Капли дождя

Эндрюс Кэтрин

Вода капает с моих ресниц, вниз по моему лицу и на мои губы. Его глаза сканируют каждый сантиметр, каждую деталь. Он наблюдает за тем, как капли воды падают на мои губы.

Смесь эмоций отражается на его лице. Морщинки разглаживаются на его лбу, и на смену гневу приходит смятение. Медленно, его брови поднимаются, а глаза неотрывно следят за мной. Всё, что о чём он думает, отражается на его лице.

— Не волнуйся. Хотя, должен признать, что немного удивлён увидеть тебя здесь. — Уголки его губ складываются в ухмылку и его

глаза теперь сверкают.

— Почему?

— Потому, что в последнее время я наблюдаю за акулами. — Он говорит об этом так, как будто это ещё одна повседневная вещь и нет ничего, из-за чего стоило бы волноваться.

— Акулы! — Мои глаза расширяются, руки тянутся к его рукам, слегка царапая их ногтями. В углах его глаз собираются морщинки, и он начинает хихикать, прикусывая нижнюю губу.

— Прости, не смог устоять. — Теперь он улыбается мне. Эффект заставляет моё сердце так сильно стучать в груди, что она начинает болеть.

Откуда бы не взялся этот парень, он отличается от всех, кого я когда-либо видела. Внутри чувствую себя потрясённой и заворожённой. Его кожа гладкая и загорелая. Его плечи и нос обсыпаны веснушками. Я хочу провести по ним кончиками пальцев и поиграть, соединяя точки. Его челюсть квадратная и покрыта однодневной щетиной. Есть след вокруг левого глаза от очков, что делает его ещё более ошеломляющим, чем он уже есть. Мне нравится, что у него тоже карие глаза — только его выделяются вкраплениями золота.

— Так нет никаких акул?

Он качает головой.

— Думаешь, это было смешно?

Он кивает.

Между нами повисает минута молчания, и он следит за моей реакцией. Он снова начинает покусывать свою нижнюю губу, стараясь не улыбаться мне, но это не срабатывает. Его улыбка заразительна и медленно уголки моих губ начинают подрагивать.

— Ладно, забавный парень. Ты сделал меня.

Выражение его лица сменяется с веселья на задумчивость.

— Да, сделал. — У него глубокий голос, насыщенный и немного проскальзывает южный акцент. Мне нравится его звучание, и в животе начинают порхать бабочки. Хорошие, те, которые возникли от возбуждения, а также плохие, которые заставляют нервничать. Он заставляет меня нервничать, и моё сердцебиение посылает импульсы по всему телу.

— Знаешь, в среднем насчитывается около шестнадцати нападений акул в год в Соединенных Штатах, в результате чего случается только одна смерть каждые два года. — Зачем я это сказала? Тьфу...

— И что? — Эта ухмылка возвращается. Знаю, что должна перестать сейчас говорить, но мои нервы на пределе, и это подобно казни на электрическом стуле, и вся рациональность покидает меня.

— А то, что на самом деле, если тебе и стоит беспокоиться о чём-то, так это об ударах молнии. Более тридцати восьми человек в год умирают в прибрежных штатах.

Он хихикает.

— А зачем тебе это знать?

Это очень хороший вопрос. Зачем мне знать об этом?

— Не уверена...

должно быть, где-то прочитала. Почему ты так на меня смотришь?

Его выражение лица отражает нежность и почти узнавание.

— Нет причин, ты просто мне кое-кого напоминаешь. Ты не отсюда, да?

— Нет, но как я поняла, ты отсюда.

Веснушки на его щеках двигаются, когда он улыбается.

— Да, я отсюда... Так что ты здесь делаешь?

— Я бегала и вода выглядела так соблазнительно, поэтому решила поплавать.

— Хм, — его брови нахмурены, и взгляд в очередной раз опускается от моих глаз к губам. Мои делают то же самое. Его губы, хоть и сжаты в линию, идеальны. Они ровные, полные, и такого правильного оттенка розового. Я не могу не задаться вопросом, о чём он думает.

— Ты часто здесь плаваешь? — Пожалуйста, продолжай говорить со мной. Я не хочу, чтобы это мгновение заканчивалось.

— Каждый день, — отвечает он.

Я определённо добавлю пробежку каждое утро в моё расписание. Не могу придумать лучшего способа начать день, чем видеть этого парня.

— Вау... ты впечатлена, не так ли?

— Можно и так сказать. — На его лице мелькает тень, но сразу исчезает. Я на мгновение теряюсь в его глазах, и не могу придумать ничего, что можно было бы сказать.

Мы просто разглядываем друг друга какое-то время.

Его руки слегка сжимают мою талию, и он немного подтягивает меня к себе. Я ахаю, и он успокаивается. Его ресницы настолько длинные, густые и тёмные, что они создают иллюзию, словно он пользуется подводкой для глаз. Мои глаза расширяются, и чувствую, как мои щёки наливаются румянцем. Я не должна быть здесь с ним. Я не знаю его, но отчаянно хочу быть к нему ближе.

Ни один из нас не двигается.

Приближается небольшая волна, и пока я недоумеваю от происходящего, разряд проходит по мне, в то время как она подталкивает меня к нему. Мои пальцы скользят вверх по его мускулистым рукам и плечам. Его руки отпускают мою талию, и затем плотно оборачиваются вокруг меня. Он немного опускается в воду. Мне больше не приходится смотреть на него снизу вверх. Мы сейчас находимся лицом к лицу, лишь слегка отдалились.

Вода нагрелась между нами. Не могу вспомнить, была ли она уже такой тёплой или она такая сейчас от наших тел.

Волны продолжают покачивать нас, и каждый раз моё тело врезается в его. Это посылает искры через мои нервные окончания, заставляя мой разум кричать: «что ты делаешь», но моё тело в данный момент шепчет: «живи».

Одна его рука оставляет мою талию и перемещается вверх по моей спине, по шее, в мои волосы. Небольшой звук отвлекает меня и его брови взлетают. Он очень внимательно следит за моей реакцией.

Неосознанно, мои ноги поднимаются и оборачиваются вокруг него. Его рот дёргается, как будто он собирается улыбнуться, но он не делает этого.