Капитан Блад
Шрифт:
– Да никто не приземлялся, – Фред стряхнул с лысины капли воды, взъерошил редкие волосенки на висках. – Сказал же: давно уже нет никого. Сейчас вся Финестра сплошной космодром. Садись в любом пустом месте.
– Куда мог отправиться космический пират?
– Так в Нью-Париж. Там они все тусуются. Пиратам, им чего надо? Побухать, снять телку. Нью-Париж самое место. Километров десять отсюда, на северо-запад.
«Поехали? – спросил Сенкевич. – Или опять трусишь?»
«Поехали, – буркнул Грант. – Только группу захвата вызову».
Вскоре
– Снизить скорость, – приказал Грант. – Надо осмотреться.
«Да уж, это не Рио-де-Жанейро», – протянул Сенкевич, разглядывая серые дома за унылой сеткой дождя, грязные пустые улицы, украшенные кучами мусора. Город словно вымер, лишь иногда в закоулках мелькали подозрительного вида личности. Прохожих не было, и Сенкевич понимал почему. Нью-Париж не располагал к ночным прогулкам.
«Чего молчишь? – вдруг проговорил Грант, внезапно переходя на «ты». – Где могут быть пираты? Твои предположения?»
«Проще не бывает. В баре, где им еще тусоваться. Там вискарь, шлюхи и пушеры».
Похоже, Грант не понял половины слов из его фразы. Но главное уловил: стал приглядываться к домам, в поисках подходящего заведения. Вскоре приказал:
– Остановить машину! Похоже, бар здесь… – рассмотрев обгорелый дверной проем, выбитую дверь, возле которой все еще мигала голограмма с хлебающим пиво звероящером, добавил: – Был.
Дан
– Планета созвездия Гончих Псов. Есть вода, состав почвы и атмосфера близки к земной. Но почему-то она не заселена и практически не изучена. Это закрытая информация, но как я понял, все попытки отправить туда научные экспедиции окончились крахом. Никто не вернулся, через некоторое время экспедиции переставали выходить на связь. Что-то на Гамме-32 убивает людей.
– А военный десант туда не отправляли? – поинтересовалась Настя. – В таких случаях любят выжигать планеты, уничтожая опасность под корень.
– С самого начала я поручил Сяо Ли собрать сведения о планете. Он ничего такого не нашел.
– Даже сайт Корпорации взломал, – похвастался китаец. – Но там ничего нет, кроме упоминания о научных экспедициях.
– Значит, на планете есть что-то, что ищет Корпорация, – задумалась Настя. – Раз уж она туда экспедиции шлет.
– Входим в верхние слои атмосферы, – доложил Дитрих фон Валленштайн.
– Сяо Ли, дотянем?
– Дотянем, но с трудом, – механик улыбнулся широко и весело, как будто сообщал, что испек торт ко дню рождения капитана. – И восстановление невозможно. Это уже не корабль, кэп, это пробитая консервная банка.
– Сик транзит глория мунди, – провыл с экрана Ай-семь. Неугомонный бортовой компьютер принял облик смерти – скелет в черном плаще, опирающийся на косу. – Вчера знаменитый пират, сегодня – безвестный странник на утлой лодчонке
– Заткнись, – вежливо попросил Дан. – Без тебя тошно.
– Зато я успел отремонтировать КОКа, – утешил Сяо Ли. – Всего-то заменил микросхему. Стал как новенький.
Под «Арабеллой» расстилалась местность, плотно заросшая лесом. Кое-где виднелись синеватые скалы, между ними вились узкие красные полосы – реки.
– Подготовиться к посадке, – приказал Дан. – Координаты…
– Зашибись! Навигационная система отказывает, – Дитрих выматерился. – Посадка будет приблизительной и ни фига не мягкой.
Дан стиснул зубы так, что на скулах заиграли желваки. Настя смотрела на него, изо всех сил борясь с паникой. Корабль выведен из строя, восстановлению не подлежит. Они в ловушке. На сколько дней хватит запасов провизии? Две недели? Месяц? Интересно, на борту есть синтезатор продуктов питания? Даже если есть, для него тоже требуется сырье и энергия. А генераторы разрушены…
«Не истери, – насмешливо утешила в ее сознании Жасмин. – Нашла из-за чего волноваться. С чего ты взяла, что мы, протянем две недели? Слышала же: высочайший уровень опасности для человека. Скорее всего сами станем провизией для кого-то. Или чего-то…»
Настя мысленно прикрикнула на соседку. Хотя взяла себя в руки. Действительно, чего уж переживать? Главное, они с Данилкой нашли друг друга. Погибнут, так вместе. Может, не так все и плохо. Пришла странная мысль. Что, если единственный способ вернуться в свой мир – умереть в каком-нибудь из этих? Настя тряхнула головой, отгоняя непрошеную идею. Проверять не хотелось.
– Иду на посадку, – сказал Дан. – Держитесь крепче, приземление будет жестким.
Корабль содрогнулся, завалился набок, от толчка экипаж едва не вылетел из кресел.
– Ну, вот и конец «Арабелле», – произнес Сяо Ли так жизнерадостно, что Дан испытал острое желание придушить его. Но это явно была эмоция Блада, любившего свой корабль, как родной дом, так что Дан сдержал порыв.
– Отклонение от курса примерно пять градусов, – доложил Дитрих. – Температура за бортом плюс тридцать градусов по Цельсию, атмосферное давление девятьсот миллиметров, влажность восемьдесят процентов… – приборная панель помигала и погасла. – И больше мы ничего не узнаем, – подытожил штурман.
Все параметры вроде бы подходили для существования человека. Но памятуя о степени опасности планеты, Дан приказал:
– Выход наружу только в защитных скафандрах. По крайней мере, пока не проведем разведку. Ли, ты с помощниками осматриваешь корпус корабля и систему жизнеобеспечения.
Китаец понятливо кивнул: «Арабелла» прекратила свое существование как звездолет, но она оставалась единственным убежищем для людей на этой планете.
– Не волнуйся, кэп. Проверим, приспособим, а может, и усилим, если понадобится. На это моих возможностей хватит.