Кандидат партии
Шрифт:
Громова собирает со стола газета и журналы,
раскладывает листы чистой бумаги и карандаши.
За стеной, на хорах, репетирует клубный духовой
оркестр. Слышны нестройные звуки марша.
Из двери завкома выходит Вера. Садится за стол
Громовой и прижимается лицом к настольному стеклу.
В е р а. Ой! Сил моих больше нет...
Г р о м о в а. Устала, Верочка?
В е р а. И устала, и зла, как пес. Мамочка, когда же это кончится? Сергей Афанасьевич все время на пленуме, Алексей Георгиевич меня из завкома
Г р о м о в а. В сумке возьми.
В е р а (рассматривает себя). Н-да. Незавидная невеста. И обтрепалась стыдно людям показаться. Синий костюм второй месяц в мастерской лежит, и некогда на примерку съездить.
Форте оркестра.
Громова, скажи ты этому Бенскому, чтоб он не зверствовал.
Громова вышла, Вера берет трубку зазвонившего
телефона.
З а в к о м. Нет, не Громова. Ермолаева говорит. Здравствуйте, Яков Миронович. Собрание в семь. Сначала прием. Николая Леонтьева из кандидатов в члены. А потом доклад товарища Частухина. Придете? Алексей Георгиевич у себя. Сейчас соединю. (Переключает телефон.)
Входит Бенский - верзила вдохновенного вида во
флотской тужурке без погон. Длинные косые бачки,
усики. В руках дирижерская палочка. За ним идет
Громова.
Б е н с к и й. Я слушаю, Верочка.
В е р а. Что там у тебя происходит?
Б е н с к и й. Разучиваем "Марш новаторов". Задумано исполнить перед началом собрания.
В е р а. Роман, у тебя совесть есть? Сто раз одно и то же. Отдохни.
Б е н с к и й. И повторю еще сто. Верочка, репетициа эст матер студиорум - повторение мать учения. Ты меня знаешь - я не бракодел.
В е р а. А почему так громко?
Б е н с к и й. Так написано в партитуре. "Форте" - это значит "громко".
В е р а. Не надо быть бюрократом. Скажи, Роман, а есть что-нибудь среднее... между "форте" и "пиано"?
Б е н с к и й. Ты имеешь в виду "меццо-форте"?
В е р а. Вот-вот-вот. Товарищ Бенский, заводской комитет категорически предлагает вам придерживаться в своей работе "меццо-форте". И прекратить пререкания. Вы свободны.
Бенский исчезает, через несколько секунд трубные
звуки возобновляются, но уже тише.
Сейчас директор звонил Алексею Георгиевичу. Ой, я так переживаю за Миколу...
Г р о м о в а. Неужели отберут личное клеймо?
В е р а. Ничего не знаю. Знаю одно: заказчик вернул бракованную деталь, а на ней стоит Колькино клеймо. И Николая жалко и за завод обидно - такое пятно...
Из своего кабинета вышел Плотовщиков с тоненькой
папкой в руке.
П л о т о в щ и к о в. Громова, вызови стенографистку. Вера! Я говорил с директором. У него сейчас находится представитель ЦК профсоюза небезызвестный вам товарищ Востряков Анатолий Акимович. Разбор дела поручается тройке в таком составе: от администрации Частухин, от парткома Филатова,
В е р а. Не могли без Ермолаевой?
П л о т о в щ и к о в. Что такое? Ты что - не уверена в своем беспристрастии?
В е р а. Алексей Георгиевич, мне перед тобой скрываться нечего, конечно, я к Коле пристрастна. Только от этого никогда еще интересы дела не страдали, а если кто и страдает, то одна я. А он от меня ни в чем поблажки не видел.
П л о т о в щ и к о в. Неприятная история. Клеймо - от него не отопрешься.
В е р а. Я понимаю. И все-таки мне не верится. Я теперь занимаюсь у него в группе, вижу, как он работает, - нет, не может он ошибиться.
П л о т о в щ и к о в. Сколько человек у вас в группе?
В е р а. Двенадцать. Все молодежь, пятый-шестой разряд. Занимаемся через день. Тяжеловато, конечно, но все наши очень довольны, и я по себе чувствую - я теперь совсем другой человек. Раньше я работала как заводная, а теперь я умею думать в металле.
П л о т о в щ и к о в. Как, как?
В е р а. Думать в металле. Вячеслав Алексеевич рассказывал нам про какого-то знаменитого скульптора, что он умел думать в мраморе, и Миколе очень понравилось. А мы, говорит, должны научиться думать в металле.
Входят нерешительно Прокофий Андреевич и Людмила.
П л о т о в щ и к о в. Это еще что за явление природы? Зачем пожаловали?
П р о к о ф и й А н д р е е в и ч. До сей поры меня на все открытые собрания не только что пускали, а приглашали даже. Это со вчерашнего дня такая перемена?
П л о т о в щ и к о в. На собрание - милости прошу. А здесь вам делать нечего. У нас сейчас совещание начнется.
П р о к о ф и й А н д р е е в и ч. Про это нам известно.
П л о т о в щ и к о в. Откуда?
П р о к о ф и й А н д р е е в и ч. Свет не без добрых людей. Николай Иванович сказал.
П л о т о в щ и к о в. Не без болтливых, скажи, - это вернее будет. Садись, коли уже пришел.
Л ю д м и л а. Дядя Леша, что ж это будет? Неужели это верно... про клеймо?
П л о т о в щ и к о в. Говорят, верно.
П р о к о ф и й А н д р е е в и ч (садясь, бормочет). Ах, стыд какой. Вот позорище-то... Дожил. И ведь говорил я Миколе...
Л ю д м и л а (подошла к Вере). Верочка, голубушка, как же это так?.. Что за деталь такая? Ты хоть ее видела, эту деталь?
В е р а. Нет не видела. Да что толку смотреть, это ведь не кузнец лошадь заковал, простым глазом все равно ничего не увидишь. Ох, Милуша...
Неожиданно для самих себя они обнялись.
П р о к о ф и й А н д р е е в и ч. А послушать нам можно, как вы его тут судить будете?
П л о т о в щ и к о в. Нет, нельзя.
П р о к о ф и й А н д р е е в и ч. Почему же?
П л о т о в щ и к о в. Потому что здесь не дача, и дело это не семейное. А болельщиков тут и без вас хватает. (Пауза.) Там, в фойе, выставка... замечательная выставка. Подите, посмотрите.