Кандар из Ферраноза
Шрифт:
Он стоял на носу корабля, вцепившись в руль и пытаясь разглядеть хоть что-нибудь сквозь беснующиеся массы воды, чувствуя, что судно бросает вверх и вниз, как щепку, и затягивает в безумный водоворот. Крепкие и сильные гребцы работали веслами изо всех сил, но весла напоминали жалкие лучинки в буйстве стихии. Ветер налетал резкими порывами, разбивая барашки на волнах, и вся вода вокруг была усеяна клочьями пены. Рев урагана не прекращался ни на минуту.
И вдруг, в разгар бури, когда корабль бросало вверх и вниз на волнах, а под ним виднелись страшные глубины морские, Кандару
Он тряхнул головой, чтобы прогнать наваждение. Нет, то было явью. Очертания земли на горизонте! Берег, окруженный черными скалами.
И тогда он взревел, как король-чародей, перекрикивая бушующую непогоду:
— Земля! Земля! Клянусь Гелиосом, впереди Хистея!
Аллейн неохотно подтянулся на ремне, которым они все привязались, чтобы не смыло за борт. Анджелена, к своему вящему неудовольствию, была отправлена на нижнюю палубу.
— Земля, Кандар? Айе, земля, так скоро…
Смутное предчувствие беды охватило Кандара. Наверное, крепкий охотник уже пострадал от бури и с ним происходит что-то не то, — или на него подействовали истории, рассказываемые моряками о Хистее?
— Скоро будем на берегу и зажжем огонь, Аллейн! А потом согреем свои косточки, поедим и выпьем!
— Ты прав, Кандар, айе, ты абсолютно прав. — И Аллейн стал руководить отчерпыванием воды.
Ветер толкал корабль все ближе к берегу. Паруса и мачты сильно пострадали от бури. Они шли без руля и почти без весел, ибо корабль несло к острову, как бревно.
Кандар поднял глаза. Небо скрывал мглистый туман. Брызги летели в лицо, и ему приходилось уворачиваться. А впереди поднимались скалы, странные черные бастионы, таящие угрозу, далекие и зловещие.
Подобно полурассохшейся бочке, их судно вкатилось в широкий залив, окруженный грозными утесами. Раскачиваемое туда-сюда течением и побитое ветром, оно теперь стремилось навстречу гибели. Вот-вот их разобьет о древние замшелые скалы. И в конце концов судно разлетелось на куски.
С Анджеленой, буквально вцепившейся в его левую руку, Коцтивкуром за спиной и совсем малой крупицей надежды в сердце Кандар карабкался изо всех сил, выбираясь на берег. Перед ними открылось темное устье пещеры. Обдирая до крови локти и колени, кучка спасшихся с корабля людей забралась в пещеру и сгрудилась внутри.
— Вот мы и достигли острова, — простонал Аллейн, тыльной стороной ладони стирая кровавые струйки со щеки.
— А теперь нам нужно попасть внутрь острова, — подхватила Анджелена с неожиданным энтузиазмом. Она указала за спину. — Оттуда идет поток воздуха. Значит, там есть проход.
— А главное, там можно попробовать найти сухое дерево для костра и пресную воду! — заключил Кандар. Он встал. Улыбнулся Анджелене. — Начнем?
И они начали карабкаться в темноте и холоде, а снаружи ревел ветер и бушевали волны. Не таким путем Кандар хотел добраться до острова Хистея. Едва не утонувшие, окровавленные, умирающие от усталости, грязные и растерявшие почти всех товарищей, — разве к этому он стремился?!
Наконец, едва живые, они прошли последний из туннелей в скалах и выбрались наружу, туда, где между скалами образовалась длинная расселина. Над их головами
— Затерянная могила, разрушенная и забытая! — пробормотал Аллейн.
Вокруг плотной стеной стояли грозные скалы.
— Мы найдем ее! — вскричала Анджелена, ее смуглое лицо светилось, тело напряглось в решимости. — Клянусь Сверкающей Спиралью, мы найдем ее!
Вот в такой момент Кандар мог бы полюбить ее.
Они отправились вглубь расселины — двое мужчин и девушка, сбивая ноги об острые камни, карабкаясь по отвесным скалам и спускаясь по не менее крутым, туда, где буйствовала дикая растительность.
Отряд углубился в джунгли, цепляясь за лианы и используя в качестве ориентиров мясистые листья плотоядных растений; обходя огромные благоухающие цветы, хищно тянувшиеся к ним.
Так они шли, пока не достигли ручья. Уже опустилась ночь, полная какофонией пронзительных криков и воплей, становилось неуютно, и путники разожгли костер на берегу.
Приготовив еду из скудных запасов провизии и поужинав, а также утолив жажду, они выставили часового. Остальные расположились на ночлег. Кандара пронзила вспышка интуиции — похоже, что завтра все решится…
Наутро затихли последние отголоски бури. Солнце припекало. Над лесом поднимались клубы испарений. И, казалось, на людей, пробирающихся в самое сердце острова, волнами накатывают миазмы ужаса, оборачивая их в тугой кокон. Наконец, путники подошли к горной цепи, окружающей северную и западную оконечности острова. И нигде — ни единого признака разума, никаких признаков жизни, не считая примитивных обитателей джунглей. На западе показались три черных летящих пятнышка. Они устремились к высокому раздвоенному горному пику прямо по курсу следования группы. Не долетев до него полпути, существа сделали круг, а затем нырнули вниз и растворились посреди джунглей.
Аллейн содрогнулся.
— О, дьявол! — воскликнул он и его загорелое лицо внезапно побледнело. — Не знаю точно, что это такое, но чую — быть беде!
Анджелена попыталась успокоить его. Но сама она, как и остальные, ощущала непонятное напряжение, нагнетание удушающего кошмара, волной накрывшего затерянный остров.
Кандар же вновь ощутил непонятную пустоту в своем сознании, черный вихрь, заполнявший его мозг всегда, когда Крак и Тошо покидали его. Именно сейчас он нуждался в их помощи и совете — в мудрой практичности Тошо и безжалостной мощи Крака. Не издавая ни звука, маленькая партия двинулась через джунгли, пылающие многоцветьем.
За долгих десять дней они избороздили остров вдоль и поперек, но так ничего и не обнаружили. Разумеется, им попадались кости, скелеты людей, давным-давно нашедших успокоение под покровом джунглей, а также проржавевшее оружие и вещи, но ничто не напоминало могилу, которую они искали. Искусные охотники били зверя и дичь, и им было чем прокормиться; вода была в ручьях в изобилии; так же, как и фрукты на деревьях. Наконец, собрав всех вместе, Кандар заявил, что им необходимо взобраться на высокую седловину меж двух горных пиков, где приземлились крылатые существа.