Каннибал

Скиф

– Если и хотел, то ничего не получилось бы, - с деланной серьезностью протянул Паша.
– Мои глаза в последнее время только на тебя смотрят, красавица. Даже если прогонишь - буду хвостиком за тобой бродить, жалобно поскуливая...

Девушка звонко рассмеялась:

– Хвостик больше хозяйки получится! Ладно, иди сюда, - Алина протянул к парню руки, - так уж и быть, потерплю. Любовь требует жертв...

Парень ошеломленно уставился на нее. Выражение лица у него было совершенно глупое и счастливое одновременно:

– Любовь, она да...
– запинаясь пробормотал Паша.

Он вдруг опустился на одно колено и взял правую ладошку девушки в свою: - Алина, я тебя люблю. Будь моей женой. А?

Алина так же ошеломлено посмотрела парню в глаза:

– Я...

– Просто скажи "да"...

– Я... Да!
– как в омут вниз головой!

Паша счастливо расхохотался и стиснул ее в объятьях. Алина ошарашенная быстротой и неожиданностью произошедшего целовала его куда придется. Парень от нее не отставал. Прервало эту бурную радость только деликатное покашливание. Паша нехотя, буквально через силу обернулся. Около уазика стоял Семеныч с парой пацанов лет пятнадцати за спиной, вооруженных монтажками, а около здания было уже не протолкнуться от машин.

– Дело конечно молодое, - начал было сосед-прораб, но Паша его перебил:

– Семеныч! Я женюсь!

– Х-хе...
– Семеныч озадачено потер затылок.
– М-да... Поздравляю, конечно...

– Спасибо!
– Алина тоже решила внести свою лепту в разговор.

– Эт'Паш все хорошо... Только третью дверь мы открыть не смогли. Она стальная с каким-то дорогим замком...

– Раз на замок заперта, то все в порядке - упырей там нет или они заперты: на окнах-то решетки... Тогда выгружайте народ и обосновывайтесь здесь. Газели вон оприходуйте.

– Анатоль со своими парнями уже смотрят их... Паш, мы тут глянули на этих упырей и морфов... Жуть дикая! Бабы туда идти боятся...

– А вы им подкиньте идейку встретиться с такими даже не на улице, а в обычной квартире! Ведь наверняка гундят про "поехали домой" или "куда-нибудь отсюда"... Вы с мужиками трупы все оттуда вытащите в подвал, предварительно упаковав в мешки или пластик. Потом швабры с тряпками женам в руки и пусть чистоту наводят. Поговорите с Верой Палной, у нее наверняка запас перчаток резиновых хозяйственных есть.

– А не заразятся?
– с сомнением спросил прораб.

– Пусть сторожатся и внимательно за собой смотрят. Если сопли жевать будем так и встретим упырей из города на улице! В общем командуй, Семеныч, и не смотри что женщины и дети-подростки - промедлим, всем худо придется. Сейчас перед костлявой все равны: и жены, и мужья, и дети с собачками. Пусть собираются в горсть и борются за жизнь! Мужиков слишком мало, что бы за всеми ходить и сопли подбирать.

Сосед Паши хмуро покивал - возразить было нечего. Через секунду парень вновь заговорил:

– Семеныч, ты еще прикинь что потребуется, чтобы превратить здание из производственного в жилое. Унитазы там, кабины душевые, разводку под них... На тему периметра подумай. Неплохо было бы несколько заборов поставить вокруг здания... Да и Анатоль Игоревичу рабочее место необходимо. Не будем же мы сервис где-то на отшибе оборудовать!

– А почему бы не заселиться в вон те дома, - подал голос один из пацанов стоящих

за Семенычем.

Алина заинтересованно подалась вперед: жить в нормальном доме лучше, чем ютиться на полу общего зала. А именно это похоже и предполагается ее парнем. Тут мысли перепрыгнули с дома на Пашу и недавнее решение. Из-за поднявшегося в след за этим кавардака в голове, девушка чуть не прослушала ответ.

– Потом обязательно часть из них займем. Но не сейчас. Во-первых одна-две семьи не смогут эффективно защищаться в частном доме, а во-вторых могут объявиться хозяева. Нам не нужны сейчас проблемы еще и с местными. С недельку можно потерпеть, а там все ясно будет и понятно.

– Ладно, Паш, - Семеныч пожал парню руку, - езжай куда хотел. Мы со старшИми обдумаем твои предложения, сами покумекаем и порешаем, что в первую очередь добывать надо.

Паша кивнул, соглашаясь:

– Хорошо. Тогда мы покатили... Внимательнее тут - часть погрызенных людей в дом убежали. Насколько я понял со слов Веры Палны, ночная смена вообще в большинстве своем в этом доме проживает... Думаю вернемся часа через полтора... Счастливо, Семеныч, парни!

Паша обошел машину и уселся за руль, предварительно отцепив шашку с ружьем и повесив на место последнего маленький автомат.

– Поехали, жена?
– с серьезной миной спросил он.

– Поехали, муженек!
– рассмеялась Алина. На сердце стало легко и ясно.

Из города выбрались быстро не смотря на довольно плотный поток машин, ползущий по узким улицам, еще и заставленных по обочинам припаркованными на ночь легковушками, что, естественно, не повышало пропускную способность. На трассе стало свободней и Паша прибавил скорости, однако парень все равно держался края дороги.

– У нас не скоростная машина, - объяснил он.
– Выше восьмидесяти рискую потерять управление. Ничего: тише едем - дальше будем!

Миновали пустой пост ГИБДД. Паша только вздохнул, объяснив, что обычно на таких "пограничных" точках всегда стоит пара экипажей, а раз их нет, то вокруг все точно совсем не в порядке. Теперь они на дороге были почти совсем одни. Исключение составляли изредка проносящиеся мимо фуры и совсем уж редкие легковушки.

– Паш, а мы не поторопились?
– решилась задать мучающий ее вопрос Алина.
– Я про семью... Ведь знакомы меньше суток...

– На попятный решила пойти?
– грозно нахмурился Паша.
– Не выйдет - ни отпущу!

Девушка внимательно посмотрела ему в лицо и поняла, что парень шутит... с изрядной долей серьезности.

– Вот например знаешь как на Дону в казаки посвящают?
– парень неожиданно сменил тему. Алина помотала головой:

– Нет.

– Обычай такой: парня, достигшего по мнению отца и людей, нужного возраста подводят к Дону и говорят: "Плыви!" Происходит посвящение, кстати, обычно весной, когда вода мягко говоря... бодрит. Так вот, если парень спокойно заходит в воду и окунается, но отец говорит: "На тот берег плыви и назад возвращайся!" Если парень и здесь не сплоховал, то считай он уже почти казак. Но это только первая часть посвящения-испытания! Угадай, какая вторая?!