Кандидат партии
Шрифт:
Н и к о л а й. Ну ладно - коротко. Суть дела? Как вам известно, наш цех изготовляет детали для точных приборов. Допуски у нас небольшие, часто порядка одного-двух микронов.
В е н ц о в а. Невероятно! Микрон - это ведь сотая доля миллиметра!
Н и к о л а й. Если вам не обидно будет - тысячная. У точности есть много врагов. Грязь, неисправность станка и инструмента отметаем - этих врагов мы побороли. Но вот горе: деталь по официальной технологии проходит больше десятка различных операций, следовательно, должна побывать в десятках рук, на разных
В е н ц о в а. Каким образом?
Н и к о л а й. По-разному. Например, изготовляем для себя специальные резцы с несколькими режущими кромками.
В е н ц о в а. Сами изготовляете резцы? Вы же токарь, а не слесарь.
Н и к о л а й. Без этого нельзя. Приходится и лекала делать, и фрезеровать, и нарезать зубья, и шлифовать. Так что правильнее будет сказать: я резчик по металлу. Мы с Толей вдвоем делаем работу десяти-двенадцати рабочих разных специальностей, а вскоре сможем делать то же самое врозь.
В е н ц о в а. Но это же кустарщина!
Н и к о л а й. Как угодно называйте. Только факт налицо - двадцать годовых норм.
В е н ц о в а. И при этом у вас не бывает брака?
Н и к о л а й. Совсем.
В е н ц о в а. Представляю себе, как вас придирчиво контролируют.
Н и к о л а й. Нас совсем не контролируют.
В е н ц о в а. Что за вздор! Почему?
Н и к о л а й. Именно потому, что у нас не бывает брака. Вот. (Вынул из кармана стальной стерженек.)
В е н ц о в а. Что это?
Н и к о л а й. Мое личное клеймо. Ставлю свое клеймо - вот так. (Показывает.) И продукция идет на склад мимо отдела технического контроля.
В е н ц о в а. Удивительно. (Вострякову.) У вас тоже есть такое?
Н и к о л а й. Будет. А пока мы работаем вместе - продукция идет под одним клеймом.
В е н ц о в а. Последний вопрос. Кто вам устанавливает расценки?
Н и к о л а й. Мы сами.
В е н ц о в а. Вы? Как же вы это делаете?
В о с т р я к о в. Выражаясь научно: органолептическим путем.
В е н ц о в а. Как, как?
Н и к о л а й. Органолептически. При помощи внешних органов. Попросту говоря - на глазок.
В е н ц о в а. Разве это не кустарщина? Почему вы смеетесь?
Л ю д м и л а. Дайте сказать бывшей нормировщице. Очень просто - работа мелкосерийная, если выводить цену из официальной технологии - для завода получится чересчур дорого. С ними спорить трудно - их расценки всегда ниже.
В е н ц о в а. Послушать вас, вы у себя в цехе уже построили коммунизм. Каждому по потребностям...
Н и к о л а й. В том-то и дело, что пока еще не каждому. Есть низкооплачиваемые, многосемейные - живут трудно. А про себя скажу - мне хватает.
В о с т р я к о в (вяло). Ну, заврался. Вот болтология...
В е н ц о в а. Хватает? Понимаю. Вы сыты, хорошо одеты, покупаете книги - но разве это всё? Разве вы можете приобрести комфортабельную квартиру, зимнюю дачу, настоящую
Н и к о л а й. Нет, пока не могу. А как вы понимаете "каждому по потребностям"? Как в "Сказке про рыбака и рыбку" - захотел дворец из чистого золота - на? С такими рыбаками коммунизма не построишь - по бревнышку растащат. Человек без совести - тот никогда сыт не будет, а если у человека совесть есть - она меру знает.
В о с т р я к о в. Путаешь ты...
Л ю д м и л а. Что такое? Сначала Микола киснул - Толя веселился, теперь братишка разошелся - этот, как туча, мрачен.
В о с т р я к о в. Я не мрачен. Только я считаю, что в ресторане надо пить, есть и танцевать, а для дел есть другое время и другое место.
В е н ц о в а. Не сердитесь, Анатолий Акимович.
В о с т р я к о в. Я не сержусь, а не люблю, когда Микола впадает в телячий восторг и интеллигентщину. "Когда труд - удовольствие, жизнь хороша!" Типично босяцкое рассуждение! Сделай так, чтобы работа мне была приятна... Так все лодыри рассуждают.
Н и к о л а й. Чудак. Ведь мы с тобой сейчас не на дне, а вон куда забрались - на пятнадцатый этаж. В нашей стране...
В о с т р я к о в. Что "в нашей стране"? Что ты меня учишь? Я сам знаю - в нашей стране труд почетен, он есть дело чести, доблести и геройства... И верно - без труда у нас не завоюешь ни власти, ни положения, за свой труд ты можешь иметь и деньги, и моральное удовлетворение, и всякое удовольствие. Но путать одно с другим - не надо. (Встает.) Пошли, Милка.
Л ю д м и л а. Куда?
В о с т р я к о в. Потанцуем.
Л ю д м и л а. Видали? По-хозяйски разговаривает. Нет, Толя, не хочется.
В о с т р я к о в. Что так?
Л ю д м и л а. Интересный разговор. Ну, а как по-твоему?
В о с т р я к о в (садясь). При чем тут - по-моему? При коммунизме стирается грань между городом и деревней, между трудом умственным и физическим, - читали кое-что, разбираемся. А вот насчет стирания граней между трудом и удовольствием - об этом я что-то у классиков марксизма не читал.
В е н ц о в а. А вы как думаете?
В о с т р я к о в. А я думаю - при коммунизме техника до того разовьется, что люди смогут работать не восемь часов, а один час, ну полтора. А остальное время... они будут полностью принадлежать самим себе.
Н и к о л а й. Вот тоска-то! А что это значит - принадлежать самому себе? Пирожные есть? Я вот одно съел - и не хочу больше.
В е н ц о в а. Ого! Ну-ну, любопытно. А как, по-вашему?
Н и к о л а й. А по-моему - при коммунизме не будет труда безрадостного, однообразного, неинтересного, всю такую работу будут делать машины. А человек будет делать только то, что машина не умеет, - думать, творить. И вот поэтому-то я считаю, что люди не смогут работать один час в сутки. Нет, иногда они будут просиживать дни и ночи, забывая есть и пить, чтобы проникнуть в какую-нибудь загадку природы. Только не будут так стареть, сжигать себя на работе, здоровее будут...