Капитан

Отаку Феликс

– Сой?
– осторожно зглянул я внутрь указаной двери.

– Заходи, не стесняйся.
– Улыбнулась устало выглядящая девушка, лежа в кровати и держа в руках два небольших свертка.

– ...
– Чуть ли не на цыпочках зайдя внутрь, я тихонько закрыл за собой дверь и подошел ближе.
– Как ты?

– Со мной все в порядке, хватит уже так волноваться.
– Усмехнулась она.

– Это...

– Твои дети.
– Кивнула Сой, поворачивая свертки так, чтобы я мог увидеть мордашки наших малышей.

– ...
– Увидев их, вот так,

перед своими глазами, свою кровь и плоть... У меня не было слов, только эмоции: радость, счастье, умиление, желание защитить, и что-то незнакомое, но такое теплое и приятное...

– Хочешь подержать?

– Нет-нет-нет, что ты! Я... Я же... А вдруг я их... Сломаю?
– Брякнул я, даже не понимая, что говорю. Но сама мысль, что я могу причинить им вред своей неуклюжестью вызывала во мне такую панику, что я и два слова связать не мог.

– Ха-ха-ха, не говори ерунду.
– Засмеялась Сой.
– Я знаю, что ты не причинишь им вред. Вот, держи.

– Но...
– Мои протесты оказались проигнорированы и теперь у меня в руках находился такой легкий сверток с моим ребенком внутри.
– Это...

– Твоя дочь.
– Закончила за меня Сой.

– ...
– Мне нечего было сказать... Я... Да и зачем что-то говорить? Просто вот так держать ее... Все, через что мне пришлось пройт в этой жизни, все это стоило одного момента. Я даже не представлял, каково это, быть отцом...

– А сына хочешь подержать?
– Я только и смог, что молча кивнуть, вернув дочку матери, и взяв в руки своего сына.

– Они так похожи.

– Конечно похожи.
– Улыбнулась Сой.

– Так, на сегодня хватит.
– Раздался голос доктора от двери.
– Маме нужен отдых, папе судя по всему тоже, да и детям стоит поспать.

– Но ведь...
– Снова попытался я протестовать, но доктор был непреклонен...

– Завтра можете здесь хоть весь день провести, но сейчас уходите.
– Строго произнес он, вытягивая меня в коридор после того, как убедился, что я вернул сына матери.

– Хорошо, хорошо, я понял, не толкайтесь! Вы завтра когда открываетесь?

– А мы не закрываесмя.
– Усмехнулся доктор.
– Но визитеров мы принимаем с девяти утра. Но не думаю, что вам стоит приходить так рано. Если конечно же не хотите разбудить вымотаную невесту.

– Но тогда когда...

– Не раньше полудня.
– Отрезал доктор и открыл передо мной дверь.

– Я люблю тебя.
– Улыбнулся я Сой.
– До завтра.

Ночью госпиталь не засыпал, что не было ни для кого сюрпризом: заведение, спасающее жизни должно работать всегда, но в то же время нельзя сказать, что в три часа ночти госпиталь работал так же, как и в полдень: не было посетителей, не было пациентов, никто не приходил за лекарствми, госпитализированые люди спокойно спали, и только несколько дежурных врачей и медсестер прохаживались по коридорам, изредка заглядывая в палаты, проверяя все ли в порядке с пациантами. И тем необычнее было увидеть капитана пятого отряда со своим лейтенантом

в таком месте в такое время. И тем не менее нельзя было сказать, что они заблудились: Айзен с Гином шли куда-то целенаправлено, уверенно сворачивая где надо, и полностью игнорируя встречных работников госпитала, которые впрочем их тоже игнорировали.

Место их назначения находилось на третьем этаже: подойдя к нужной двери, Айзен осторожно, чтобы ненароком не скрипнула, ее приоткрыл, и зашел внутрь. Гин, со своей постоянной улыбкой на губах следовал за своим капитаном, разве что он точно так же осторожно дверь за собой закрыл. Смао помещение не было слишком большим, и если не считать несколько закрытых стеклянных шкафчиков, все, что здесь находилось, это четыре детские кроватки. Правда в данный момент только две из них могли похвастаться наличием детей.

– Ого! А я-то думал, что что-то путаю, но эта реацу действительно исходит от ребенка...
– Тихим голосом произнес Гин, подходя к одной из кроваток, и заглядывая внутрь.
– Нашим офицерам должно быть стыдно. И что вы теперь будете с ней делать, капитан?

– Ничего.
– Равнодушно произнес Айзен, бросив безразличный взгляд на ребенка.
– Она отлично выполнила свою роль.
– Закончил капитан, и прошел дальше, ко второму ребенку.

– Выполнила роль? Вы хотите сказать, что этот эксперимент был нужен не для этого?

– Здесь нет ничего интересного, Гин: любой недоучка с базовыми знаниями законов наследования мог бы предсказать получившийся результат. Унаследовав двойную порцию "наследства" от родителей уровня капитана, было бы странно, если бы девочка не излучала такое количество реацу. Но теперь она исчерпала свою необходимость и мне больше не интересна.

– Вы собираетесь от нее избавиться?

– Нет. Она может быть полезна в будущем.
– Отозвался капитан, продолжая рассматривать новорожденого мальчика.

– Но тогда зачем вы вообще все это затеяли?

– Ради него, Гин.
– Кивнул Айзен на ребенка.

– Хм?
– Гин подошел поближе и тоже осмотрел ребенка.
– Я не чувствую ничего. Вообще ничего: как будто передо мной человеческая душа без капли реацу.

– Именно.
– Кивнул Айзен, поворачиваясь к двери.
– Пойдем, я узнал все, что хотел.

– Как скажите.
– Кивнул лейтенант.
– Но все же что в этом ребенке особенного?

– Гин. Кто такие шинигами?
– Вдруг спросил капитан.

– Что вы имеете в виду, капитан?

– Чем шинигами отличаются от обычных душ?

– Мы умеем управлять реацу.
– Пожал плечами Гин.

– Это не более, чем внешнее проявление, помогающее нам найти новых рекрутов. На самом деле все глубже. Шинигами, это те души, которые имеют развитую и полностью функционирующую энергетическую матрицу. Именно она позволяет нам генерировать, сохранять и управлять реацу. Большинство душ имеют гипертрофированую, поврежденную, или же просто не функционирующую матрицу, и как результат они не могут управлять реацу.