Капитал

Карлов Борис

Белугин. Какая у вас память.

Ольга. Учтите, что я выпила. Так вот давайте я всё-таки отвечу. Из вышеперечисленного списка — поэзию (кивает в сторону удалившегося Поэта) — мы решительно вычёркиваем. Поэзия в этом смысле меня совершенно и окончательно разочаровала. Налейте.

Белугин наполняет бокалы, пьют.

Романтику — тоже. Потому что…

Над столиком склоняется официант.

Официант.

Горячее подавать?

Ольга отмахивается.

Ольга. Потому что, какая же здесь (делает жест в сторону удаляющегося официанта) романтика. (Пауза.) Что же касается вашего… (допивает) плода… (Пауза.) То нельзя ли пояснить более конкретно: что вы имеете в виду.

Белугин. Ну… А разве я не говорил?.. Ах, ну да. Теперь я вспомнил. Конечно, теперь я вспомнил! Это из Библии. Да. Где-то в самом начале. Возможно, я просто недостаточно точно процитировал. Ведь у меня не такая хорошая память, как у вас.

Ольга. Из Библии?

Белугин. Конечно. А вы что подумали?

Ольга. Ага. Теперь я понимаю. Скажите, а он тоже?.. Ну, этот, который читал здесь стихи про линию бедра?.. Он тоже имел в виду… возвышенные материи?

Белугин. Оленька, дорогая, разумеется я не могу поручится за этого несчастного идиота. Но… вполне вероятно.

Ольга. А я, признаться, подумала, что вас волнует совсем другое. Мне теперь даже как-то неловко…

Берёт из вазы яблоко и вручает Белугину.

Держите. Это совершенно точная цитата. Из Библии, где-то в начале. И прощайте.

Залпом выпивает бокал вина и поднимается, чтобы уйти.

Белугин. Погодите!..

Между Белугиным и Ольгой возникает Хулиган. Хватает Ольгу за талию.

Хулиган. Па-атанцуем?..

Ольга выворачивается, берёт из вазы яблоко и вручает Хулигану. Берёт ещё по яблоку в обе руки.

Ольга. Ну, кому ещё запретного плода? Эй, мужчины! Держите!..

Одно за другим швыряет яблоки из вазы — в зрительный зал.

Налетай!.. Только не забывайте подумать, что будете делать потом — с огрызками… Ловите! Что же вы?.. Эй!..

Белугин хватает Ольгу за руки, пытается усадить.

Неожиданно Хулиган наносит ему боксёрский удар.

Белугин улетает за кулисы, откуда торчат только его ноги.

Хулиган пытается заставить Ольгу с ним танцевать.

Появляется

Поэт, прыгает сзади на Хулигана, обхватывает его за шею, душит.

Ольга визжит, Хулиган рычит, Поэт кричит «не смей её трогать!», свистит прибежавший милиционер.

Оркестр сползает на низы, свет гаснет.

ВТОРАЯ СЦЕНА

Квартира Милы Истоминой. Хозяйка в трауре. На столе начатая бутылка, несколько рюмок. Негромко играет джазовая музыка.

Мила сидит в кресле, курит сигарету, вдетую в длинный мундштук.

Звонит телефон, Мила берёт трубку.

Мила. Да. Благодарю. Послезавтра. Все дела потом.

Звонок в дверь.

Мила гасит сигарету, опускает на лицо чёрную вуаль, выключает музыку.

Идёт открывать. Возвращается с ошарашенным Алексеем.

Алексей. А… э-э…

Звонит телефон. Мила снимает трубку.

Мила. Да. Благодарю. Послезавтра. Все дела потом.

Вешает трубку, смотрит на Алексея.

Мила. Ну что же вы стоите как столб? Не беспокойтесь, я одна. Теперь совсем одна.

Алексей. А где… ваш муж?

Мила. Со вчерашнего дня я вдова.

Алексей рывком расслабляет галстук на шее. Осматривается.

Мила. Не бойтесь, его уже увезли. (Поднимает вуаль, прикуривает.)

Алексей(медленно опускается на стул). Когда же… это… случилось?

Мила наливает водку в одну из рюмок.

Мила. Мы возвращались откуда-то из гостей… была уже ночь… Ах, да, мы как раз были у вас… Зашли в парадную, вдруг — бах! бах!.. Я даже ничего не успела понять. Как потом оказалось, лампочку в парадной выкрутили специально… Выпейте.

Алексей опрокидывает рюмку водки, словно это вода.

Звонит телефон, Мила берёт трубку.

Мила. Да. Благодарю. Послезавтра. Все дела потом.

Вешает трубку.

Алексей. Когда похороны?

Мила. Послезавтра. Все дела потом… Извините, эти бесконечные звонки… Вы уже выпили? Я тоже выпью.

Мила наливает две рюмки, слегка пригубливает.

Алексей опрокидывает свою, не чувствуя вкуса.

Мила. Вам лучше?