Каракал
Шрифт:
–Забыли о Женере, – ядовитой змеей прошипела Аль. – Следующий раз, я надеюсь, мы встретимся на его тризне, – но подумав немного, отрицательно покачала головой. – Никогда не встретимся, а о смерти узнаем из «Великоградского болтуна». Для меня этот разумный уже мертв, осталось услышать или прочитать некролог. И только ради этого стоит жить сестра, – веско закончила она, словно припечатала.
–Да я разве спорю, – кивнула Хэль и слезла с кровати, чтобы подойти к парню, который так и оставался безучастным ко всему, что вокруг него происходило.
Зайдя
–Нет, Аль, я просто уверена, что наш муж родился нормальным, – без толики сомнений произнесла она. – Все слабоумные, что я видела за свою жизнь, были с рыхлыми телами. А если и отличались отменным телосложением, что бывало крайне редко, то только его размерами. Помнишь тех грузчиков, что мы видели в Вольнограде, когда с отцом на юг ездили?
–Помню, конечно, – кивнула эльфийка. – Один меня чуть с причала не сшиб здоровенным тюком. Ка-а-ак повернется…
–Точно, – хитро улыбнулась Хэльда. – А помнишь, что дальше произошло?
Альтива нахмурилась, но все же кивнула.
–Ты меня дернула за юбку, чтобы удержать, и в следующий миг я осталась на причале, но стояла среди толпы в одних рейтузах.
Небольшая пауза, и сестры закатились чистым, как журчание лесного ручейка, смехом. Жизнь продолжалась, несмотря на все, что с ними случилось. И как они проживут ее, зависит от них самих. Уж ходить с постной миной на лице точно не стоит. За ними хоть и малочисленный, но клан. Что они скажут? Как им-то жить, если они увидят, что даже представители правящей семьи руки опустили? Нет, так быть не должно.
«Черт, какие же они хорошенькие. Особенно когда смеются. Еще чуть-чуть и придется сдаваться. Штирлиц как никогда был близок к провалу. Бред несу? Да. Так легче спасать свой разум от этих чаровниц», – изгалялся над собой Матвей.
–Так вот, – отсмеявшись, продолжила Хэльда, положив на плечи парня свои ладошки. – У нашего мужа тело именно тренированное. Посмотри на его широкую грудь и потрогай эти плечи, – попыталась продавить она дельтовидные мышцы. – Они словно гранит. Голову даю на отсечение, лук он точно держал в руках. Что-то я сомневаюсь, что идиотам дают в руки лук. Только вот мозолей на ладонях от меча не вижу.
«Какой быстрый и, самое главное, правильный анализ. Браво, Хэль, но ты немного ошиблась. Лук – это второстепенное, а главное – это спирометрия семь с лишним единиц и долгие погружения и заплывы на время и дальность».
–Хорошо, – согласилась с ней эльфийка. – Даже если это и так. Что это меняет?
–А то, что с нашим мужем возможно только временное помешательство, допустим в результате травмы или еще чего, и когда-нибудь он снова станет нормальным.
–Он человек, Хэль, – грустно улыбнулась Альтива. – И даже если предположить, что он действительно станет нормальным, мы не сможем от него родить нормальных детей. Мы вообще никаких детей от него родить не сможем, разве только мертвых, и род Хаэрсов все равно прервется.
–Вот
–Да поняла, поняла, – крутанув сальто, эльфийка соскочила с постели. – Вот демоны! – причмокнула она, подойдя к мужу и сестре вплотную. – Он действительно красавчик. Да и волосы у него, оказывается, есть, только очень короткие. И, по-моему, седые.
–Отрастут – увидим, – отмахнулась Хэльда, встав рядом с Аль перед парнем.
Матвей все так же таращился на девушек, а вот удерживать маску умственно отсталого становилось все труднее и труднее.
«Да, жены мои красавицы, – теперь уже он причмокнул, как до этого Альтива. Правда про себя. – Даже та, с рожками. Они ей даже идут. Кстати, дружище, ты следи за моей мимикой, если можешь, конечно. Хотя девки – кровь с молоком, можно и по-настоящему слюни распустить. И дураком притворяться не надо. Как говорится, при виде красивых женщин все мужики немного становятся дураками. Но все же».
– Слушай, – отвлек его от собственных мыслей голос беркаты, которая обращалась к сестре. – Давай лучше попробуем узнать его имя. Может, он действительно просто потерял в свое время память, а с такими, я слышала, нужно очень много говорить. Малыш, – присела она на корточки и заглянула в серые глаза. – Скажи, как тебя зовут? Я Хэльда, – ткнула себя в грудь третьего размера берката.
«Что же делать, что же делать? – заметались мысли Матвея, словно мышь, которую застал в темном чулане внезапно включенный свет. – Спалюсь ведь. А если так?»
Малыш глупо улыбнулся, втянул в себя тягучую слюну, засунул в правую ноздрю указательный палец, а потом еще и громко испортил воздух.
«Все, пути отрезаны, мосты разрушены, рельсы взорваны, – как-то невесело подумал парень. – После этого я, даже если захочу, не останусь. Всю жизнь буду со стыда сгорать».
–Н-да, – встала, поморщившись Хэльда. – Первая попытка оказалась неудачной.
–Слышишь, сестренка, может, мне, конечно, это показалось, но у меня создалось впечатление, что он сделал это специально, – вдруг сказала Альтива.
Она стояла со скрещенными на груди руками, склонив набок голову, и внимательно следила за парнем.
«Красавицы, да еще и умницы, – Матвей еще глубже засунул в нос палец. – Эх, если бы не обстоятельства. О таких женах можно только мечтать».
–Да брось, Аль, – отмахнулась сестра. – Зачем ему это?
–Вот я и думаю, – склонив голову в другую сторону, еще пристальнее посмотрела она в серо-стальные глаза парня. – Зачем?
«Палево не заканчивается, а еще дальше засунув палец, наверняка пощекочу пятки Соратнику. Если они у него есть, конечно», – в очередной раз подумал тот.