. В 1521 году экспедиция Магеллана подошла к Филиппинскому архипелагу. Когда мореплаватели высадились на острове Мактан, аборигены-островитяне под предводительством вождя Лапулану напали на пришельцев и убили Магеллана. На острове Мактан вождь Лапулану до сих пор считается национальным героем, первым борцом за независимость.
На своей родине Магеллан тоже считается национальным героем — первооткрывателем Филиппинского архипелага.
Нет неведомых земель, нет неведомых народов — есть люди, не ведающие друг о друге. Узнавание людьми людей и есть истинные открытия, узнавание человека человеком — открытие не меньшей значимости, не зря же мудрецы аксакалы не уставали повторять, что «любой человек — по-своему народ».
Мой дедушка говорил:«Что проку весь день терзаться: «Кто я такой?», «Кто я есть?» Лучше один раз вечером спроси себя: «Кем я был сегодня?»
«Не каждый день удается сделать добро, не каждый день можно не делать обиды, насилия, притеснения».
«Народ ведь из людей состоит, каждый — кровинка народная. Навредил человеку — уколол целый народ — одну каплю его крови зазря пролил».
Каждый человек озирается на свой путь и видит, что следы его то прямы и тверды, то вихляют и путаются. Перечитывая книгу жизни, видишь, что есть в ней слова, написанные отчетливо и прямо, а есть и корявые, неразборчивые, есть ясные буквы, а есть и неряшливые.
Каждый период в жизни — как ступенька лестницы. На какой ступени стоял крепко, на какой — качался, а с какой — чуть не свалился. Об этом в первую очередь каждый должен сказать сам себе, и лукавить тут нельзя, иначе на следующем шагу непременно споткнешься.
Людям свойственна забывчивость. Наевшись досыта, человек забывает о голоде и, напротив, проголодавшись, утверждает, что век не ел. Легко понять беззаботную недальновидность юнца, считающего, что молодость его вечна, но есть ведь и старики — их-то уже никак не поймешь, — считающие, что старость их тоже длится вечно.
Из рассказов аксакалов. В давние времена в нашем ханстве жил известный борец, который славился силою непомерной. Хан к нему всячески благоволил, но непрестанно предупреждал своего богатыря, говоря такие слова:
— Сильный должен быть одиноким. Если ты женишься, то жена и семейные тяготы отберут половину силы твоей.
Хан хотел, чтобы борец продолжал побеждать в схватках и тем самым возвеличивал и повсеместно утверждал славу ханства.
Палван же тот был непоколебим в поединках, но перед лестью не стоек. И, поддавшись наущению ханскому, дал клятву, что никогда ни с одной женщиной не свяжет себя узами брака. Если же кто из друзей и родни порой, желая ему добра, и уговаривал его нарушить клятву, хану данную, то того человека силач гнал от себя прочь.