Капо

Стоун Пайпер

Когда я заметила, что Франсуа оставил камеру, я подползла ближе и поманила его пальцем. Он попятился, не моргая, и начал медленно раздеваться.

Я встала на колени, продолжая двигать бедрами назад-вперёд, обхватывая и сжимая свои груди, теребя пальцами соски. У меня было чувство, что он собирается поглотить меня без колебаний.

И мне нравилась эта мысль, потребность в нём только возрастала.

Когда Фраснуа оказался полностью раздет, я наслаждалась его красивым телом, несколько раз проведя языком по губам. Он наклонился, целеустремленно придвигаясь ко мне. Я не смогла удержаться и схватила кисть. Я подняла взгляд, тихо смеясь, когда разрисовала

часть его груди и рук.

Но через несколько секунд он перестал обращать на это внимание, вырвал кисть у меня из рук и отшвырнул её в сторону. Когда он схватил меня в объятия и прижал к своей груди, то покачал головой.

— Моя маленькая дразнилка. Я не могу перед тобой устоять.

— Так что ты собираешься делать? — проворковала я.

— Трахнуть тебя. Что же ещё?

ГЛАВА 24

Делани

Никогда ещё не было произнесено более властных слов, а желание ощутить его член внутри себя было таким сильным, как никогда прежде. Я была ошеломлена этой потребностью, всё ещё хватая ртом воздух за несколько секунд до того, как Франсуа накрыл мой рот своим. Был ли на свете ещё один человек, который целовался бы так страстно? Я сомневалась в этом. Он был великолепен во всём, что делал, но в том, что касалось обольщения и страсти, он был абсолютным мастером.

Чарующий момент продолжался, и гул наших объединённых сердец каким-то образом перекрывал музыку. Я чувствовала, как вздымается его грудь, когда он рычал, мужчина улавливал мои прерывистые стоны, пока его руки скользили по моей спине. Это было самым греховным из всего, что я когда-либо делала, и то, что я запомню на долгие годы.

Обхватив мою попку, он продолжал водить языком назад-вперёд, не торопясь исследовать самые тёмные и горячие уголки моего рта. Я продолжала позволять себе терять сознание, концентрируясь на насыщенных вкусах. Этот мужчина излучал такую животную силу, что продолжал возбуждать меня своим почти отчаянным голодом. Кто я такая, чтобы жаловаться? Он умел воплотить в жизнь все мои фантазии, даже несмотря на сумасшествие, в которое превратилась наша жизнь.

Франсуа вцепился пальцами в мои волосы, запрокидывая мою голову назад, чтобы прервать поцелуй. Каждый звук, который он издавал, каждый горячий вздох вызывали у меня серию всхлипов. Я закрыла глаза, наслаждаясь его доминированием. Я бы подчинялась ему во всем, что бы он ни попросил. Интересно, знал ли он об этом?

Когда он провёл языком по моей челюсти, спускаясь к пульсирующей жилке на шее, я поняла, что дрожу в его объятиях. Он впился зубами мне в горло, словно собирался разорвать его своими острыми зубами. Но я знала, что это не так. Он просто напоминал мне, что я принадлежу ему.

Всё ещё дрожа, когда он оторвал мои колени от холста, я втянула воздух и задержала дыхание. Его член легко нашёл мою влажную киску, и его грубый толчок заставил меня вскрикнуть. Я прижала колени к его бёдрам, обхватила его за плечи, чтобы удержаться изо всех сил. Но когда он начал трахать меня по-настоящему, в глубине души я поняла, что Франсуа меня не отпустит. В его объятиях я была в безопасности, возможно, это было единственное место на Земле, где я могла чувствовать себя так.

С каждым яростным толчком в такт музыке я всё глубже погружалась в нирвану, мышцы моей киски растягивались, чтобы

приспособиться к его широкому обхвату. У него была миссия, он погружался всё глубже. Сильнее. Он был не кем иным, как обезумевшим зверем, исполняющим своё желание, берущим то, что ему уже принадлежит.

Капли пота стекали по моим щекам, безумие того, что мы делали, усиливало возбуждение. Его жестокий трах продолжался, и я была почти на грани изнеможения, но ещё никогда в жизни не чувствовала себя такой живой. Я могла сказать, что была близка к оргазму, хватая ртом воздух, когда его член полностью меня заполнил.

— Вот так, малышка. Я хочу, чтобы ты кончила для меня, — прошептал Франсуа мне на ухо, прикусывая мочку до тех пор, пока меня не пронзила острая боль. Казалось, он всегда точно знал, что мне нужно, заставляя меня пробуждать дополнительные чувства. Он был прав в том, что, открыв свой разум, я ощущала всё ещё интенсивнее.

Ему не нужно было просить меня дважды, вся эта сцена довела меня до того, что я стала кем-то другим. Я открыла глаза, наслаждаясь сиянием света, танцующего в его глазах, когда порыв превратился во что-то более зажигательное. Моё тело больше не могло выносить наслаждения, оргазм захлестнул меня, не похожий ни на один другой.

— Ох, о, да. Да!

Я запрокинула голову, издавая пронзительный крик, не заботясь о том, что кто-то услышит мои звуки дикого экстаза. Эта кульминация продолжала пульсировать во мне тридцать секунд спустя, отказываясь отпускать, как и мужчина, который держал меня.

Он подталкивал меня всё ближе к моменту полного безумия, и я наслаждалась каждой минутой. Когда я, наконец, начала спускаться с предельной высоты, я медленно опустила голову ему на плечо.

Мой красивый любовник воспользовался этим моментом, чтобы подняться на ноги, и я ещё сильнее обхватила его ногами. Я прижалась к нему, к своему безумно прекрасному спасательному кругу, едва осознавая, что он уходит с восторженного шоу, звёздами которого мы стали.

Когда я, наконец, открыла глаза, то поняла, что он зашёл в огромную ванную, направляясь к одной из душевых кабин. Франсуа отстранился, изучая меня, уголки его губ приподнялись, когда он включил воду.

— Ты хоть представляешь, как сильно я хочу тебя, маленькая мисс Нарушительница спокойствия?

— Нарушительница спокойствия, хи? Мне это даже нравится. А ответ в том, чтобы… показать мне.

— О, я итак планирую это. На. Протяжение. Всей. Ночи.

***

Франсуа

Это было именно то, чего я хотел: мой художник и друг попросил одного из своих сотрудников предоставить всё, что я просил. Тот факт, что Серджио позволил мне занять его студию, был свидетельством наших рабочих отношений. То, что он запланировал для фотографий, которые я сделал, станет ещё одним сюрпризом.

Если мы ещё будем живы.

Мне не хотелось бы думать в таких терминах, но, похоже, кто-то хотел нашей смерти. Или, может быть, это было просто частью опасной игры, в которую они играли. В любом случае, я по-прежнему был на взводе. Но это не избавило меня от острых ощущений страсти и потребности попробовать на вкус и овладеть греховно красивой женщиной.

Как только вода нагрелась, я втолкнул её внутрь, зашёл следом за ней и задёрнул за нами занавеску. Тени внутри помещения усиливали мрачную эротическую страсть, которую мы только что испытали. Я обхватил ладонями лицо Делани с обеих сторон, проводя языком по всему её рту, прежде чем погрузить её под воду.