Канонир Кейд
Шрифт:
– Так. Я вижу, ты мне не веришь. В таком случае ты будешь мне помогать, потому что я опасный маньяк, одержимый жаждой убийства и способный за неповиновение разорвать тебя на куски голыми руками. Надеюсь, эта причина для твоего жалкого умишка более доступна, чем предыдущая?
– Да, сэр!
– с готовностью подтвердил съежившийся от страха Фледвик.
– Замечательно. Итак, твоя задача - привлечь внимание надзирателя. Скажи ему что хочешь, меня это не волнует, но он должен войти в камеру. Можешь орать, что у тебя живот схватило или что я тебя избил до полусмерти. Главное, чтобы он зашел внутрь, закрыл за собой дверь и приблизился посмотреть, что с тобой случилось. Я отключу стражника, через пятнадцать
– Могу я полюбопытствовать, как мне потом выкручиваться, приятель? Известны случаи, когда стражники в этом городе с пристрастием относились к заключенным, заподозренным в содействии побегу.
– Прекрати свои дешевые потуги на остроумие и впредь называй меня "сэр",- холодно произнес Кейд.- Если ты так дрожишь за свою шкуру, можешь уйти со мной. Пожалуй, ты мне даже пригодишься, потому чтоя плохо ориентируюсь в городе и слабо разбираюсь в обычаях простолюдинов.
Он встал, подошел к двери и склонился над замком. Фледвик, снедаемый любопытством, тоже приблизился и приподнялся на цыпочки, наблюдая через плечо канонира за уверенными движениями его пальцев.
– Так вы и взаправду разбираетесь в электронике... сэр?
– На этот раз в голосе его звучало нескрываемое восхищение.
– А ты как думал, болван?! Сколько раз можно повторять? Под пристальным взором проворовавшегося наставника Кейд
меньше чем за минуту снял выходящую в камеру половинку внешней оболочки запирающего устройства. Еще меньше времени потребо-валосьего тренированному глазу, чтобы разобраться в хитросплетении многочисленных проводов и контактов. Фледвик следил за его действиями, затаив дыхание и то и дело одобрительно причмокивая. Пальцы Кейда ловко скользили среди транзисторов, реле и разноцветных усиков проводки, легко минуя коварные ловушки, одни из которых были настроены на подачу сигнала тревоги на пульт дежурного, а другие, еще более опасные, могли поразить смертельным для человека разрядом. Но все это были детские игрушки для канонира, умеющего в считанные минуты переналадить панель управления аэролетом в сумерках и под проливным дождем.
Вернув кожух замка на место, Кейд отряхнул руки и повернулся к Фледвику:
– Начинай!
Но тот был настолько напуган, что трясся всем телом и был готов расплакаться.
– Не могли бы вы подождать до завтрака, сэр?
– жалобно взмолился он.
– А что здесь дают на завтрак?
– Жареные сосиски с капустой и два ломтя хлеба,- ответил, облизнувшись, Фледвик.
Кейд сделал вид, что раздумывает, потом решительно покачал головой:
– Ничего не выйдет. Мне нельзя есть мясного до захода солнца. Разве ты позабыл, что я посвященный брат Ордена?
Маленький наставник перестал трястись, собрался и впервые посмотрел Кейду прямо в глаза.
– А ведь может статься, что ты говоришь правду, приятель,- сказал он ровным, без тени волнения, голосом.- Должен признаться, что собирался поначалу предупредить надзирателя о твоем замысле.
– Напрасно. Я с легкостью уложу вас обоих, если потребуется.
– Верю. И хочу сказать, что меня больше нечего опасаться. Кстати, эти манипуляции с замком натолкнули меня на одну идею. Едва мы отсюда выберемся, я знаю один склад готового платья с таким же запором и одного типа, весьма заинтересованного в его содержимом. Заодно могу сознаться, что мелкие несоответствия в бухгалтерских документах, из-за которых меня заперли в кутузку, на самом деле не такие уж и мелкие. Скорее даже крупные.
– Я сразу понял, что ты большой аферист,- кивнул Кейд, ничуть не удивившись.- Но ты можешь не волноваться. Отец бомбардир лично подпишет твое помилование за оказанное мне содействие. Обо мне ты можешь думать все, что угодно. Считай меня грабителем, маньяком или убийцей, только начинай поскорей
Фледвик слегка потренировался, испустив парочку душераздирающих стонов, а потом вошел в раж и заорал так, словно с него шкуру живьем сдирают. На крик прибежали сразу двое стражников, на ходу протирая заспанные глаза. При виде корчащегося в агонии на полу заключенного старший недовольно нахмурился и буркнул:
– Ну, что с тобой такое случилось? Отвечай, живо!
– Колики!
– простонал, продолжая корчиться, Фледвик.- Живот болит невыносимо, как будто внутри огонь развели. Ой-ой-ой, не могу больше, сейчас умру!
– Ну да, конечно,- кивнул стражник и обратился к Кейду с изысканной вежливостью, граничащей с издевательством: - О, благородный Звезднорожденный! Не соблаговолите ли присесть на нары в дальний угол и положить на колени ваши ручонки? Мой напарник не спустит с вас глаз, пока я буду заниматься этим симулянтом. Предупреждаю: одно неверное движение - и весь блок заполнится усыпляющим газом. Мы все на время уснем, но когда проснетесь вы, вас будет ожидать такая взбучка, какой, ручаюсь, за десять тысяч лет не получал ни один канонир, не говоря уже о Звезднорожденных. Надеюсь, я все понятно изложил, благородный сэр?
Не дожидаясь ответа, старший подал знак напарнику, который занял позицию за дверью, держа руку на рычаге, очевидно контролирующем подачу газа. Туповатая физиономия и замедленные движения второго охранника как нельзя лучше соответствовали планам Кейда, но он ни единым движением лицевых мускулов не выдал своей радости, безразлично взирая со своего места в углу за действиями главного.
Стражник нажал несколько кнопок на внешнем пульте электронного замка, дверь щелкнула и ушла в стену с весьма удовлетворительной резвостью. Первый стражник дождался, пока она вновь закроется, и склонился над очень натурально завывающим Фледви-ком, не обращая внимания на смирно сидящего на нарах Кейда, отсчитывающего в уме секунды. Как только дверь начала открываться вновь, канонир был уже на ногах и в движении. Он походя вырубил находящегося внутри охранника, рухнувшего частично на Фледвика, частично на пол, и выскочил из камеры в тот момент, когда стражник-тугодум уже догадался, что не все в порядке, но еще не успел на это среагировать. Чтобы нейтрализовать его, канониру хватило доли секунды.
Фледвик быстро освободился от навалившегося на него тела и вылетел наружу почти сразу вслед за Кейдом.
– За мной!
– коротко бросил канонир и устремился вперед по коридору.
Было странно и непривычно иметь в подчинении напарника, совершенно не способного понимать тебя с полуслова, но Кейд отлично понимал, что подобная согласованность достигается лишь годами совместных тренировок и общностью взглядов. Хуже было другое: он понятия не имел об умении и возможностях своего сообщника, испытывая вдобавок вполне обоснованные сомнения в его храбрости и решимости идти до конца. Но сейчас об этом не было времени рассуждать. Миновав несколько пустых камер, Кейд и Фледвик замедлили шаг и остановились перед дверью, ведущей в караульное помещение. Как и следовало ожидать, она была прочной, снабженной забранным толстой решеткой глазком и крепко запертой.
Осторожно заглянув в глазок, канонир увидел в дежурке троих стражников с сонными физиономиями. Самый бодрый из них сидел за факсом, проглядывая выползающую из щели бумажную ленту со сводкой основных новостей утренних газет.
– Бойер!
– позвал он, оторвавшись на миг от чтения.- Серый Спрингер выиграл вчера последний заезд в Балтиморе! С тебя один зелененький. Эй, а где Бойер, ребята?
– В камере. Фледвик опять разорался, вот он и пошел посмотреть.
– Давно?
– Успокойся. За секунду до твоего прихода. И не один, а с Маршаллом. Минуты, наверное, не прошло.