Каприз судьбы

Хайатт Бренда

– Сэр Джордж показался мне вполне честным малым, хотя и не может твердо стоять на ногах, – заметил сэр Чарлз, когда друзья отъехали от поместья Ситонов.

– Тебя стоило бы отхлестать за подобные слова, Сторми, – покачал головой Тор. – Но я не могу не согласиться с тобой. Похоже, Ситон действительно честный человек. А вот его тренер…

Энтони кивнул.

– Мне тоже так показалось. Молодой мистер Эмери слишком уж рьяно защищался. Итак, что вы трое обнаружили, в конюшнях?

– Не много, – признался Раш. –

Как только этот парень заметил нас, он тут же потребовал, чтобы мы прошли с ним в дом. Он как раз занимался с громадным гнедым, когда мы подъехали к загону. Отличный конь. Держу пари, за него дадут хорошие деньги, когда он будет надлежащим образом подготовлен.

– У Ситона и впрямь есть отличные лошади, насколько я успел заметить, – согласился Тор. – Его конюшни раньше были широко известны, так что у него наверняка остались породистые производители.

Энтони вспомнил, что еще давно, до того как он ушел в армию, его дед Олден говорил что-то о Ситоне и его лошадях. – Интересно, почему в последнее время о нем почти ничего не слышно?

Тор пожал плечами.

– Думаю, старый тренер умер несколько лет назад. А новому, как мне кажется, до него далеко. Чтобы подготовить хорошего гунтера, одной породы мало.

– Что ж, кажется, тайна раскрыта, – произнес Раш. – Сомневаюсь, что после нашего визита у Эмери возникнет желание обмануть еще какого-нибудь юнца. Если они действительно обманули Балларда. Как насчет того, чтобы поужинать сегодня в «Лебеде»?

– Интересно, что такого ты сказала этому господину? Почему он и его высокопоставленные друзья заявились сюда с обвинениями? – спросил Мерсер Эмери, когда они вышли из дома.

Тесса удивленно посмотрела на дядю:

– Я ничего ему не говорила. С чего вы взяли?

– Гарольд сказал, что ты встретила его и Зефира.

Вообще-то Тесса сообщила кузену вовсе не это, но поскольку сказанное было правдой, она не стала отрицать.

– Я просто помогла ему, когда Зефир понес, но не стала называть свое имя, потому что была в брюках. Слава Богу, он ничего не сказал папе.

Гарольд фыркнул.

– И все же ты что-то ему сказала, иначе с какой стати он появился бы здесь на следующий же день?

– Очевидно, он спросил у мистера Балларда, где тот купил лошадь, – спокойно ответила девушка. – Я же говорила, что не стоит продавать плохо подготовленных лошадей.

– Ты ничего в этом не смыслишь. Джентльмены покупают лошадей за бешеные деньги после каждой охоты, и никого из них не волнует, как потом поведет себя купленная лошадь. Правда, отец?

Дядя Мерсер кивнул.

– Твой отец сказал бы то же самое.

Тесса нахмурилась:

– Это же глупо. Почти все эти джентльмены прекрасно образованы, разве нет? А охота – развлечение для бедноты.

Раздался лающий смех дяди Мерсера.

– Богатый джентльмен может быть таким же глупцом, как и бедняк, если хорошенько выпьет. У этих молодых повес полно денег, так что не переживай за них. Твой лорд Энтони, не задумываясь,

купил Зефира у мистера Балларда лишь для того, чтобы оказать тому услугу.

Тесса подумала, что это было весьма благородно со стороны лорда Энтони или, по крайней мере, любезно, но не стала высказывать этой мысли вслух. Ее дяде и кузену все, что выходило за рамки их собственных интересов, казалось глупым. Она не раз спорила с ними на эту тему, но безуспешно.

– Что касается этих джентльменов, – продолжал дядя, – думаю, они, сами того не ведая, помогут нам убедить твоего отца отпустить тебя на охоту верхом на Нимбе. По-моему, он не прочь, чтобы они обратили на тебя внимание. И открытие сезона охоты для этого как нельзя кстати.

– Но я думал… – начал было Гарольд, однако отец не дал ему договорить.

Сердце Тессы подпрыгнуло от радости, однако она произнесла:

– Но, дядя, благопристойные леди не ездят на охоту. Сейчас это не принято.

– Да, но сэр Джордж живет прошлым, а тогда это было обычным делом. Именно так он познакомился с твоей матерью.

Тесса кивнула, потому что много раз слышала эту историю от отца.

– Вряд ли он разрешит мне поехать, хотя это было бы чудесно. Мы смогли бы таким образом возродить традицию брать на охоту женщин.

Они подошли к конюшне, и Гарольд велел одному из конюхов вывести Нимба. Тессе показалось, что конюх нервничает, и, как выяснилось, не без причины. Когда коня вывели на улицу, оказалось, что он пребывает в гораздо худшем расположении духа, чем обычно.

– После приезда этих незнакомцев он словно взбесило, сэр, – произнес конюх, выводя Нимба в загон.

Но слова были излишни. Конь рвал уздечку из рук конюхов, прижимал уши и выпячивал губы, обнажая огромные белые зубы. Затем резко мотнул головой. К счастью, стоявший справа конюх вовремя увернулся. Конь гневно заржал и попытался шарахнуться назад, но удила и мартингал [2] не дали ему сделать этого.

Тесса вышла вперед.

– Дай-ка мне уздечку, – приказала она конюху.

2

мартингал – часть упряжи

– Вы уверены, мисс? Боюсь, сегодня даже вам не под силу с ним справиться. Никогда не видел его таким.

– Я буду осторожна, – ответила девушка, взявшись за уздечку. Конюх отошел подальше. Тесса с удовлетворением заметила, что Гарольд и дядя Мерсер тоже держатся на расстоянии. Но это даже хорошо. Лошади нервничают в их присутствии. Странно, что в их жилах течет кровь матери Тессы.

– Ну что, Нимб? Что тебя так расстроило? – напевно приговаривала Тесса.

Как и Зефир накануне вечером, Нимб заметно присмирел. Его бока все еще вздымались, и он по-прежнему выкатывал глаза, но не скалил зубы и не лягался. Тесса положила руку на мощную шею коня. Он задрожал, сделал глубокий вдох. А вскоре стал ровно дышать и не закатывал глаз.