Каппа
Шрифт:
Счет погибшим шел на миллионы. Но цивилизация полностью не рухнула, каким-то чудом зацепившись буквально на краю. Редкие холмы превратили в города-острова. В скалах заселили опустевшие выработки. По краю бывшей границы появились самостоятельные полисы-государства, подобно Лортано. Неожиданно огромную помощь оказали те самые тритоны, поделившись многими своими секретами в обмен на пустовавшее до этого теплое море. В развалины городов хвостатые обитатели не лезли, там больше копались разнообразные команды ныряльщиков. Но вот разводить водоросли и пасти рыбу на хорошо прогреваемых просторах у хвостатых получалось отменно. Наладилась торговля, появились новые кланы, на картах прочертили новые границы. Все же сто с лишним лет
– А заработать чем можно? Кроме рыбалки, само собой, – спросил Виталий, заканчивая чистить выловленную на завтрак рыбу.
– Да чем хочешь. Если в железках понимаешь, можно в помощники механика податься, руки у тебя вроде правильно растут. Можно матросом остаться, но тут надо команду хорошо выбирать, разные попадаются. Или ныряльщиком оставайся. В ныряльщики мало кто идет. На дно опускаться силу духа надо иметь. И понимать, что каждый спуск может быть последним. Зубатки, ядовитый мох, змеи плотоядные... Я вот на корабле за борт даже нос не высовываю, не мое это. А ты – смелый парень. Запросто на жизнь сможешь заработать. Или сожрут...
На этой оптимистичной ноте Виталий отправился спать. Действительно, почему бы не понырять в чужих водах? Без снаряжения, на одном энтузиазме. Раз – и ты уже великий покоритель глубин. До первого хищника, которые тут человека за венец природы не признают. Зато – почет и уважение, ага.
Еще за три дня Виталий окончательно переродился в Каппу. Куда-то исчез тот шутник, который мог поддержать любую беседу, прекрасно ладил с соседями и умудрялся поддерживать ровные отношения хоть с участковым, хоть с браконьерами, у кого брал периодические заказы. Все наносное и цивилизованное будто смыло, оставив лишь стержень, который закалили во время военной службы. Остался человек, нацеленный на выживание и возвращение домой. Человек во враждебном окружении. Чужой среди чужих. И этот чужой очень не хотел сдохнуть по собственной или чужой глупости, жадности или ненависти. Например, из-за удара ножом в спину от Сентадо, худого доходяги, который взъелся на вытащенного из воды водолаза и буквально шипел в его сторону. Но вот только устроить какую-нибудь внезапную гадость он смог бы для Виталия, а Каппу врасплох застать было куда как сложнее. Да и остальной экипаж явно дал понять, что к выловленному водяному они относятся куда как лучше, чем к разгильдяю, который большую часть рейса лишь жаловался на жизнь и отлынивал от работы.
Завтра в обед “Золотая черепаха” должна была уже добраться до Лортано. Погода чуть испортилась, набежали серые облака, начал накрапывать дождик. Но Ностро равнодушно лишь заметил, что чуть поболтает на волнах ночью, а к утру распогодится. Уже ближе к сумеркам Каппу вызвал капитан Анжо, к нему же в каюту зашел боцман, чтобы переводить с варденского на ломаную помесь русского.
– Я доволен, что морские демоны сохранили тебе жизнь. В городе водяные нужны, за это неплохо платят. Да и ушкуям родственника сохранить тоже богоугодное дело... Ставку младшего матроса получишь как за полный рейс, но на долю с проданной рыбы и камней не расчитывай.
– Я благодарен, что вы меня спасли, господин Анжо. Мне этого более чем достаточно.
Толстяк
– Когда в порт придем, я тебе записку напишу. Сходишь в ратушу, сможешь контракт получить. В Лортано сейчас плохо, топит город. Раньше тритоны помогали стены конопатить, а потом удрали куда-то. Скоро уже и доков со складами ниже уровня воды не останется. Так что для головастого парня без боязни воды прекрасные перспективы открываются.
Ностро быстро переводил, вставляя нужные слова, помогая себе руками, мимикой и при случае выстраивая вокруг сложного термина целую вязь предложений. Наверняка “ратуша” звучала как-то по другому, но Каппа для себя подобрал это понятие. Ну как еще назвать “дом, где сидят большие люди, которые правят городом”? Не горсоветом же называть, тут вряд ли социалистические реалии в ходу. Если раньше была империя и королевства, то добро пожаловать в начальный империализм с пароходами, подводными лодками и взрывающимися от любого огонька зародышами дирижаблей. Только еще полноценной всеобщей войны не хватает за передел колоний. Хотя, если большая часть населения пошла на корм рыбам, то не до войны сейчас.
– Тогда до завтра, деньги и письмо получишь после того, как разгрузимся.
Само собой. За рыбу капитан получит отдельно, остальной команде положенное отсчитает. А спасенный пусть еще напоследок поработает, потаскает тяжелые ящики с рассолом, куда сложили улов. Дармовая рабочая сила – это любой бизнесмен любит. Но Каппа не жалуется. Он всего лишь сделает зарубку на будущее. Может, когда-нибудь Анжо попросит скидку на водолазные работы и размер ее будет сильно зависеть от того, насколько хорошо они завтра расстанутся.
Выходя Каппа заметил стоящий в углу распахнутый сундучок. Но камней там не было. В голове всплыла фраза боцмана, что эти странные штуки нужны тритонам для выращивания каких-то хитрых кристаллов. Зеленые кристаллы потом использовали в разных установках для получения воздуха из воды в подводных городах и субмаринах. За камень размером с орех хвостатые запросто могли отсыпать полный кошель золота, а за булыжник побольше можно было сторговать неплохой пароходик вместе с оснасткой. Вот только добычу надо было держать в воде, чтобы камни не пошли трещинами. Наверное, капитан переложил содержимое сундучка в мешок и сунул в полное ведро в дальнем углу под столом. В любом случае, это уже чужая головная боль, пусть Анжо решает, как приз пристроить.
Выбравшись на палубу, Каппа попрощался с уставшим от перевода Ностро и отправился к себе. Плохая погода загнала почти всех работников под палубу, по душным каютам. Лишь мелькнул у носовой пристройки Сентадо, который относил рулевой вахте ужин в котелке. Издерганный матрос, будто паяц на ниточках, скоро выбрался назад и поспешил к себе. На чужака он не обратил никакого внимание, а вот водолаз заметил, с какой ненавистью бледный доходяга выпучился на дверь в капитанскую каюту.
Заглянув на камбуз, фальшивый ушкуйник спустился к себе, присел на кровати и задумался. Виталий бы завалился спать и не стал лезть в возможные неприятности. Но Каппа...
Все же как забавно устроен человек. Вроде бы неделю назад ты ездил на машине, пил кофе и хромал в парке в надежде познакомиться с какой-нибудь милой девушкой, чтобы неплохо провести время. А сейчас сидишь на тонком матрасе, набитом сухими водорослями, и вспоминаешь, куда именно выходят окна капитанской каюты. Потому что старые навыки вернулись, а спасшее давным-давно жизнь ощущение будущих неприятностей просто вопит о том, что сегодня спать придется лечь попозже. Потому что нужно подстраховаться перед возможными вывертами судьбы.