Канцлер
Шрифт:
– Честно? – шмыгнул носом я, почувствовав, что из ноздри потекла кровь.
– Конечно.
– Вообще не думал.
В руках Сергеева появился льняной носовой платок с забавным ёжиком, удерживающим узелок. С ЁЖИКОМ!
– Понятно. По-моему, это ваша основная проблема.
– Вы очень проницательны Юрий Юрьевич, – произнёс я рассматривая своё отражение в зеркало Гезелла и приводя себя в порядок.
– Хватит изображать шута Бестужев. Платок верните! Его Величество в гневе! И я сказал это не для красного словца. Вы же знаете как Александр относится к престижу
Щёлкнув пальцами, Юрий Юрьевич посмотрел на дверь. Она тут же раскрылась и военный полицейский, в звании капитана, услужливо подал ему прозрачный, запотевший стеклянный стакан, наполненный водой, после чего бесшумно исчез из кабинета будто его и не было.
Привык и умеет командовать, что и понятно, – сделал вывод я.
Сделав пару глотков, военный разведчик отодвинул от меня подальше стеклянный стакан и продолжил:
– В общем ситуация такая. Наград вас никто лишать не будет, вы их заслужили. Пенсион тоже остаётся, но в звании вы понижены.
– До поручика? – не удержался я.
– Ха-ха! Очень смешно молодой человек.
– Мы с вами одного возраста.
– Вы ошибаетесь. Не до поручика, нет. До майора и то нам пришлось надавить кое на кого.
– На самого! – подбородок мой указал на горевшие под потолком лампы.
– ХВАТИТ!
– Всё-всё, молчу.
– Вы уходите в отставку в звании майора, «Филин» свой тоже теряете…
Утрата непередаваемого ощущения рук на штурвале орбитального истребителя и невозможность снова выйти в бескрайний космос, который я, честное слово обожал, кажется заставили моё артериальное давление подняться. Или это всё алкоголь и удары по голове?
– Но я не представляю себе жизни без службы! – возмутился соскакивая на ноги я. Сердце моё быстро-быстро застучало. Сейчас я был согласен на всё что угодно главное, чтобы остаться в армии. Пусть хоть поручиком и рядовым пилотом. Да пусть даже не пилотом… хоть от одной мысли об этом хотелось выломать дверь и кому-нибудь что-нибудь сломать.
– Мария Николаевна так и сказала, – без каких-либо эмоций произнёс мой собеседник. – Поэтому у неё к вам следующее предложение.
Сергеев замолчал. Я даже в начале подумал, что он делает паузу чтобы подчеркнуть важность и значимость слов, которые готовится произнести, но кажется, ошибся. Юрий Юрьевич, по-моему, сам не верил в то что собирался сказать.
– Вы отправитесь в Периферийные миры. Там сейчас очень сложная обстановка. Официально Алексей Александрович вы уволены из армии, неофициально начинаете свою службу в военной разведке в отделе «ЧС». Знаете, что это такое?
Конечно я знал, и даже числил в близких друзьях одного из них.
– Чёрный список? Чрезвычайные ситуации? Член семьи? – затараторил я тем временем лихорадочно соображая чего мне ожидать ещё (вот оказывается как туда попадают – оказавшись в… впрочем, кажется я повторялся).
Сергеев даже не улыбнулся.
–
У меня даже ком в горле застрял. Ничего себе задач нарезала мне Мария Николаевна. Хотя… чего я ещё хотел? Я в заднице, а там задница такая что… в общем там тебе и место.
– Место дислокации?
– VF-237. Теперь это Печорин.
– Символично.
– Господин полковник пошутила так же.
– Это не шутка, – на этот раз абсолютно серьёзно сказал ваш покорный слуга. – Я согласен.
– Так сразу? – Сергеев даже подпрыгнул на своём стуле. – Алексей Александрович, а вы понимаете вообще опасность…
– Конечно понимаю, – руки мои легли на стол ладонями вниз. – Я могу рассчитывать на ресурсы военной разведки?
– Подождите! Мария Николаевна предложила ещё кое-что. Более простой и безопасный вариант.
– Какой? – поинтересовался я заранее мысленно его отвергая.
Военный разведчик встал и прошёлся вокруг стола. Зачем-то даже вытащил из кармана замаранный моей кровью платок с ёжиком и некоторое время странно смотрел на него.
– Вы можете обратиться за помощью к Корсакову. Полковник даже готова вам в этом поспособствовать. Он сейчас высоко взлетел… вы же наверняка в курсе, что он… – следующее Сергеев добавил шёпотом чем немало меня позабавил. – Крёстный отец сами знаете кого.
– Нет. Спасибо. Я откажусь от этого варианта. У Виталия и так забот полон рот. Без меня.
– Но он вам не откажет, – платок был спрятан обратно в карман. – И последствия могут быть куда менее болезненными… я бы лично рекомендовал.
– Вы правы. Не откажет. Поэтому и нет. В этом мире за всё надо расплачиваться, – произнёс я ловким движением снимая наручники под удивлённым взглядом военного разведчика.
Где я этому научился не спрашивайте. Всё равно не скажу.
2. Двое из ларца
Таксист высадил меня прямо возле ворот войсковой части на Гайдаре где по словам Сергеева я и должен был получить необходимые инструкции перед отбытием на Печорин, а также забрать переданную мне в пользование машину. Всё-таки Мария Николаевна не забыла, что я пилот-истребитель.
Проводив взглядом взмывший в небо жёлтый автомобиль, я посмотрел на тройку стрижей игравших в салки в прозрачном утреннем воздухе над КПП. Забаву свою птички сопровождали дикой смесью щебетания, писка и противного визга. Сморщившись от резких звуков, я поднял с земли потёртый, поцарапанный личный пенал с вещами из углепластика и направился к замершим за воротами солдатам караула закованным в тяжёлую боевою броню.
За пять шагов до цели металлическая створка плавно отъехала в сторону и из-за спин штурмовиков в «Росомахах» появился подпоручик в «Покрове» с раскрытым забралом шлема.