Канцлер
Шрифт:
– Тогда откуда?
– всё же спросила она.
– Как?..
– Я всё-таки звездочёт, не забывайте об этом. Мне известно довольно много. Чего я не знаю, так это чему обязан удовольствием лицезреть вас в такой уютной домашней обстановке.
– Я хочу, - сказала она, змеёй скользнув к нему на колени и скрестив ноги у него за спиной, - чтобы ты принадлежал мне, а не альбастанцу.
Жаркий поцелуй, полный непритворной страсти, запечатлела царица на тонких прохладных губах, оставшихся безучастными. Молодой человек
– Я подданный Сивфской империи. Но даже кесарь не может похвастаться, что я ему принадлежу.
– Разве ты не послушный пёс султана и не клялся ему в верности?
– спросила она и провела языком вдоль его шеи.
– С султаном Альбастана я заключил соглашение. В обмен на мои скромные советы он обещал мне то, что интересует меня в завоёванных провинциях.
– У меня тоже есть, чем тебя заинтересовать, - прошептала она, тесно прижимаясь к его груди.
– Не стану отрицать этого, моя госпожа.
– Зови меня Сильвелла, - она вынула заколку, и каскад тёмных волос окутал их обоих. Царицу немного беспокоила бесстрастность сивфанца, но собственное желание было уже слишком велико, чтобы обращать внимание на подобные мелочи.
– Насколько я понял, вы хотите, чтобы я покинул лагерь султана, позволив войскам, которые рано или поздно подтянет Канмар, разгромить его.
Не ответив, женщина укусила его за мочку уха. Со вздохом поднявшись на ноги, звездочёт решительно отцепил от себя сопротивляющуюся царицу, открыл окно и усадил её на подоконник.
– Не используйте никогда эту гадость, - мягко проговорил он, - есть же вполне безвредные средства: женьшень, алоэ, что там ещё... Вот, выпейте, это должно помочь.
Быстрым движением он выжал в кубок половинку грейпфрута, потом ещё одну.
Холодный ночной воздух тоже делал своё дело, и Сильвелла начала медленно приходить в себя.
– Итак, - звездочёт внимательно вглядывался в её лицо, - мы можем продолжать?
– Она кивнула.
– Я завтра же покину альбастанский лагерь, если мне и моим двоим спутникам обеспечат свободный доступ в Город Мёртвых.
– Сильвелла вздрогнула. Заметив это, звездочёт поспешил её успокоить: - Не бойтесь, я не гробокопатель. Праху ваших предков ничто не угрожает. Мне нужно... просто пройти там. Обратного проводника не потребуется.
– Но это... невозможно! Запрещено, недопустимо!
– Если бы это было не так, я бы приехал в Тингум с торговым караваном, и нам нечего было бы обсуждать, - глубокомысленно отозвался сивфанец.
Царица задумалась.
– Хорошо, - наконец сказала она.
– Тебя отведут в Город Мёртвых, если поклянёшься служить мне, - её рука снова скользнула ему на грудь, но мужчина немедленно перехватил женское запястье и, покачав головой, вернул обратно.
– Меня это не интересует. По завершении дел в... Городе я вернусь в Сивфы.
– А если я
Он равнодушно пожал плечами и прислонился к оконной раме, сложив руки на груди.
– Султан Альбастана захватит Северный Тингум так же, как захватил Южный. А я получу Город Мёртвых в качестве трофея. Правда, в этом случае я его сохранность не гарантирую.
Слегка опешив от такой наглости, Сильвелла молча взирала на сивфанца. Наконец она произнесла:
– Назови мне хотя бы одну причину, почему я прямо сейчас не могу вызвать стражу и приказать прикончить тебя?
– Священный долг гостеприимства не подойдёт? Нет?
– он весело оглядел её.
– Тогда, из того, что первым приходит в голову... среди всех детей и женщин, наполняющих этот дворец, на стражников тянут в лучшем случае двое. Первый, и правда, был когда-то грозным воином, но без последствий залечить перерезанные сухожилия...
– сивфанец отрицательно поцокал языком.
– Что же касается второго -- он в самом деле силён как бык, но и так же неповоротлив. Я не думаю, что оба ваших защитника доставят мне особенное беспокойство.
– Откуда ты?... Ах да, звездочёт. Но ты безоружен, - попыталась возразить женщина.
– Оружие это условность, - назидательно заявил её собеседник и, перевернув успевшую остыть жаровню, без видимого напряжения в несколько быстрых движений отогнул массивные витые ножки, превратив декоративные листочки в острия внушительного трезубца.
– Не бог весть что, конечно, - сказал он, оглядывая результат своего вандализма, - но на полчаса хватит. А если во дворце поднимется шум и нездоровая беготня, то быстрее, чем через четверть часа тут объявится один из моих спутников, и я сильно удивлюсь, если сопровождать его будет менее чем полусотня альбастанцев.
– Но как? Ты ведь ни с кем не разговаривал по дороге!
– усомнилась Сильвелла.
– А мне и не нужно было. Рогнар считает своим долгом заботиться о моей безопасности вне зависимости от моих планов или желаний.
Он стоял, снова сложив руки на груди, и смотрел на неё совершенно спокойно. После трёхминутного молчания царица произнесла:
– На рассвете вас отведут в Город Мёртвых.
Мужчина склонился над её рукой и легко коснулся губами бархатистой кожи.
– Это мудрое решение.
Сивфанец развернулся и направился к выходу.
– Постой, звездочёт!
– он обернулся. Лёгкие складки наряда Сильвеллы разошлись на бедре, и его взору предстала длинная стройная нога, призывно полусогнутая в колене.
– До рассвета ещё далеко.
– Я должен просить простить мне мою дерзость, но...
– сивфанец окинул её ироническим взглядом, - ко мне в постель попасть сложнее, чем к Канмару.
Царица, внезапно увидевшая эту ситуацию со стороны, звонко рассмеялась.
Он отвесил ей низкий поклон.