Капитан Суматоха

Даниельссон Бенгт

— Завтра утром. И компания оплачивает вам билеты, — живо ответил Стивенс.

— Не вешай носа, — успокоил друга Бомбасто. — Я объясню твоему папе, что ты совсем не виноват, что тебя унесло в море. Кроме того, он будет сидеть в первом ряду почетной трибуны во время победного парада в Кито.

Ниссе

быстро воспрянул духом, зато теперь приуныл Суматоха, ибо сразу же как-то особенно громко и противно прозвучал новый звонок. Однако папа Эрнст (это был он), похоже, только радовался, что его сын жив-здоров и пропустил всего две недели первой четверти. Честное слово, с папой, кажется, можно договориться!.. И Суматоха осторожно спросил, нельзя ли ему еще немного побыть в Южных морях. (Сразу выложить, что он задумал остаться навсегда и приглашает всю семью последовать его примеру, было бы неразумно.) Увы, он просчитался. Папа Эрнст пришел в такую ярость, что до конца разговора Суматохе оставалось только отвечать «да, папа» и «нет, папа».

Естественно, Фишер совсем загрустил, услышав, что ни Суматоха, ни Ниссе не могут составить ему компанию.

— Ну теперь-то вы откажетесь от своих райских планов, поедете с нами в Эквадор? — с новой надеждой спросил Бомбасто. — Предлагаю вам пост министра коммуникаций, будете заниматься поездами, кораблями, радио и прочими увлекательными делами.

— По правде говоря, Южные моря меня совсем разочаровали, — признался Фишер. — Если судить по нашим приключениям, жизнь на островах совсем не такая уж мирная и бесхитростная.

Видя, что Фишер колеблется, Бомбасто поспешил сделать новое предложение:

— А хотите, будете моим личным советником, поможете мне изучить взгляды и слабости моих противников, которые выступают за демократию.

На этот раз он явно угадал,

потому что Фишер немедленно ответил:

— Ваше предложение меня устраивает. Я принимаю его. Но предупреждаю заранее: ваши противники найдут во мне союзника.

Итак, будущее каждого участника плавания было определено.

— Поскольку мы отсюда вылетим в разные страны, — начал Бомбасто свою последнюю речь, — предлагаю отбывающим в Эквадор проститься с нашим замечательным капитаном.

ДР-Р-Р-Р-Р-Р-Р!

Опять этот злосчастный телефон. Совершенно неожиданно оказалось, что это снова звонит папа Эрнст. Смущенно он объяснил Суматохе, что при первом разговоре забыл самое главное. А именно: скоро будет контрольное сочинение. И папа решительно потребовал, чтобы Суматоха садился в первый же самолет, вылетающий в Лос-Анжелос. Он прочел ему длинное расписание, доказывая, что вполне можно поспеть в Норрчёпинг и подготовиться к контрольной.

С тяжелым вздохом Суматоха положил трубку. Прежде чем он успел что-нибудь объяснить друзьям, Бомбасто взял слово, и сразу после его речи команда окружила Суматоху и стала его качать. Он так опешил, что, лишь взлетая в воздух четвертый раз, сумел облегчить свою душу гневным возгласом:

— Это надо же — комендора ордена Экваторианы, настоящего капитана с дипломом сажать за парту!

Впрочем, через полторы минуты Суматоха уже позабыл про все свои огорчения, а когда его подбросили вверх в тринадцатый или четырнадцатый раз, он с улыбкой сообщил Ниссе:

— Я обещал папе вернуться вовремя к контрольной. Вот бы нам задали всегдашнюю тему: «Интересное приключение во время летних каникул». Не придется ломать голову, о чем писать.