Канцлер
Шрифт:
Воспользовавшись заминкой и понимая, что нужно «рвать когти», а то зажмут в тиски и поминая как звали, я рванул за угол ближайшего дома не глядя выпустив остаток магазина в сторону своих противников.
«Хреновая реклама для ЧВК. Директор Бестужев бегает по городу спасаясь от таинственных убийц. Да? Вот и я так же думал, меняя пустой магазин на полный и передвигая флажок предохранителя на стрельбу одиночными. На крейсерской скорости рванул сначала мимо ограды парка, спрятаться внутри там было нереально (вся природная зона размером со стадион), а потом нырнул в чистенький переулок с новенькими четырёхэтажками. Прямо позади на дорогу опустилась легковушка из которой выскочило ещё пара стрелков. «А
Резко развернувшись, я встал на колено и как недавно на полигоне расстрелял вражеское подкрепление, потом добежал до трупов (трупов-трупов, вы сомневались?) схватил один из пистолетов-пулемётов, а из второго вырвал неиспользованный магазин. Пули снова зацокали за спиной и лодыжку обожгло огнём.
Не снижая темп бега, я ещё дважды следовал причудливым изгибам переулка понимая, что он плавно подымается вверх.
Вжих! – слева прямо на дом плавно сел ховербайк и его водитель, даже не сняв мотошлем открыл по мне огонь. Прыгнув щучкой, я скрылся за тумбой с электронными газетами. Когда стекло посыпалось мне на голову и за шиворот, сжал зубы и привстав расстрелял противника.
Рядом кто-то громко сглотнул и повернув голову в десяти шагах от себя я увидел замершую на лавочке девушку с рыжими вьющимися волосами. В руке её было надкушенное яблочко. Завизжав от страха конопатая бросилась бежать вниз по лестнице в сторону набережной (беги-беги, главное подальше и побыстрее!), а я продолжил подъём наверх снова слыша позади топот ног.
Сменив магазин в трофейном «Смоки» (дерьмовая машинка, но кучность отличная), я по лестнице заскочил на железнодорожный мост перекинутый над рельсами скоростного поезда. Только тогда и сообразил, что попал в ловушку. Позади, во главе с несущемся вперёд шутом вырядившимся Джокером, меня догоняло сразу трое противников (парочка даже лёгкие защитные костюмы на себя нацепила), а впереди огонь по мне открыла ещё двое. Стреляли прицельно по голове и в грудь, а это указывало на то что в плен брать не собирались.
«Они вели меня с самого начала и заманили туда куда хотели», – лихорадочно соображал я сумев всё-таки застрелить ещё одного убийцу. Пуля угодила ему прямо в лоб разломав визор надвое.
Тыдын-тыдын-тыдын-тыдын! – неожиданно мост под ногами завибрировал и по рельсам помчался поезд. То есть он в начале мчался, а потом делая поворот начала резко снижать скорость. Чего тут думать? Это был мой единственный шанс. Расстреляв остаток патронов из «Смоки» (кажется мне удалось ранить в ногу Джокера) я перепрыгнул через перила и рухнул на крышу скоростного поезда. «Ничего себе выходной у вас Алексей Александрович!»
Нет, конечно если бы он нёсся на максимальной скорости меня бы по крыше размазало, а так ничего, только коленки ударил. Вцепившись одной рукой в ребристую поверхность крыши, а другой крепко удерживая «Сверчок», в котором осталось четырнадцать патронов, я пополз вперёд.
Сразу двое убийц, по приказу корчившегося от боли придурка в фиолетовом пиджаке (Достал! Всё-таки достал!), сигануло на проезжающий внизу вагон. Первый слетел на землю и затих (по-моему, даже хруст был слышен), а второй распластавшись как лягушка удержался. Правда автомат потерял и потянул из кобуры под мышкой пистолет.
БАМ! БАМ! БАМ! – прицелившись я трижды выстрел, но в этот момент поезд дёрнулся и пули высекли искры справа от цели.
Вот же невезуха! Противник выстрелил в ответ буквально срезав с руки личный коммуникатор. Так мы сделали ещё пару выстрелов друг в друга, а потом я всё-таки собравшись сумел поразить цель. Последняя пуля клюнула стрелка в плечо, и он кубарем полетел вниз, взрезавшись в металлическую ограду у рельсов.
Поезд ещё раз повернул и впереди замаячил простор. Повеяло полевыми цветами и лесом. Всё это прекрасно,
«Вот же я дурак! Надо было брать предложенный Карлом «Перун», – думал я, на бегу и пряча бесполезное оружие в кобуру.
Гравий под ногами, деактивированная вереница роботов-обходчиков и ремонтников, какие-то одноэтажные склады, новенькая ещё не помеченная голубями цистерна с водой, а вон и ворота.
Хромая я направился к блестевшим серой антикоррозийной краской створкам, когда прямо с неба разбивая в песок камни ударила очередь из ручного пулемёта.
Приплыли! Бежать было бесполезно, и я забился под днище роботизированного грузовика со снятым двигателем. Сверху снова ударила очередь, пули скрежетали по металлу, но меня не достали. Пусть спускаются, а тут я их зубами грызть буду. Вот когда я пожалел, что не следовал примеру Лексина и Баранова везде таскать с собой нож. Надо помаленьку выдавливать из себя «только пилота». Помощи ждать было неоткуда, да ещё и волнение за Фрунзе сжимало сердце.
Убийцы действительно сели, распахнули двери и… дальнейшее, меня в общем-то не впечатлительного человека, впечатлило до печёнок. О чём я?
Представьте себе под озорные звуки «Полёта шмеля» Римского-Корсакова сверху с грохотом, подняв в воздух облако гравия и мелких пластмассовых осколков, рухнул тёмно-красный «Курган» с треугольными фарами. Да так ловко, что расплющил обоих пулемётчиков. Вот только что небо было чистое и вдруг он.
Из спасшей меня машины, в облаке пара из пробитого радиатора, удерживая в руках два стаканчика кофе (вот клянусь, что не лгу) вылез среднего роста, худой, скуластый мужчина лет тридцати пяти без мочки на левом ухе. Подойдя ленивой походкой к торчащему по пояс из-под бутерброда намертво сцепившихся от столкновения машин, но ещё живому пулемётчику (бедняга тянулся к валявшемуся рядом оружию) незнакомец раскрыл забрало его шлема и подмигнув мне, вылил кофе внутрь. Чтобы не слушать вопли мой спаситель закрыл шлем и отфутболив в сторону пулемёт подошёл ко мне как ни в чём не бывало, протягивая второй стаканчик герметично закрытого кофе. Что интересно это был мой любимый «Пилотский с коньяком».
От иллюзорности происходящего у меня даже правый глаз задёргался.
– Ты кто такой? – подозрительно спросил я разглядывая дымящийся стаканчик кофе в руке.
– Я-то? – мой спаситель почесал в затылке и обаятельно, по-мальчишески улыбнулся. – Лямкин, Миша.
Дёргавшийся на земле убийца окончательно затих.
– Ты что движок машины в полёте выключил чтобы свалится на них?
– Ага! – азартно потряс сжатыми кулаками протеже Знаменской (мне даже показалось он от гордости содеянного подпрыгнул) – Классно же вышло?!
– Ты чего больной?
25. Парам-пам-пам!
Вы бы видели как Бестужев посадил на землю автомобиль Ольсена. Залюбуешься! Тяжёлая «Неясыть» просто смяла капот шикарного лимузина вместе с двигателем рухнув на него сверху. Ну а чего? Всё правильно, он же один знал место и время подписания договора между ЧВК и администрацией Хейердала.
Уже спустя сутки большая часть беннингсенцев была на планете. Заодно и в перебрасывании сил на приличные расстояния потренировались. Мы то с Лексиным занимались с новобранцами на полигоне, разбирали тактику действий при штурме и зачистке помещений, когда прибежала Бородина.