Карабинер
Шрифт:
– Мы тут подумали и решили докинуть Вас до Кальяри, помочь добраться до города. – Сказал Джош. – Тем более, нам нужно закупиться продуктами.
– Спасибо. – Зейд пожимает ему руку.
Я всегда мечтала отправить в путешествие, но у меня не было денег и компании, с кем можно было провести время в другой стране. Несмотря на то, что я выросла в детском доме, у меня было мало друзей. Я всегда была забитым ребёнком, немногословным и компанейским.
Сидя в микроавтобусе и слушая песни, которые подпевал Зейд вместе с остальными, я пыталась убедиться, что
А во-вторых, я не могла поверить, что еду по Италии в автобусе с туристами, распевающими песни. Это была мечта из детства, странно, что она случилась со мной при таких обстоятельствах.
Это путешествие по Сардинии – незабываемо.
Наконец-то показалась заветная табличка, приветствующая нас в Кальяри. Я выдохнула и расслаблено откинулась на сиденье. Всё было позади. Зейд сказал, что у него тут свои люди, и Арландо нас не достанет.
– Странно, нас останавливают карабинеры. Они вообще имеют право досматривать машины? – Вопрос Джоша, что сидел за рулём, напряг меня, заставил заелозить на месте и посмотреть вопросительно на Зейда. Тот смотрел вперёд, нахмурившись и сняв с себя маску беззаботного американца.
Микроавтобус остановился.
– Добрый день. Покажите, пожалуйста, документы и откройте двери в салон автобуса. – поприветствовал карабинер в форме. Джош послушно передал ему все документы и нажал кнопку, чтобы открыть дверь в салон. Внутрь тут же заскочил мужчина.
– Ну, привет. – Его голос я узнала тут же. Арлик. Мужчина был тоже в форме карабинера, он криво улыбался и смотрел прямо на Зейда. – Загляденье какое, настоящий турист, можно сфотографирую тебя на память? Кому расскажешь, не поверят же.
Он говорил на итальянском, никто кроме нас его не понимал, но все в автобусе чувствовали не ладное.
– Прошу всех выйти из салона. – пропел он, доставая пистолет и угрожающе направляя его на нас. У меня внутри всё сжалось, мы не успели, у самой последний точки попались. Хотелось реветь от обиды и отчаяния.
За минуту все выгрузились из автобуса и встали в одну линию. Арлику не были интересны туристы, они были не нужными свидетелями, которых он уберёт просто так.
– Друг, ты, конечно, профессионал, так бегать нужно уметь. Арландо сказал, что ты эксперт по побегам в Сардинии, сколько раз уже так выбирался? А? – Арлик наслаждался моментом, а вот Зейд хранил молчание. Я смотрела на него и ждала, хотела услышать новый план, понять, что у него всё под контролем. Зейд не мог сдаться так просто.
– Чего молчишь, дружище? Выглядишь как кусок дохлого говна. – Арлик заносит удар, хочет пистолетом ударить Карабинера по лицу, но Зейд перехватывает его руку, сжимает запястье, а потом бьёт лбом по носу. Раны, которые уже стали затягиваться на его лице, снова начали кровоточить, а нос Карабинера неестественно выворачивается в сторону. Уверена, что не в первый раз в его жизни. –
– Что происходит? Мы ничего не нарушали… Мы граждане…
– Заткнись! – начавшего возмущаться Джоша, второй наёмник ударяет под дых. Нас просто окружили люди Арлика. – Этих в расход?
– Всех их в расход. – распоряжается Арлик. – А бабу Сирийца забирайте, выебете её перед смертью. Хочу, чтобы ты Зейд знал, что твоя женушка стала обычной потасканной шлюхой, как и твоя мамочка. Я бы с удовольствием её обрюхатил и заставил родить мне, чтобы ты даже на том свете не нашёл покоя!
Арлик схватил меня за руку и потянул на себя, я же ухватилась отчаянно за Карабинера, желая лучше умереть с ним, чем стать орудием мести и игрушкой в руках мстителей.
– Тронешь её и не жилец! – цедит Зейд, обжигая ледяным пламенем в голосе.
– Да? Ну вот же, трогаю! – Арлик не договаривает, потому в его голове образуется дыра. Все начинают кричать и падают на пол. Я смотрю на Арлика и ничего не понимаю. До меня не сразу доходят, что его убили.
Зейд же хладнокровно усмехается, наклоняется к упавшему телу Арлика и достаёт сигареты из его кармана, беззаботно закуривает и выпрямляется. Мне бы его нервы.
Нам навстречу движется кортеж из машин, на крышах которых сидят снайперы, снимающие одним за одним разбегающихся наёмников.
– Вот и добрались, Малыш. – говорит уже на итальянском Зейд и обнимает меня. Я не чувствую радости, нет ощущения, что беды закончились. Смотрю на чёрные машины и понимаю, что моя жизнь теперь будет выглядеть так. Сплошные выстрелы, покушения и насилие. – Теперь всё позади.
Сомневаюсь. Боюсь, что всё только начинается.
Машины паркуются вокруг нас, из них выбегает просто десяток мужчин с оружием, они окружают, закрывают нас собой живым щитом. Последним выходит лысый мужчина с бородой в белой рубашке и чёрных брюках. Он неспеша идёт к нам.
– Выглядишь дерьмово, Сириец. Можешь сказать спасибо за то, что я захватил с собой врача. – Он говорил с Зейдом на равных, сначала я подумала, что он друг Карабинера, но по холоду в глазах мужчины, поняла, что ошибаюсь. – Что с этими делать?
– Дай денег и отпусти. – Распорядился Карабинер и повернулся к Джошу: спасибо за помощь, Вы очень выручили, а я не забываю доброту. Эти люди компенсируют Вам убытки и позаботятся, чтобы больше ничто не помешало вашему отдыху в Италии.
Зейд.
– Вам нужно поставить пластину, хрящ столько раз ломался, что нос может просто провалиться. – Предупреждает меня врач, накладывая последний шов. – И я не шучу, Зейд. Не шучу!
Выдыхаю дым, ничего не отвечая ему, я это уже раз пять слышал, но пока нос не отвалился. И в этот раз не отвалится. И в следующий.
Двери в палату открываются и в неё заходит пожилой мужчина, показывая жестом, чтобы врач оставил нас наедине. Для своих шестидесяти он выглядел очень хорошо. Возможно, дело было в молодой жене, недавно ей исполнилось двадцать. Молодое тело напитывало старика жизнью.